Общество

“Я люблю тебя, жизнь…

…и надеюсь, что это взаимно”, — четко выводил Федор Михайлович Воронин мелодию Колмановского, чеканя ее под марш. Пел чисто и одухотворенно, расправив плечи в военном мундире с множеством наград на груди. Пел про жизнь и словно перебирал прожитые годы. А их немало. 26 декабря у него юбилей - 90 лет.
Родился Федор Воронин в небольшой деревне Курганской области. Рано потерял мать, а отца сослали в Ачинск за то, что у работящего мужика в хозяйстве было три коровы, четыре лошади и молотилка, которой пользовалась вся деревня. “Себя помню лет с семи, — рассказывает Федор Михайлович, — когда пошел в школу. Жили в ту пору в овцесовхозе № 16, а учиться я бегал километра за три в соседнюю деревню. Школа очень нравилась. Учился я охотно, меня сразу выдвинули в барабанщики, может, потому, что из-за малого роста стоял в первых рядах. 
Война для меня началась погожим летним днем. Мы с пацанами носились за околицей, зорили вороньи гнезда, набрав кучу яиц, вышли в поле. Видим, бежит парнишка и кричит: “Федька, давай домой скорей. Твоего отца в армию забирают. Война!”
Отец ушел на фронт, и я давай проситься, писать заявления: “Хочу Родину защищать”. Три раза в военкомат обращался. А мне: “Школу сначала закончи. Да и в совхозе своя передовая”. Считай, с пятнадцати лет работал, возил мешки с овсом и пшеницей на элеватор. В марте 44-го из военкомата пришла повестка, и меня сразу отправили в Омск в 129-й запасной полк, где я проходил краткий курс молодого бойца. Маршировали, в штыковую ходили, хорошо, кому настоящая винтовка доставалась, больше деревянными обучались военной науке. Вместо обмундирования — шинелки наполовину японские, на другую — китайские, подпоясанные прострелянными ремнями. Зато патриотический накал был высокий, на фронт рвались, боялись, что война без нас окончится и мы не успеем геройски Родину защитить. В каждой песне, в каждом стихотворении в те годы был патриотизм, любовь к Родине. Со словами “за Родину, за Сталина” шли в бой, умирали. Это был не порыв, а искреннее стремление, от всего сердца”.
Война на его долю досталась, с Японией и Маньчжоу-го, когда он после учебы оказался в Забайкальском военном округе. Очередной день рождения отмечал в армии. Командир отделения поставил его перед строем: “Сержант Воронин, сегодня тебе исполнилось 18 лет. Поздравляю”. И все.
Федор Воронин на границе проявил себя сразу. “Редкий день, — говорит он, — со стороны Японии или Китая не было нарушений. Лезли, простите, как тараканы. На какие только ухищрения не шли. Как-то в одиночку мне пришлось задержать одного нарушителя границы. И я получил свою первую награду — фотоаппарат “Фотокор № 1”. Эту реликвию Федор Михайлович бережет до сих пор. И что удивительно, камера и сейчас в рабочем состоянии. “Сколько фотографий я ею сделал, — раздвигая гармошку камеры, говорит ветеран, — и не счесть”.
Отличился он и на войне с Японией. “Это было в Маньчжурии, - вспоминает ветеран, — сводный отряд с нескольких застав сидел в засаде. Задачей было отбросить противника как можно дальше на его территорию. Между нами была болотистая труднопроходимая местность. Готовились к атаке. Показались наши самолеты, но вместо позиций противника по ошибке начали бомбить около нас. Паника ужасная, от взрывов мы все в болотной грязи. Мне, по сути мальчишке, было очень страшно. И в какой-то момент этот страх поднял меня, и я побежал. И все с криками “ура” ринулись за мной. Противник был повержен”. 
Воины Квантунской армии отличались фанатизмом и самоубийственным сопротивлением. “Был такой случай, — рассказывает Федор Михайлович, — наш пограничный батальон выдвинули с зачисткой вслед за разведгруппой. Ребят из нее мы нашли убитыми. Командира перед смертью пытали. Вся его спина была изрезана пятиконечными звездами. Не щадили японцы и свою жизнь. Однажды мне пришлось сопровождать двух пленных в штаб. По дороге они вдруг обхватили друг друга руками, прогремел взрыв”.
Чтобы стать профессиональным пограничником, Федор Михайлович окончил Калининградское военное пограничное училище имени Багратиона, потом прошел переподготовку на военно-политических курсах в Ленинграде. Когда дело дошло до распределения, услышал про Южный Кузбасс. “Это, значит, где-то на юге”, - решил он и написал рапорт, чтобы его отправили туда. Так Воронин оказался в Сибири, в Новокузнецке. В рядах МВД он прослужил почти 29 лет. В 1972 году в звании майора вышел в отставку… и потом 25 лет трудился в народном образовании, обучая военному делу учащихся школ № 16, 30 и 60. И все эти годы в Доме пионеров Орджоникидзевского района вел фотокружок. “В 98-м решил уйти на заслуженный отдых, — улыбается ветеран, — и открыл кооператив “Идеал”, где делал школьную мебель. Время-то было перестроечное, детям парты никто не мастерил, вот я и взялся”.
Вот такой он. Если кто-то думает, что Федор Михайлович сейчас “на заслуженном отдыхе”, - ошибается. “Мне на все мои дела дня не хватает, — сетует он. — То в школу к ребятам зовут, то на выставки в детские дома творчества. А я еще и попеть люблю, и потанцевать в клубах для ветеранов”. Тесно он дружит с комитетом ветеранов пограничных войск Новокузнецка. От молодых ни на каком празднике, ни на каком мероприятии не отстает. В прошлом году на День пограничника сослуживцы ему сделали необыкновенный подарок: преподнесли пограничную форму, сшитую по довоенным образцам, и настоящие кожаные сапоги. “С сапогами была проблема, — смеется Федор Михайлович, — сначала искали хорошую дубленую кожу, потом мастера, затем колодки… Сшили. Красивые на загляденье. Но, по секрету скажу, тяжелые”. 
В военной форме майор Воронин особенно бравый и подтянутый. Вот уже три года, как он участвует в открытии городского парада в День Победы.
“Какую замечательную жизнь я прожил! — говорит ветеран. — Как в песне: я жизнь люблю, и она мне отвечала взаимностью”.
Ольга Волкова.
Фото из семейного архива.

Ольга Волкова. Общество 24 Дек 2016 года 1124 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *