Женькины истории
С недавних пор у входа в магазин, на проспекте Октябрьском, мы постоянно видим молодого паренька без ноги. Голодный и замерзший, он ни у кого ничего не просит, просто сидит. Некоторые люди подают ему копейки. Однажды я не выдержала, подошла к нему с расспросами. И узнала, что зовут его Женей Ханнановым. Год назад он жил в Новоильинском районе по адресу: улица Новоселов, 40, квартира N 136. После смерти родителей из-за большой задолженности за квартиру его выселили без предоставления другого жилья. В настоящее время Женя скитается по колодцам. Все документы за год жизни на улице потерял. Мы очень просим редакцию «Кузнецкого рабочего» помочь: по возможности определить его куда-нибудь, пока не поздно.Под письмом стояло несколько подписей.
Женьку мы нашли, как и указывалось в письме, возле магазина на Октябрьском проспекте. Он сидел на ступенях, вытянув культю, рядом стояла коробочка для пожертвований. В тот день занесенный снегом и посиневший от холода паренек походил на нахохлившегося птенца, который выпал из гнезда. Некоторое время я наблюдала за инвалидом. Народ подавал ему неохотно, то ли место было небойким, то ли особой жалости его увечье не вызывало — подумаешь, нет ступни. Возле крутились пьяные мужики. «Что надо от пацана?» — налетел на меня один из них, когда я сделала попытку заговорить с нищим. И узнав, нехотя отошел в сторону: «Женька, если что, ты только крикни…» Надо сказать, появлению «Кузнецкого рабочего» в моем лице паренек обрадовался. И попросил — нет, не милостыню — помочь устроиться в любой приют, интернат, куда угодно, лишь бы была крыша над головой. История скитаний, рассказанная Женей, трогала, хотя некоторые моменты в ней и казались неправдоподобными.
Легенда для прохожих
Вырос в простой рабочей семье: отец всю жизнь проработал сварщиком на ЗСМК, мать ‑ поваром в детском саду. В Ильинке у них была трехкомнатная квартира. У Женьки было двое старших братьев и младшая сестра. А инвалидом он стал в детстве: катался на велосипеде и угодил под машину. Но школу не бросил, решил, что по ее окончанию пойдет учиться на сварщика. Не получилось: сначала умер отец, через несколько лет слегла мать. «Не до учебы было, — признался Женя, — три года мама от рака мучилась, нужно было за ней ухаживать». Семья жила на Женину пенсию по инвалидности в 1400 рублей и пенсию по утере кормильца — 800 рублей. К моменту смерти матери старший брат Жени сидел в тюрьме, средний со своей семьей жил где-то в районе Запсиба. В квартире оставался Женя, на ту пору ему было двадцать лет, младшей сестренке Юльке — восемнадцать. После смерти матери взрослых детей вызвали в суд, где им сообщили, что квартиру забирают за долги. Как это могло произойти, Женька до сих пор понять не может. «Хоть комнату в общежитии дали бы, а потом уж гнали из квартиры», — обиженно говорит он. Ведь долгов за коммунальные услуги и сорока тысяч рублей не набежало. Да кто сирот жалеть будет? Пришли люди из ЖЭКа, выставили их на улицу и опечатали квартиру. Так они остались без крыши над головой. Сестренке, слава Богу, удалось пристроиться, ее пустила пожить подружка. Женька попросился в семью к среднему брату. Но тот его не пустил. «Извини, брат, — сказал, — взять не могу, жена вот-вот родит, а квартирка маленькая, и без тебя тесно». И оставил Женьку на улице. Сначала он спал в кустах возле дома, а с наступлением холодов перебрался на вокзал. Там прошел школу выживания, учился побираться. Перво-наперво бомжи с него сдернули протез: «Безногому больше подадут». Потом у Женьки украли документы, а для сбора выручки приставили двух парней. Работать на чужого дядю Женька не захотел и с вокзала сбежал.
