Публикации

Все вместе — в поместье

Жизнь на земле, среди природы, привлекает сейчас большое количество людей. Хочется чистоты, простора, свободы. Даже избранный недавно новым президентом России Дмитрий Медведев предложил (а вступив в должность, возможно, и узаконит это) передать пустующие федеральные земли для коттеджного строительства. Активные россияне, однако, уставшие от жизни в городах, сами уже реализуют свои мечты о чистой и здоровой жизни, не дожидаясь правительственных решений. Объединенные в сообщества и поодиночке, они строят себе новую жизнь на новых местах. Кто-то называет себя последователями идей Владимира Мегрэ, автора серии книг «Звенящие кедры России», кто-то, не называя себя никак, сам по себе приходит к мысли, что жизнь на земле — самая перспективная. Не пытаясь делить россиян на «горожан» и «земледельцев», предоставим сегодня слово одному из тех, кто уже избрал себе «земной» образ жизни.
Владимир Климанов, 27 лет, инженер одного из городских НИИ. «Заболел» идеей родовых поместий в 2000 году. Печатаем его письмо в редакцию в сокращении.В один из рабочих дней у меня был разговор с моим коллегой Александром, который собрался уходить из НИИ, чтобы организовать свою фирму такси. Мотивация его ухода мне помнится до сего дня. Он объяснил так: «У меня сейчас нет собственной квартиры, а время создания семьи подходит все ближе, если не сказать — проходит. Если я сейчас возьму в кредит квартиру, даже минимально мне необходимую, то, по моим подсчетам, смогу рассчитаться за нее только когда мне будет пятьдесят лет. При условии, что в семье будет один ребенок». Замечу при этом, что наша зарплата не самая маленькая в городе. А как быть тем, кто работает за «среднюю» или «низкую» зарплату?
Свое родовое поместье я строю уже третий год, и сейчас полностью готова его структура. Примерно половину гектара (одно поместье равно одному гектару) занимает лес. Озеро шесть соток (вначале хотел девять — с островом посередине и понтонной переправой). Солнечная лужайка с газонной травой — семь соток. Грядки — одна сотка (одному хватает). Ягодные кустарники — одна сотка плюс отдельные посадки по всему участку. Цветочная лужайка перед домом — одна сотка.
Практически за это же время мне в одиночку удалось построить дом в два этажа (второй этаж — мансардный). Дом небольшой — пять на пять метров (это тепловой контур, а так семь на десять), и уже практически готовый. Осталось совсем немного доделать, и буду в нем жить. Для троих ребятишек его хватит, а потом думаю построить дом побольше, уже по совместному с женой проекту. Соседей всего 70 семей, и многие строят дома и бани. Каждый знает каждого, существует взаимовыручка, ведь мы как бы породняемся, приходя на землю. А в городе я даже соседей по лестничной площадке не знаю.
Уверен, идея создания родовых поместий — это единственный способ обеспечения большинства населения России доступным жильем. Но можно ли эту идею назвать национальной?
Понятие национальной идеи в нашей стране появилось совсем недавно. Все помнят: был период в развитии нашей страны, когда мы едва не переняли западный образ жизни. Сейчас он окончился. Страна пошла на подъем. Потребовалось что-то такое, что могло бы нас объединить. Появилось предложение объявить национальной идеей футбол. Но люди, знающие наш футбол, сразу сказали: лучше не надо. Хотя состояние футбола в стране, безусловно, улучшается. Зато у нас сейчас есть национальные проекты. Один из них — это проект малоэтажной России.
Откуда появилась мысль рассредоточить население нашей страны по всей территории России? Я думаю, из тех же книжек В. Мегрэ. Правительство, предлагая этот проект, думаю, учло реакцию населения. А она наверняка положительная.
Идея создания родового поместья состоит в том, чтобы взять все лучшее от города и перенести в место, где будут чистый воздух, чистая вода и чистая еда. При этом новое место не должно перенять недостатки города. Жизнь в поместье должна быть лучше, в том числе и в бытовых условиях. У меня, например, и стиральная машина-автомат предусмотрена, и теплый туалет.
Жизнь в поместье очень интересна. Но есть в ней и что-то необычное. Летом я прожил в своем поместье три месяца. Начали появляться новые способности и явления. О двух хочу рассказать.
Еще до приезда в Новокузнецк у меня было сильное желание научиться петь. Голос был слабый, а под воздействием новокузнецкого воздуха еще больше ослабел. Через три месяца жизни в поместье я неожиданно заметил, что мой голос стал очень сильным. Причем изменения произошли не плавно, а лавинообразно. С тех пор я пою. Правда, техника пения «хромает», но я сильно и не стараюсь. Главное ведь уже произошло.
Теперь второй случай. Ко мне в гости приехала моя мама. Она не понимала, для чего я все это делаю. Я все-таки решил показать ей поместье. Решил: ничего не буду говорить и ничего не буду спрашивать. Сколько мы отношений в спорах испортили! Пусть посмотрит. Поймет или нет? После приезда на место я потерял ее из виду. Потом она мне сказала: «Вдруг захотела сама посмотреть, что ты строишь?» И уже к вечеру спросила: «Что тебе надо, сынок, сейчас для строительства?» Я ответил, что крышу надо доделать, а окна и двери уже есть. Надо только поставить. Она подумала еще немного и говорит: «Я помогу тебе. Дам денег, чтобы ты успел до зимы это сделать». И я все успел сделать.
Раньше моя мама была первым противником этих идей. Ничего не желала слушать. Сейчас к нам вернулись хорошие отношения, которых не было уже многие годы. Сейчас она говорит: «Перееду жить хотя бы в деревню, чтобы поблизости от твоего поселения находиться». Для меня раньше такие изменения казались невероятными. Ведь многие годы я пытался убедить маму, но напрасно. И тогда я понял: будешь спорить — ничего не добьешься. Лучше молча покажи, как надо.
Мы говорим о национальной идее, о родовых поместьях, но прежде всего это разговоры о наших детях. На земле вы с детьми станете лучшими друзьями. Конечно, не все будет просто.

Владимир Валиулин Публикации 12 Апр 2008 года 76 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.