Союзничество стартует юзом

Сразу же после первых атак Воздушно-космических сил РФ по командным пунктам и инфраструктуре ИГИЛ в Сирии Россия попала под “дружественный огонь” критики Пентагона и западных СМИ. Якобы “русские не тех разбомбили — погибли десятки мирных жителей, в том числе пятеро детей”.

Позже в военном ведомстве США признали, что никакими достоверными сведениями, уличающими российскую авиацию в бомбардировке гражданских объектов, не располагают. Попутно выяснилось: информация об убиенных младенцах и мирных гражданах исходила от некоего владельца магазина одежды в Лондоне. Он британец арабского происхождения, что, должно быть, показалось журналистам достаточным основанием считать его осведомленным и заслуживающим доверия информатором.

По военной терминологии “дружественный огонь” — это когда ошибочно бьют по своим. В прошлую среду мы вроде как стали почти своими для стран антиИГИЛовской коалиции, поскольку Россия официально заявила о своем участии в сирийском конфликте, выступив против боевиков “нового халифата”. И уже первая реакция на первую же воздушную операцию Воздушно-космических сил РФ показала, что наше союзничество от слова “юзом”.

Казалось бы, все было согласовано военными и дипломатическими ведомствами, больше того — на уровне президентов РФ и США (во время недавней встречи в Нью-Йорке), но пока что вместо постановки общего блока против исламских экстремистов выходит “блокировка колес”, которые не держат сцепления с дорогой к миру. И все потому, что Россия выступает на стороне войск Башара Асада, а коалиция, мягко говоря, его не жалует. В общем, стороны так до конца и не договорились, против кого дружат и кто им други своя в левантийских краях.

Взаимопонимания нет, но Россия, как утверждают наши эксперты, определилась с собственными стратегическими и тактическими целями. Стратегическая — вернуть себе статус ключевого участника мировой политики. А тактические задачи такие: ликвидировать потенциальную угрозу войн на своих южных рубежах, возобновить былое экономическое партнерство с Западом или, по меньшей мере, подвинуть его к смягчению санкций и застолбить за собой право на постоянное военное присутствие в Восточном Средиземноморье. Ну и, конечно, предъявив эти внешнеполитические успехи российским избирателям, в Кремле и правительстве рассчитывают добиться в ответ “понимания трудностей момента”.

Российский избиратель терпелив и незлопамятен. Пока нам достаточно уверений, что афганская война совсем не то, что сирийская, даже если в последующем потребуется вмешаться в иракские дела, поскольку “игла ИГИЛа” спрятана в Ираке. И нашим ушам приятно внимать патетическим восклицаниям типа: “Мы стали свидетелями рождения России в качестве новой сверхдержавы!”

Однако хотелось бы стать еще и свидетелями экономического роста, приличествующего званию сверхдержавы и амбициям, которые лелеет российское руководство. Тем более что участие в сирийской войне осложнит ситуацию с бюджетом. Осуществить мечту Владимира Жириновского - омыть сапоги в Индийском океане - было бы, конечно, прикольно. Но этот ритуал не для босоногих.