Историю своих мытарств Женька рассказал быстро и охотно, без запинки. Не утаил и место сегодняшнего обитания — канализационный люк, что за зданием хирургии первой городской больницы. Там подобралась для него хорошая компания: пожилая семейная пара и молодой парень. Живут дружно, без ссор и драк. Вместе в колодце теплотрассы супчик варят, вместе кроссворды разгадывают, анекдоты из газет читают, вместе заваливаются спать на теплые трубы. А утром Женька опять спешит к магазину, на ступенях которого исправно сидит до вечера. Здесь ему лучше, чем на вокзале: местные алкоголики служат своего рода охраной, защитой от рэкетиров — бомжей и прочих обидчиков. Правда, «зарабатывать» помногу не удается, но на суп из крупы или пачку лапши денег хватает. Но быть всю жизнь попрошайкой он, конечно, не желает. «Я хочу отсюда выбраться, помогите», — тихо проговорил Женя на прощанье.
А вот как на самом деле
Мы связались с МУЖЭПом и паспортным столом Ильинского микрорайона, побывали в гостях у новых хозяев Женькиной квартиры, побеседовали с соседями. И выяснили, что действительно по улице Новоселов проживала семья Ханнановых — беда всего подъезда. Мать страдала запоями, за что глава семьи ее частенько поколачивал. После его смерти мать ударилась во все тяжкие… Старший брат Жени стал употреблять наркотики, и в доме был настоящий притон. Средний брат, бывшие соседи характеризуют его как серьезного и положительного, сделал попытку оформить опекунство на Женю и Юлю, а после забрать в свою семью. Довести дело до конца ему не удалось: дети не захотели жить под его присмотром. К тому времени Юля пошла по стопам матери, а Женька дома появлялся периодически. Его вторым домом давно стала теплотрасса. Мальчишка сбегал из дому до того, как стал инвалидом, и после. Милиция частенько через соседей разыскивала непутевую мамашу, чтобы та забрала из отделения бродяжку-сына. Ни воровства, ни хулиганства, со слов соседей, за ним не числилось. В 2002 году Женина мать продала квартиру в Новокузнецке и купила жилье в Киселевске (долгов за коммунальные услуги у них тогда накопилось около восьми тысяч рублей). На разницу в стоимости квартир она собиралась какое-то время существовать.
Спустя год после переезда в Киселевск умерла мать, и Женя остался в квартире вместе с Юлей. В знакомое с детства убежище — теплотрассу — сбежал от шумной жизни сестренки довольно быстро. Перебрался в Новокузнецк, здесь лучше подают. Стоит ли его осуждать за это? Всю жизнь он сбегал от семейных пьянок и скандалов в теплотрассу, ушел и теперь. Возле теплых труб теплотрассы, очевидно, и родилась его сказка о маме-поваре, ее вкусных обедах с булочками и, наконец, трагической кончине от «приличной» болезни, а не от водки, как было на самом деле.
Шаг навстречу
Сегодня, собирая милостыню, Женя по-прежнему мечтает о хорошей рабочей профессии. Его очень заинтересовала информация о том, что в Новокузнецке есть спецучилище для инвалидов с общежитием. Из перечисленных нами профессий он остановился на мастере по ремонту бытовой техники и загорелся ехать устраиваться. Но сначала ему нужно было через дом временного ночного пребывания восстановить документы. Оказалось, что о существовании этого учреждения Женька знал, не раз обсуждал с бомжами в теплотрассе как вариант возвращения в люди. На всякий случай мы еще раз объяснили ему, как туда добраться, дали денег на проезд и посадили в троллейбус. В доме временного ночного пребывания Женя не появился. Увы, если человек сам не хочет изменить свою судьбу, насильно к хорошей жизни его не вытащишь. Тем не менее не хотелось бы думать, что так и пойдет по жизни с протянутой рукой молодой и, в принципе, здоровый парень. Спиваясь и опускаясь все ниже и ниже. Хочется верить, что Женька когда-нибудь поймет главное: чтобы хорошая жизнь не прошла мимо него, нужно самому сделать шаг ей навстречу.
