Возмутители спокойствия

Идём на «вы»
Работники ЗАО «Ильинское», уставшие от безденежья («живых» денег они не видели уже несколько лет), не разделявшие политику прежнего директора А.М. Тихонова, обратились в наблюдательный совет с просьбой отчитаться на собрании акционеров. И получили отказ. Это и стало последней каплей, переполнившей чашу терпения. Несколько человек захотели получить свои законные земельные паи и права на пользование ими. Ответ бывшего директора А.М. Тихонова был отрицательным. Справедливости ради следует отметить, права-то раздавать землю он действительно не имел. Дело в том, что, согласно соответствующему распоряжению администрации Новокузнецкого района, за каждым работником и пенсионером хозяйства закреплен участок земли размером 7,7 гектара (в общей сложности 2718 гектаров). Но документы на право собственности не были оформлены. Мало того, весь земельный фонд — это 3334 га — не подтвержден документами. А потому ЗАО «Ильинское» только землепользователь, а настоящий землевладелец — администрация района. Она, по сути, и арендодатель. А потому отчуждение земельных участков происходит без учета интересов учредителей ЗАО, и вырученные средства тоже, естественно, в карманы селян не попадают. Ситуация, мягко говоря, странная, но факт остается фактом.
Так вот, неравнодушные и безденежные работники ЗАО мириться с тем, как на их земле богатеют случайные люди, тоже больше не могли…Больно им было смотреть на то, что хозяйство катится в пропасть, о чем и поведали губернатору в своем обращении: «За время десятилетнего пребывания г-на Тихонова на посту директора акционерного общества хозяйство пришло в окончательный упадок, влезло в многомиллионные долги и является фактически банкротом… Посевные площади сократились на треть: полностью ликвидировано картофелеводство; поголовье скота уменьшилось вдвое.
Мясо, не прошедшее санитарную экспертизу, поставлялось в детские учреждения и больницы, в то время как 30 процентов поголовья скота заражено лейкозом… Фермы хозяйства превратились в рассадник заразы: отходы после забоя разносят птицы и бродячие собаки.
С молчаливого согласия руководства растаскиваются основные фонды…
А тут на днях мы с удивлением прочитали в газете сообщение о награждении вами, Аман Гумирович, г-на А.М. Тихонова за многолетний успешный труд в сельском хозяйстве…»
Губернатор вряд ли читал письмо деревенских мужиков. Аппаратчики переслали его в сельскую администрацию, как водится, для принятия мер. И вот что ответствовал губернии глава территории С.Н. Ковардаков:
«Обращение С.А. Чижова, Н.А. Еремина, Н.А. Гурова, А.Ф. Грешного, поступившее в адрес губернатора, рассмотрено в администрации Новокузнецкого района. Сообщаю, что ЗАО «Ильинское», как и другие хозяйства района, испытывает трудности. Что касается авторов письма, то они вообще никакого отношения к ЗАО «Ильинское» не имеют.
С.А. Чижов — бывший гл. экономист ЗАО «Ильинское». За систематическую пьянку в рабочее время ему было предложено уволиться, что он и сделал в 1995 году; Н.А. Еремин вообще никогда не имел отношения к ЗАО «Ильинское», а просто завербован в эту авантюру; Н.А. Гуров никакого отношения к ЗАО не имеет, пытается оформить земельный пай своего умершего тестя на себя; А.Ф. Грешный — бывший гл. ветеринарный врач. Состоял на учете в наркологическом кабинете. За систематическую пьянку в рабочее время и прогулы ему было предложено уволиться из ЗАО, что он и сделал в 1993 году.
По данному случаю (имеется в виду письмо губернатора. — Авт.) директор ЗАО «Ильинское» А.М. Тихонов подал в народный суд заявление о привлечении «инициативной группы» за подрыв репутации и оскорбления. Уголовное дело принято к производству».
Сразу скажу, столь уничижительные характеристики инициаторов собрания не повлияли на ход событий. Собрание акционеров состоялось 24 мая 2003 года. Причем на… улице. Помещения бывший директор А.М. Тихонов не дал, чем красноречиво продемонстрировал свое отношение и ко всем акционерам.
Кстати сказать, А.М. Тихонов суд о защите чести и достоинства проиграл. В подготовке нашей публикации не пожелал принять участия.
Однако вернемся к возмутителям спокойствия и заметим, что на них существуют и другие характеристики.
