Старейший наш завод

Новокузнецкий ликеро-водочный завод - единственное в городе предприятие, ведущее историю, причём непрерывную, с XIX века. Сохранившийся в прекрасном состоянии и работающий по назначению до настоящего времени комплекс - проходная, склад, производственный корпус и ограда - уникальный памятник промышленной архитектуры и подлинное украшение города. Без изменений дошли до нас даже некоторые детали: дубовый пресс для отжима фруктово-ягодной смеси, литые филигранные чугунные лестницы, сборные бетонные дугообразные перекрытия цеха (и это — позапрошлого века!). А уж о непрерывной производственной традиции не знает в городе только ленивый или совсем непьющий.

Алкогольная монополия в руках государства всегда была одним из важных источников пополнения казны: к примеру, с 1880 по 1888 год доходы Кузнецка от питейных заведений и постоялых дворов выросли с 458 до 524 рублей. Но если до поры до времени монополия касалась только самих кабаков, то к концу XIX века власть имущие решили ввести “монопольку” и на винокурение. Тем самым были разом изничтожены все русские национальные напитки: медок, бражка и — самое главное — 38‑градусный полугар. Вместо этого ввели единый стандарт — 40-градусное казённое столовое вино-ректификат, которое потом по недомыслию и стали называть “русской водкой” и ошибочно считать национальным напитком: как говорится в рекламе “смирновки” - ни вкуса, ни цвета, ни запаха.

Спирт полагалось производить централизованно, а вот его розлив в мелкую тару следовало приблизить к рядовому, так сказать, потребителю. И если прежде винцо в Кузнецкий уезд привозили из других городов, то в 1898 году почти в каждом уезде решили построить винно-водочное предприятие — казённый винный склад. К 1905 году на территории Томской губернии и Семипалатинской области должны были вступить в строй восемь таких заводов: Томский, Барнаульский, Мариинский, Бийский, Новониколаевский, Канский, Змеиногорский и Кузнецкий. Все они были с успехом построены и заработали досрочно.

В 1898 году по распоряжению томского губернатора были учреждены особые комиссии, составившие предварительные сметы на строительство Кузнецкого винного склада, и объявлены торги.

Под постройку склада Собрание уполномоченных Кузнецкого городского управления постановило отвести участок размером 50 на 200 сажен в Нагорной части города “по продолжению квартала между проулками Успенским и Базарным, по направлению к Успенской церкви”.

Комплекс зданий склада второго разряда с годовой мощностью 100 тысяч вёдер вина велено было строить по типовому проекту, рекомендованному Техническо-строительным комитетом МВД для сейсмичных местностей. То есть с большим запасом прочности. Например, своды винного подвала дополнительно укреплены толстыми металлическими полосами для пущей сейсмостойкости.

Подряд на строительство Кузнецкого винного склада стоимостью свыше 100 тысяч золотых рублей получил в 1900 году томский купец первой гильдии Илья Леонтьевич Фуксман, передавший его своему сыну, барнаульскому купцу Григорию Фуксману. Строителем склада в 1900 — 1901 годах был старший помощник акцизного надзирателя инженер-технолог Иосиф Барановский. Каменщики и плотники прибыли из Барнаула и Томска.

Строительство здания склада закончено в марте 1901 года, а всего комплекса — к лету 1902‑го.

Краснокирпичные стены прорезались высокими окнами с лучковыми перемычками из клинчатого кирпича. Склад стал первым и самым крупным в Кузнецке образцом “кирпичного стиля” — своеобразного архитектурного направления, которое выразилось в полной замене лепных украшений более рациональным кирпичным декором. Иными словами, украшение наружных поверхностей фасадов выполнялось из того же материала, что и стены.

Рациональность и экономичность кирпичного стиля позволили применять его в самых различных модификациях (готической и романской, древнерусской и ренессансной), в зданиях массового и утилитарного назначения: рядовой жилой застройке, храмах, промышленных зданиях, железнодорожных станциях и депо, а также в зданиях учебных корпусов и больниц. Кирпичный стиль — это рациональная эклектика для массового и утилитарного строительства.

Убежденным апологетом кирпичного стиля в русской архитектуре был И.С. Китнер, который считал применение кирпичного декора (“без прилепов и раскраски”) для стен из того же материала примером правдивой, органичной архитектуры.

Этот стиль был основан на почти неограниченных возможностях фигурных кирпичей для создания самых сложных декоративных форм, но требовал высокого уровня строительного мастерства. А для нашего края с его резко континентальным климатом он был просто спасением, так как позволял сохранять приличный вид строений довольно длительное время безо всяких ремонтов.

Этот стиль имел и в России, и в Европе древние корни. В России издавна строили кирпичные с изразцами храмы, а для Европы были характерны необлицованные замки и соборы. В царствование Екатерины II появились романтические здания в неоготическом стиле из кирпича (Царицынский ансамбль под Москвой В. Баженова и М. Казакова, Путевой дворец). Затем А. Менелас построил для Александ-ра I павильоны в Александровском парке Царского Села. При Николае I стали строить казённые учреждения в кирпичном варианте ренессанса (так называемый “военно-гражданский стиль”, к которому с некоторой натяжкой можно отнести и строения Кузнецкой крепости). На этой основе и взращен рациональный и одновременно изящный кирпичный стиль. В. Шретер и И. Китнер стали строить из неоштукатуренного кирпича доходные дома, особняки и офисы. Скоро постройки, облицованные качественным кирпичом, приобрели большую популярность, тем более что при этой технике можно было строить что угодно и, что немаловажно, гораздо дешевле. В кирпиче были построены Охотничий дворец в Беловежской пуще (Н. де Рошфор), Нижняя дача для Александра III в Петергофе (А. Томишко), Исторический музей в Москве (В. Шервуд). Именно этот стиль привил русским архитекторам тот вкус к естественным декоративным материалам, рационализм и одновременно романтизм, которые привели к расцвету модерна. Многие мастера кирпичного стиля затем перешли к строительству зданий, облицованных глазурованным кирпичом “кабанчик”, характернейшей деталью модерна.

Производственный характер дореволюционных построек в кирпичном стиле стал своеобразным гарантом их от сноса при Советской власти. Многочисленные причудливые водонапорные башни, вокзалы, вагонные депо и заводские корпуса на удивление сохранились в большинстве городов Кузбасса, где до 1917 года успели обзавестись хоть мало-мальской промышленностью. Даже “города, рождённые Октябрём”, могут похвастать отдельными пусть маленькими, но шедеврами этого стиля: вокзал в Ленинске-Кузнецком, депо в Белове и даже в Прокопьевске. Правда, ни горожане, ни власти, как правило, не особо замечают ценности этих построек. В Прокопьевске, к примеру, уже в наше время, в 2008 году, уникальное первое депо варварски зашили жёлтым сайдингом, и теперь его элементарно не найти среди других хозпостроек. И тем более радует бережное отношение к архитектуре со стороны руководства и коллектива Новокузнецкого ликеро-водочного завода — даже надстройка корпуса администрации в 1991 году была выполнена с повторением старинной кирпичной стилистики.

Фото автора

(Окончание следует.)