«Эпидемия одарённости». Завершение конкурса

13 апреля в творческой гостиной Центральной городской библиотеки имени Н.В. Гоголя состоялось торжественное подведение итогов конкурса фантастического рассказа клуба любителей фантастики «Контакт» (молодёжной площадки Союза российских писателей в Кузбассе).
Прошедший сезон — юбилейный и для конкурса (он состоялся в десятый раз), и для организаторов: пятнадцать лет работает на благо региона представительство творческого союза, а библиотеке 29 марта исполнилось девяносто пять!
Конкурс, как и прежде, открытый. По условиям, один автор мог предоставить организаторам не более одного рассказа. А тема в этом году с изюминкой: «Эпидемия одаренности». Раскрыть ее оказалось под силу 14 участникам. Трое из них — представители зарубежных стран: Испании и Беларуси, один — из Луганской Народной Республики.
Победителей определило компетентное жюри: Наталья Валенидовна Колесова — писатель-фантаст, член Союза российских писателей; Дмитрий Сергеевич Кружевский — писатель-фантаст, автор девяти опубликованных романов; Елена Кирилловна Бражникова — писатель-фантаст, ролевик, вице-президент КЛФ «Контакт»; Ольга Дмитриевна Анчокова, начальник отдела «Абонемент» ЦГБ имени Н.В. Гоголя (г. Новокузнецк). Председатель жюри — президент КЛФ «Контакт», кандидат в члены Союза российских писателей Николай Николаевич Калашников.
Призовые места распределились следующим образом:
III место — рассказ «Чудо». Автор: Наталья Андреевна Тарасова, г. Новокузнецк, Кузбасс.
II место — рассказ «Наедине с пустотой, или Р96». Автор: Татьяна Лукьяновна Денисова, г. Междуреченск — Новокузнецк, Кузбасс.
I место — рассказ «Редкий дар». Автор: Светлана Александровна Кузяева, пос. Тайжина, Кузбасс.
I место — рассказ «Олухи царя небесного». Автор: Дмитрий Александрович Семёнов, г. Новокузнецк, Кузбасс.
На форуме КЛФ «Контакт» в сети Интернет проходило и общественное голосование. Диплома читательских симпатий удостоен рассказ «Особенный день». Автор: Алексей Михайлов, г. Радужный, Владимирская обл.
При оценке работ ни члены жюри, ни участники форума не располагали информацией об их авторстве. Все рассказы-лауреаты и ещё два, выбранные председателем жюри, опубликованы в сборнике «Эпидемия одаренности», изданном силами КЛФ (издательство «Ник без Compani»). В скором времени с новой книгой можно будет ознакомиться в отделе «Абонемент», а на официальном сайте МБУ «МИБС» г. Новокузнецка (на странице клуба) книга уже доступна.
С.С. Ерофеев,
председатель оргкомитета,
С.В. Загнухин,
куратор и ведущий конкурса.
О.Д. Анчокова (фото).

