Восточные шейхи и северные шельфы

Если нефтепроводные и танкерные маршруты обозначают вены экономики, то после Вены кое-кому из нефтедобывающих стран потребуется капельница. Имеется в виду не метафорическая, а реальная Вена, где находится штаб-квартира ОПЕК и где в прошлый четверг было принято решение не снижать квоты на нефтедобычу.
Большинство государств, “ОПЕКающих качалки”, сошлись во мнении, что ситуация не настолько опасна, чтобы блокировать падение цен на нефть снижением объема её производства. Так считает, прежде всего, Саудовская Аравия, у которой себестоимость барреля укладывается в десяток, а то и в пяток долларов.
Она и продавила решение в стиле “поглядим, что дальше будет”. А дальше, как говорят сведущие люди, будут свернуты или, во всяком случае, отложены проекты освоения месторождений в бассейне Северного Ледовитого океана, которые в силу условий промысла становятся нерентабельными при цене в районе 70 - 80 долларов за баррель. Это вполне устраивает саудитов — по понятным причинам шейхи не в восторге от шельфов Заполярья. Однако Россию, Канаду, США и Норвегию такая перспектива не радует. В этом они солидарны, что бывает довольно редко.
У России в ОПЕК статус наблюдателя. Он позволяет стране не связывать себя обременительными обязательствами и оставаться самостоятельной в принятии решений, жизненно важных для её экономики. Но в ситуациях, подобных нынешней, наблюдать — это как скважину глазом бурить. Немногого достигнешь.
Хрестоматийное замечание Дмитрия Менделеева о том, что сжигать нефть - все равно что топить печь ассигнациями, есть смысл дополнить с учетом сегодняшнего момента: снижение цен на нефть выжигает валюту, ценные бумаги и бюджеты большинства нефтедобывающих стран. А в русской печи — сильнее, чем в каких-либо буржуйках, особенно если вспомнить, чем в свое время обернулось падение мировых цен на нефть для СССР.
Пальма первенства в мировом нефтепроизводстве, которую мы отбираем в иные годы у саудовцев, высаживая её в уральской тундре и сибирской тайге, глушит инвестиции в другие отрасли. Мало того, что экономика России слишком зависима от нефтедолларов, так еще и санкции подоспели…
“Пожароопасность” таят в себе не столько относительно низкие цены на нефть, сколько их скачки. Эксперты полагают, что стабильный прейскурант, пусть даже на уровне 70 долларов за баррель российской Urals, наверняка привел бы к укреплению рубля, поскольку в этом случае в экономике начнут действовать механизмы импортозамещения, пойдут в рост инвестиции в другие отрасли. Однако вместе с ценами на нефть скачут в надежде на поживу и спекулянты “с огнеметами”…
“Роснефть” сделала то, на что не решилась ОПЕК: объявила в четверг о планах сократить добычу. Это вряд ли повлияет на ценообразование, так как запланировано незначительное сокращение. Другое дело, что следом наверняка последуют сообщения об отказе от ряда проектов по так называемым “трудноизвлекаемым запасам”. (И не только в России — уровень рентабельности нефтяной добычи из американских сланцев и канадских битуминозных песков весьма невысок.) А вот это, как ни парадоксально, может существенно приподнять стоимость нефти, что происходит всякий раз, когда начинает маячить перспектива её дефицита. Такая вот вечная нефтяная качалка.