Голос из прекрасного далёка

Всего 25 базисных пунктов, или 0,25% — настолько Совет директоров Банка России снизил ключевую ставку в минувшую пятницу. Теперь она составляет 14,25% годовых
А ждали-то такого-этакого! Как обычно, эксперты — финансисты, экономисты и доморощенные аналитики — разошлись в своих прогнозах. Одни потирали ручки, утверждая, что сопротивление Эльвиры Набиуллиной сломали и ставка снизится ещё на 0,5% как минимум, — недаром глава ЦБ на столь долгое время выпала из медийного пространства из-за болезни. Говорили, что из-за простуды она потеряла голос. В прямом смысле слова, который стал символическим: кто же теперь будет говорить за Набиуллину? Другие были более осторожны в оценках, поскольку ситуация меняется буквально каждый день. Как обычно, после заседания Совета директоров, председатель Банка России подробно разъяснила причины и мотивы принятого решения.
“Индикаторы деловой активности в апреле — мае, как мы и ожидали, показали некоторое улучшение после низких значений в начале года, — сказала Эльвира Набиуллина. — Текущий рост цен замедлился. Во многом это произошло за счет разовых факторов. Оценки устойчивой инфляции тоже немного снизились. Этому способствовали накопленный эффект жесткой денежно-кредитной политики и сближение спроса с возможностями предложения. Однако проинфляционные риски на будущее заметно выросли. Бюджетная политика в ближайшие 3 года будет более стимулирующей, чем это было заложено в нашем базовом прогнозе. В последние месяцы существенно ускорился рост кредитования. Эта картина может ограничить пространство для дальнейшего снижения ставки и потребовала от нас более сдержанного шага”.
К слову, слова о “более стимулирующей” бюджетной политике аналитики расценили как обозначение недавно принятого решения — позволить правительству наращивать расходы бюджета, не интересуясь мнением депутатов. Хотя на что Кабмин конкретно собирается тратить деньги, не сообщается, не исключено, что для бюджета, и без того с большим дефицитом, это станет серьёзным испытанием.
Говоря об инфляции, Эльвира Набиуллина отметила: “Текущий рост цен в последние месяцы значительно снизился, в основном под влиянием разовых факторов. Так, весной сильнее обычного дешевели овощи и фрукты. Вклад внесло и укрепление рубля в последние месяцы на фоне высоких цен на основные товары российского экспорта. Но для наших решений важнее устойчивая инфляция. Она тоже замедлилась, но не так существенно, и, по нашим оценкам, сохраняется в диапазоне 4 — 5% в пересчете на год.
Что касается инфляционных ожиданий, то они уменьшились как у бизнеса, так и у населения, однако все еще остаются повышенными”.
Но при этом последние события, вызвавшие рост цен на топливо, могут повлиять на июньскую инфляцию, и в ЦБ к этим перспективам относятся серьёзно: “Правительство принимает необходимые меры, но на восстановление предложения может потребоваться время. Удорожание бензина может отразиться также на инфляционных ожиданиях, так как это достаточно чувствительный товар и для людей, и для компаний. Кроме того, в последние недели произошел разворот в динамике цен на плодоовощную продукцию после нетипично сильного снижения весной. Мы уже видим это в оперативных данных”. Зато годовая инфляция может немного снизиться за счёт переноса индексации тарифов на коммунальные услуги с июля на октябрь. Тем не менее, считает глава Банка России, это будет лишь перераспределение цен внутри года.
Что касается экономики, то, по данным регулятора, во втором квартале 2026 года “показатели экономической активности улучшаются”: исчерпались временные факторы, которые сдерживали её в начале года, в том числе календарные и погодные, — например, сезонное оживление наблюдается в строительстве, однако по отраслям ситуация различается. “Эта неоднородность выросла за последний год, — констатирует глава ЦБ. — В значительной мере это связано со структурной перестройкой экономики. Если рост спроса со стороны государства существенно ускоряется, пространство для расширения частного спроса — инвестиционного и потребительского — в условиях ограниченных ресурсов становится меньше. Определенный вклад в усиление отраслевой неоднородности вносят и более краткосрочные факторы, такие как конъюнктура мировых сырьевых рынков и временное выбытие отдельных обрабатывающих мощностей”.
В то же время сохраняется умеренный рост потребительской активности: к примеру, это заметно по активным покупкам автомобилей весной и высокому спросу в сегменте услуг.