Татьяна ДЕНИСОВА
Наедине с пустотой, или Р96
(отрывок из рассказа)
— На карантин, батенька, на карантин! — тыча пальцем в результаты анализов на мониторе, прошепелявил врач.
— А может, обойдётся, доктор? — с надеждой спросил Роман.
— Минимум на четырнадцать дней с последующей сдачей анализов.
— Доктор, ну не могу я оставить свою работу. И чувствую себя нормально, — Роман не понимал, что могло обеспокоить в его здоровье.
— Степень нормальности, батенька, относительна, — доктор направил бикуляры, взглянул маленькими цепкими любопытными глазами. — Вот вы чем занимались в последнее время?
— Дописывал повесть, — Роман не хотел откровенничать. Пусть будет повесть. О том, что закончил пару-тройку рассказов и готовил их к печати, решил не говорить. Да и про издателя, который торопит с фанфиком про троллей, тоже смолчал.
— Повесть? — доктор отвёл глаза и стал перещёлкивать медицинские карты на мониторе. — И как давно занимаетесь писательством?
— Полгода почти, — Роман понимал, что врёт безбожно. Всего-то две недели. Что-то вдруг захватило, как простуда, и не отпускает ни днём ни ночью. Даже пришлось съехать на дачу, чтоб домашним не мешать. Ведь дома жена картины рисует. Без остановки. Сначала пальцами рисовала на обоях. Ладонью, как ребенок. Когда рулон старых обоев закончился, накупила бумаги, холстов, краски. Потом прочитала в Интернете, что кисточкой можно рисовать. Или выдавливать краску из тюбика и размазывать строительным шпателем.
Работу забросила. Все деньги истратила. Нашла «Общество анонимных художников», где не только получила поддержку, но и нашла покупателей. Вот уже неделю продаёт картины и на вырученные деньги покупает холсты и краски. Какое-то безумие. Роман бы такие картины ни за что не купил. А в «Обществе анонимных художников» она уважаема и её картины в большой цене.
— Доктор, зачем на карантин? Я и так живу на даче, вдалеке от всех.
— Я бы предложил вас положить в стационар. Чтоб получать лечение под присмотром медсестёр и медбратьев. Но мест нет. Катастрофически не хватает койко-мест, батенька, — всплеснул руками доктор.
— От чего же так? Эпидемия, что ли?
— В стационар кладём только с опасной степенью одарённости. На грани психической формы заболевания. А вы, батенька, ещё держитесь, — доктор внимательно просматривал карточку. — Говорите, что один роман заканчиваете? Да и ни с кем не общаетесь? Пожалуй, оставлю вас на вашей даче. Где она находится?
— В Молчалкино. Общество «Proofreader and Editor» [корректор и редактор].
— Да вы что? Это же рассадник заразы! Срочно госпитализировать! Вы меня расстроили, батенька, — доктор что-то стал быстро набирать в карточке Романа на мониторе и нажал на кнопку под столом.
Два дюжих бугая с тупыми рылами ввалились в кабинет и встали у Романа за спиной.
Ну, думаю: «Я пропал! Пропало моё вдохновение! Пропали мои публикации!»
— Доктор, — взмолился несчастный писатель, — сколько продлится эта болезнь?
В голове Романа зрел план, как избежать экзекуции, — к чёрту лететь с этой планеты, запасной космолёт стоит на заброшенном космодроме.
— Через семь дней ваше вдохновение растает как страшный сон. Вы станете среднестатистическим обычным человеком. Ещё пару дней на снотворных, и с писательством будет покончено. В лучшем случае вы станете добропорядочным потребителем. В худшем — увлечённым читателем. И никаких Новых Миров, Божественных Откровений, батенька. Всю бумагу — в стол или лучше — в костёр!
Старик помнил, как лихорадочно подсчитывал в голове: «Семь дней, а космолёт, который стоит на площадке заброшенного космодрома, собирались испытывать через пять дней». Ну что же, значит, без него будет совершён пробный полёт. А ещё стало обидно, что через неделю выздоровеет и станет «среднестатистическим читателем». А он-то уже ощутил себя ну если не гениальным, то одарённым писателем. Неужели даже мысли не останется сесть за стол и дописать все истории, про которые он доктору не рассказал?
Рядом с мощными медбратами он казался себе потерянной планетой, ничтожной в своих помыслах.
А жена? Как же она будет жить без своих картин? А куда денутся общества «Профессионалы мыловарения», «Любители свечей и свечных традиций», «Клубы любителей вокала», «Мастерские гусельного искусства», всевозможные «Гитарные клубы», творческие объединения шахматистов, танцоров, скульпторов, поэтов, писателей? Растворятся в дымке времени? Будут ли они помнить и скучать по своим внезапно открывшимся способностям? Или забудут о них и продолжат, как прежде, ходить в магазин, делать сэлфи, варить щи-борщи, отдыхать на Гавайях, заказывать постеры через нейросеть, слушать песни, состоящие из двух строчек, чувствовать себя ничтожеством и изображать из себя элиту.
Роману стало печально до слёз. И безразлично, что с ним будет. В кабинете наступила тяжёлая, вязкая тишина. Доктор внимательно смотрел на пациента поверх очков и, кажется, стал что-то понимать. Отослал медбратов. Как только двери кабинета закрылись, ему захотелось отвести душу, поговорить.
— Вы уж не обессудьте, радею за вас, батенька. Вирус Одарённости, что тебе «пляски святого Витта», захватывают весь организм без остатка. Даже мы, доктора, получившие прививки от Одарённости, циники и материалисты, начинаем безумно то марки собирать, то подстаканники. Не бог весть какие увлечения, до одарённости далеко, как бухгалтеру до шахматиста. Сначала грешили на утечку штамма из лаборатории Института Здравоохранения Нации. А потом оказалось, что та бацилла — это цветочки — перестраховка вирусологов, или предвосхищение ожидания неизбежного. Реальная опасность снизошла от приблизившейся к Земле кометы Р96. И не первый раз она пролетает. Ничего подобного раньше не было. А может, и было? Всплески возрождения культуры и искусства, а? В разные века. Недоглядели учёные и астрономы? Теперь-то мы знаем точно, что метеоритный хвост кометы Р96 пролетит и эта бацилла улетучится. Вирус больше четырнадцати дней не живёт на Земле. За это время нам бы людей не потерять. Ведь некоторые, особо восприимчивые к одарённости, себя изводят — рисуют, танцуют, поют, картины пишут, стены пачкают — создают художественный продукт. Непризнанные погибают или сходят с ума, другие растрачивают все сбережения. Спасаем как можем. Даём снотворное. Со временем всё забудется, и человек будет как новый. С чистого листа жизнь свою начнёт.
— Доктор, а может быть, не спасать их? Пусть хоть раз в жизни почувствуют вдохновение, проявят свои способности, порадуются и других порадуют?
— Да никому не нужны эти ваши достижения. Никому. Себя потешить? Ну-ну. Есть же дежурные писатели, певцы, танцоры — признанные, на зарплате. На их фоне, конечно, каждый может подхватить Вирус Одарённости и зазвездиться. Просто так, безвозмездно. А потом раз — и это проходит, как насморк. Пустота, невостребованность.
— Доктор, у меня жена в «Обществе анонимных художников». Ведь эти объединения по интересам останутся? Их же никто не отменит? Пусть бы там они и общались. Ведь человеку нужно даже не признание. Человеку нужен человек. А метеоритный хвост, может, ещё не раз прилетит и принесёт другие вирусы. Например, Добра и Любви.
— Ну, вы, батенька, выдумщик. Идите уже, пишите свой роман, только без фанатизма. И как закончите, не бейтесь головой в двери издательств, а положите его глубоко в стол и живите спокойной жизнью. Кстати, на вашей даче не завалялись какие-нибудь подстаканники? Буду очень признателен.

Полностью рассказ Татьяны Денисовой (и другие рассказы, вошедшие по результатам конкурса в книгу «Эпидемия одарённости») можно прочитать на сайте Гоголевки (страница КЛФ «Контакт») по адресу: https://libnvkz.ru/userfiles/95545.pdf