А в остальном, прекрасная маркиза…
Совет директоров Банка России на своём очередном заседании снизил ключевую ставку на 50 базисных пунктов, то есть на 0,5% — до 15,5%. Это уже шестое снижение подряд.
Снижение ставки стало неожиданностью для рынка, сообщает РБК. 24 из 30 экспертов — аналитиков крупнейших банков и инвесткомпаний — ожидали сохранения показателя на уровне 16%. И только шесть человек считали, что в феврале ЦБ снизит ставку до 15,5%.
В то же время депутат Госдумы, член Комитета по малому и среднему предпринимательству Алексей Говырин ещё накануне заседания допустил, что ключевая ставка Центробанка может незначительно снизиться либо остаться на том же уровне, напомнив, что в декабре, снижая ставку до 16%, регулятор фиксировал замедление инфляции и одновременно отмечал рост инфляционных ожиданий и высокую кредитную активность. При этом в январе 2026 года инфляционные ожидания россиян в годовом горизонте сохранились на декабрьском уровне — 13,7%.
“Обсуждение “маневра” сводится к выбору темпа: пауза на 16% либо очень осторожное снижение. Пауза выглядит вероятной, если ожидания и кредитование сохраняются на повышенных уровнях на фоне налоговых и тарифных изменений начала года”, — процитировала Говырина “Парламентская газета”. По словам депутата, осторожное снижение ставки более обосновано при подтверждении устойчивого замедления инфляции и ослаблении инфляционных ожиданий, тем более что прогноз ЦБ по инфляции на 2026 год — 4 — 5%, а выход на уровень в 4% ожидается во втором полугодии 2026 года.
Однако по итогам заседания Совета директоров по ключевой ставке 13 февраля 2026 года Банк России обновил среднесрочный прогноз по основным макроэкономическим показателям. Теперь ЦБ прогнозирует, что по базовому сценарию инфляция по итогам 2026 года составит 4,5 — 5,5% (а не 4 — 5%), а в 2027 и 2028 годах сохранится на целевом уровне 4%. Среднюю ключевую ставку в 2026 году Банк России прогнозирует на уровне 13,5 — 14,5% (в предыдущем прогнозе — 13 — 15%). Прогноз темпов роста ВВП в базовом сценарии сохранен на том же уровне: 0,5 — 1,5% в 2026 году и 1,5 — 2,5% — в 2027 и 2028 годах. Как и ключевые тенденции в экономике в целом.
После заседания аналитики заметно воодушевились: например, в Минэкономразвития России позитивно оценили решение Центробанка понизить ключевую ставку до 15,5 процента годовых, увидев “значительный потенциал для ее дальнейшего снижения”. “Решение Банка России оцениваем позитивно. При этом важно учитывать, что опубликованные сегодня Росстатом месячные данные оказались ощутимо ниже недельных показателей за счет более широкого спектра наблюдаемых товаров и услуг”, — приводит Интерфакс мнение директора Департамента макроэкономического анализа и прогнозирования ведомства Льва Денисова. Он также отметил, что эффект таких разовых факторов, как перенос НДС в цены в январе 2026 года и перенос роста цен на овощи с декабря на январь, носил ограниченный характер. Глава Департамента Минэкономразвития также указал, что, согласно оперативным данным, в январе продолжилось замедление потребительской активности, в то время как показатели инфляционных ожиданий населения и наблюдаемой инфляции не изменились по сравнению с декабрем 2025 года.
Оптимизм чиновников сочетается со сдержанными оценками со стороны главы Банка России Эльвиры Набиуллиной, которая в ходе традиционной пресс-конференции после заседания Совета директоров ЦБ допустила паузы в дальнейшем снижении ключевой ставки и снижение ключевой процентной ставки шагом в 0,25 процентного пункта. “В зависимости от ситуации возможны и большие шаги, но возможны и паузы в рамках в том числе базового сценария… Ну и даже шаг в 0,25 я бы тоже не исключала, если на это будут основания”, — цитирует Набиуллину ТАСС. По ее словам, все будет зависеть от поступающих данных.
А в целом, объясняя решение Совета директоров, Эльвира Набиуллина сообщила, что экономическая ситуация в целом развивается в рамках базового сценария: “Недельные данные по ценам в январе выглядят достаточно высокими, однако они не меняют общей картины. По нашей оценке, произошло перераспределение инфляции между концом прошлого года и началом текущего. Поэтому последние три месяца корректнее рассматривать в совокупности, а не по отдельности”.
Как отметила глава ЦБ, уже по недельной статистике заметно, что за месяц цены существенно выросли. Основная причина роста — ожидаемый перенос повышения НДС в цены. Правда, эффект от него оказался более сильным и концентрированным в январе, чем от аналогичного повышения налога в 2019 году, поскольку большинство компаний не переносили повышение налога в цены в конце прошлого года, а сделали это в начале текущего. В итоге основной вклад этого фактора пришелся на январь.
