“Я стараюсь жить настоящим”

Дебютный сезон Сергея Бобровского в Национальной хоккейной лиге получился на удивление хорошим. Россиянин с ходу завоевал доверие тренерского штаба “Филадельфии Флайерз” и любовь болельщиков. Правда, к концу регулярного чемпионата на нашего вратаря навалилась усталость, ведь раньше он не проводил столько игр, и поэтому в плей-офф не блистал. Но за одного битого, как известно, двух небитых дают. И полученный опыт обязательно пойдет ему на пользу.

Сейчас Сергей отдыхает дома. Он нашел время встретиться с журналистами и рассказать о том, как ему живется за океаном.

— Спасибо всем, кто следил за моей игрой, переживал за меня. Легкой жизни в мой первый сезон в НХЛ не было все было, сложно. Поначалу даже сам был в шоке, что все так у меня получается. В концовке сезона уже подустал, был спад. А когда начался плей-офф, то все забывают, что семь месяцев был чемпионат и матчи проходили почти каждый день.

— Легко нашли общий язык с командой?

— Проблем вообще не было, сразу приняли как своего. В общении с ребятами все было замечательно. Все готовы были помочь, понимая, что я не знаю английский язык. Сейчас с языком лучше, понимаю и могу сказать, что надо.

— С кем из хоккеистов поддерживали товарищеские отношения?

— Нет одного, двух друзей, со всеми хорошо общался. Но чаще всего, естественно, с Николаем Жердевым и латышом Оскаром Бартулисом.

— Большая конкуренция была с Брайаном Буше?

— Нет, конкуренции не чувствовалось. У нас дружеские отношения, были друг за друга.

— А как происходило общение с тренером?

— Там все не так, как в России. Мы равны, разговаривали “на ты”. Можно пошутить даже — Лавиолетта называли Лави.

— Родственники приезжали в Филадельфию?

— К сожалению, моей девушке не дали визу. Хорошо, что два с половиной месяца со мной жила мама. Папа с сестрой приезжали под Новый год, а потом папа был на плей-офф.

— Угадали с моментом отъезда в НХЛ?

— Все получилось вовремя и сложилось хорошо. Плюс такая ситуация с вратарями в “Филадельфии” была. Оказалось, что вовремя попал в команду. Дали шанс, я использовал его.

— Как вы чувствовали себя в Америке по сравнению с Россией?

— Там другие жизненные условия, например, дороги лучше. Одним словом, хорошо. Но я бы не сказал, что в России плохо. Хорошо и здесь, но хорошо и там. Никакого дискомфорта не было.

— Болельщики на улице узнавали?

— Да, автографы, фото. Постоянно узнавали в магазине, в кино, в ресторане. Но это не напрягало. Приятно, что тебя узнают и ценят.

— Чем была вызвана такая свистопляска с вратарями “Филадельфии” в плей-офф?

— Может, в какой-то степени это и моя вина. В первом раунде мне доверили, но не сложилось.

— Можно сказать, что Тим Томас из “Бостона” оказался сильнее вас и Буше?

— Тут нельзя разделять. Проигрывает и выигрывает команда. Ошибаются не только вратари, но и защитники, и нападающие.

— Ваша команда оказалась единственной, кто не сыграл на “ноль” в сезоне…

— В хоккее нет задачи, что вратарь должен отыграть на “ноль”. Главное, чтобы твоя команда забила на один гол больше. И совершенно неважно, сколько ты пропустил. Так что я не обращал особого внимания на это.

— Возможно в “Филадельфии” появится Илья Брызгалов, который становится неограниченно свободным агентом. Как отнесетесь к этому?

— Подпишут, так подпишут. Это жизнь, не заканчивать же с хоккеем теперь?! Если будет Брызгалов, то будем играть с ним.

— По ходу сезона тренерский штаб сборной России с вами связывался?

— Нет, но в середине сезона звонил президент Федерации хоккея России Владислав Третьяк. Ничего конкретного не прозвучало, это было просто знакомство.

— Чувствуете, что попадете в на Олимпиаду-2014 в Сочи?

— Сейчас рано об этом говорить. Впереди еще три года, а я стараюсь жить настоящим.