В Банке России связывают это с ростом зарплат, который, впрочем, замедлился и, вероятно, в дальнейшей перспективе будет ещё более сдержанным. “Кроме того, существует достаточно высокий разброс в динамике оплаты труда по отраслям и видам деятельности. Он отражает ту неоднородность в экономике, о которой я говорила”, — отметила Эльвира Набиуллина. К тому же остаётся некоторая напряженность на рынке труда, и в некоторых регионах России в последние месяцы приостановилось сокращение дефицита кадров: “В этих условиях для устойчивого уменьшения давления на издержки и цены необходимо дальнейшее сближение роста оплаты труда и его производительности. И хочу подчеркнуть: чтобы увеличивалась производительность, прежде всего требуется, чтобы рабочие руки были по максимуму задействованы там, где это приносит наибольшую отдачу для экономики”.
Рассматривая денежно-кредитные условия, председатель Банка России сказала, что процентные ставки в большинстве сегментов финансового рынка продолжили плавно снижаться под влиянием предыдущих решений по денежно-кредитной политике, но при этом отметила некоторый рост долгосрочной доходности ОФЗ, что отражает рост премии за срочность, связанный с неопределенностью относительно бюджетной политики.
Растут объёмы рублевых сбережений населения в банках. Причём среди банковских продуктов увеличивается популярность накопительных счетов. А также граждане интересуются вложениями в инструменты финансового рынка и нефинансовые инструменты.
В последние весенние месяцы наблюдалась активизация необеспеченного и автокредитования, а также ипотеки на рыночных условиях в рознице, существенно повысились темпы роста корпоративного кредита.
“Динамика денежно-кредитных показателей в настоящее время требует от нас особого внимания, — уточнила Эльвира Набиуллина. — Во-первых, если ускорение кредитования окажется устойчивой тенденцией, а не краткосрочным всплеском после низких значений в начале года, то это может говорить о том, что текущие денежно-кредитные условия уже не воспринимаются заемщиками как сдерживающие. Во-вторых, вклад бюджетной политики в увеличение денежного предложения остается повышенным, а с учетом пересмотра параметров бюджета и далее будет больше, чем мы предполагали ранее. Если в этих условиях рост кредитования продолжится такими высокими темпами, это может потребовать от нас более жесткой политики, чем ожидалось в базовом сценарии. Совокупное влияние по бюджетному и кредитному каналу уже привело к тому, что рост денежной массы идет по верхней границе наших ожиданий и даже чуть выше. С учетом того, что наши решения влияют на экономику с определенными лагами, это уже сейчас требует от нас большей жесткости, чем было заложено в нашем апрельском прогнозе”.
Звучит не очень-то оптимистично, однако у главы Банка России, вероятно, есть основания для таких прогнозов. Тем более что на внешнем треке рост сырьевых цен (как следствие ситуации на Ближнем Востоке) привёл к ускорению инфляции, и ряд центральных банков отреагировали на рост проинфляционных рисков повышением ставок. Тут стоит упомянуть Японию, где недавно повысили ключевую ставку — до 1%…
“Для российской экономики до сих пор преобладали дезинфляционные эффекты — более высокие цены на сырьевые товары привели к росту экспортной выручки и укреплению рубля. Спрос на импорт также вырос, но не так существенно, как стоимостные объемы экспорта.
Риски затягивания ближневосточного конфликта снизились. Но сохраняется неопределенность по масштабу его проинфляционных последствий для мировой экономики, а они могут повлиять на российскую экономику через цены импортируемых товаров и логистические издержки”, — сказала Эльвира Набиуллина.
В целом же баланс рисков сильнее сместился в сторону проинфляционных. Уже реализуется пересмотр параметров бюджетной политики, хотя и сохраняется неопределенность относительно его масштаба. Бюджетная и денежно-кредитная политика, по мнению регулятора, одновременно влияют на спрос в экономике: если вклад бюджетной политики растет в целях реализации приоритетных задач, то денежно-кредитная политика должна выполнять роль стабилизатора.
“Её жесткость должна изменяться, чтобы, соответственно, несколько снизить вклад кредита в совокупный спрос, — заключила председатель Банка России. — Только в этом случае можно избежать отклонения спроса вверх от возможностей наращивания предложения и нового витка инфляции… Подчеркну, что ни дальнейшее снижение ключевой ставки, ни размер шага на каждом конкретном заседании не являются предопределенными. Нам могут потребоваться паузы, чтобы оценить всю поступающую информацию и эффект наших предыдущих решений. Только сохранение взвешенного подхода, особенно в условиях высокой неопределенности, позволит добиться устойчивого результата и стабилизировать инфляцию на низком уровне”.