Цены на товары росли неравномерно. “В конце прошлого года рост цен на плодоовощную продукцию был нетипично низким, а в январе заметно ускорился — прежде всего из-за погодных условий, которые повысили издержки тепличных хозяйств на отопление. Кроме того, с начала года из-за повышения акцизов быстрее росли цены на бензин, табак и алкогольную продукцию, — сказала Эльвира Набиуллина. — Для некоторых экспертов январские недельные данные стали неожиданностью и были восприняты как свидетельство устойчивого ускорения инфляции. Однако, по нашей оценке, замедление в конце прошлого года и ускорение в начале текущего носили разовый характер — январь фактически перетянул инфляцию из прошлого года. Сейчас годовая инфляция находится на уровне 6,3%. Это немного ниже нашего прогнозного интервала 6,5 — 7%, того, что мы ожидали на начало этого года. Таким образом, инфляционная динамика в целом развивается в рамках этого сценария: просто мы пришли к текущей точке не плавно, а через замедление в ноябре — декабре и последующее ускорение в январе. Это перераспределение привело к более низкой инфляции в прошлом году. В текущем же с учетом этого мы повысили ее прогноз до 4,5 — 5,5%”.
Председатель Банка России допустила, что оценить, полностью ли уже исчерпан эффект от повышения НДС, можно будет только после получения данных за первый квартал года. Что касается рисков вторичных эффектов для инфляции от налоговых мер, то пока такие риски не выросли. На это указывает динамика инфляционных ожиданий.
По словам Эльвиры Набиуллиной, по итогам прошлого года рост экономики составил 1% — это верхняя граница прогноза регулятора: “В целом ее динамика соответствует нашим ожиданиям: экономическая активность перешла к более умеренным темпам роста. В конце года наблюдалась активизация потребительского спроса, что было ожидаемо и связано с повышением утилизационного сбора и НДС. Люди старались сделать крупные покупки заранее, по старым ценам. Соответственно, в начале этого года мы рассчитываем увидеть зеркальную картину, то есть более сдержанную потребительскую активность. На обоснованность таких ожиданий указывают в том числе оперативные данные нашего мониторинга предприятий за январь и февраль”.
Плавное замедление роста экономической активности сопровождается снижением напряженности на рынке труда: безработица остается на минимальных уровнях, а доля компаний, которые называют дефицит кадров своим главным ограничением, заметно сократилась.
Денежно-кредитные условия, по словам Эльвиры Набиуллиной, “продолжили смягчаться, но в целом остаются жесткими”: в целом накопленная жесткость денежно-кредитных условий создает предпосылки для снижения инфляции к 4% — заветной цели Банка России.
Говоря о внешних условиях, глава ЦБ отметила, что эффекты от торговых ограничений и фрагментации мировых рынков пока значимо не отразились на текущей ситуации: в целом мировая экономика продолжает расти достаточно устойчивыми темпами, и это поддерживает спрос на широкий круг сырьевых товаров.
“На нефтяном рынке ситуация отличается, — сообщила Эльвира Набиуллина. — В прошлом году предложение нефти росло опережающими темпами, и в результате мировой рынок перешел к профициту. Это оказывает давление на цены. Для российских экспортеров ситуация дополнительно осложняется санкционными ограничениями. Учитывая тенденции на мировом рынке, мы снизили прогноз по ценам на нефть на ближайшие три года. Соответственно, был скорректирован и прогноз по стоимостным объемам экспорта. Рубль остается стабильным. Хотя экспортная выручка нефтяных компаний сократилась, это было отчасти компенсировано поступлениями от экспорта других товаров. В целом привлекательность рубля сейчас и в перспективе поддерживается бюджетным правилом и проводимой денежно-кредитной политикой”.
Баланс рисков по-прежнему смещен в сторону проинфляционных. Среди них — риски более длительного отклонения российской экономики вверх от траектории сбалансированного роста и повышенных инфляционных ожиданий: как отметила глава Банка России, “в январе ожидания населения не отреагировали на повышение НДС, но полностью исключать такие эффекты в ближайшие месяцы мы не можем”. Также существенные риски ЦБ связывает с ценами на нефть, зато проинфляционные риски со стороны рынка труда несколько снизились.
“Как и всегда, в зоне нашего особого внимания находится бюджет — как федеральный, так и региональные, — сказала Эльвира Набиуллина. — Утвержденные в законе параметры бюджета предполагают его сильное дезинфляционное влияние в этом году. Но развитие ситуации может отклониться от параметров прогноза в части, например, ненефтегазовых доходов. Если ненефтегазовый дефицит вырастет, то наши возможности по снижению ключевой ставки, скорее всего, уменьшатся”.
Дезинфляционные риски также сохраняются, прежде всего риск более значительного замедления внутреннего спроса.
Говоря в завершение о будущих решениях, председатель Банка России сказала: “В нашем обновленном прогнозе обеспечение устойчивого возвращения инфляции к цели потребует немного более высокой ставки в следующем году в размере 8 — 9%. Это нужно, чтобы обеспечить именно устойчивое возвращение инфляции к цели в условиях повышенных инфляционных ожиданий. За последние четыре года, когда из-за проинфляционных шоков цель по инфляции не достигалась, инфляционные ожидания закрепились на повышенных уровнях. Их снижение будет происходить достаточно медленно, в том числе из-за повышенных темпов индексации регулируемых услуг и тарифов в ближайшие годы. Все это требует от нас при прочих равных более плавной траектории снижения ключевой ставки. Она позволит во втором полугодии вернуть устойчивую инфляцию к 4%, а экономику — к сбалансированному росту”.