Так, С.А. Чижов закончил Свердловский сельхозинститут. В хозяйстве прооработал 10 лет, восемь из них был главным экономистом, с репутацией лучшего специалиста в районе. Уволился из ЗАО «Ильинское», потому что открыл свою фирму.
Н.А. Еремин выпускник Томского университета, по образованию — инженер-геолог. Руководитель строительной компании. В ЗАО шесть лет. По договоренности с его прежним руководителем должен был строить в хозяйстве мясоперерабатывающий цех.
У А.Ф. Грешного за плечами ветеринарская академия. Взял в хозяйстве свой земельный пай и занимается фермерством.
Н.А. Гуров житель деревни Митино. Водитель по профессии. Служил в частях КГБ. Ликвидатор Чернобыльской аварии. Занимается животноводством.
В руководители хозяйства выбрали именно Николая Александровича Гурова потому, что он «по-крестьянски сметлив, трудолюбив, целеустремлен и очень порядочен».
Конечно, о том, что собой на самом деле представляют члены инициативной группы, глава администрации, человек новый в районе, не мог доподлинно знать, а потому, доверившись начальнику сельхозуправления В.Г. Ильященко (а именно он составлял текст письма губернатору) и подписал, по сути, компромат на четверку смелых.
Виктор Григорьевич активно ее осуждал и выразил твердую уверенность: «С их приходом хозяйству осталось жить пару месяцев. А вот с Тихоновым у меня вообще не было проблем…»
Рассуждая о «паре месяцев», В.Г. Ильященко, возможно, имел в виду судебное решение от 4 июня 2003 года, согласно которому хозяйству разрешалось недоимки — 15382213 рублей 14 копеек — погасить в декабре текущего года. Этот срок определен как окончательный. Кстати, в материалах судебного разбирательства есть и гарантийное письмо администрации о погашении еще в третьем квартале 2003 года долга хозяйства по налогам в сумме 540000 рублей. Но об этом обязательстве никто из руководителей района и не вспоминает.
Так вот, готовя предприятие к переходу в другой вид собственности, прежняя управленческая команда, кроме долгов, оставила гросбух — «Отчет об оценке рыночной стоимости основных фондов ЗАО «Ильинское». Стоимость эта — 34350000 рублей, с чем в принципе новое руководство не согласно и считает, что названную цифру следует умножить, как минимум, на два.
«Я вижу всё»…
«О том, что будет трудно, мы знали. Но насколько! Это даже трудно было предположить, — делился впечатлениями о первых двух месяцах работы в должности руководителя новый директор Николай Александрович Гуров. — Счета хозяйства арестованы. А тут подоспели сенокос, уборка зерновых. Топливо не на что купить, равно как и запчасти. Со стороны руководства сельхозуправления и администрации района — бойкот. Вы можете себе представить, что в разгар страды с нашего поля угоняется комбайн, который хозяйство приобрело по лизингу и за который уже частично рассчиталось. Это как можно назвать?
Однако никто из нас пока не потерял присутствия духа. Все необходимые сельхозработы ведутся, пусть и с огромнейшими трудностями. Мы заключили договора с несколькими хозяйствами на использование сельхозтехники, автомашин и людей на время уборки урожая, закладки силоса.
Большая поддержка идет от селян. Кроме того, у меня много порядочных друзей и знакомых. Все они тоже оказывают посильную помощь.
Районное начальство ждет, когда мы устанем от борьбы за выживание, бросим все и уйдем добровольно в отставку. Всячески поощряет сбор подписей акционеров, в основном, сторонников прежнего директора, о проведении нового собрания, о переизбрании нашей команды. И это в разгар сельхозработ! Я объясняю людям: «Будет собрание, только давайте проведем его хотя бы в ноябре».
Разговаривая с Гуровым, я обратила внимание, что в директорский кабинет — «решить вопрос» — заглядывают не только взрослые, но и подростки. Николая Александрович принимал их без промедления. «Они мои помощники. Чистят корпуса. Зарабатывают деньги и получают бесплатные обеды. Сытые и при карманных средствах, они уже по достоинству оценили вкус трудом заработанного».
Несколькими днями позже я видела подростков, работавших на доильной площадке, в коровниках…
Но видела и другое: разрушенные корпуса, теплицы, поля, по которым гуляют сорняки… Неужели нельзя было организовать в свое время их охрану либо передать заинтересованным лицам в аренду, наконец, продать предприимчивым людям? Миллионы народных денежек разносит по свету тоскливый ветер.
С этим Гуров не может мириться. Когда мы возвращались из поездки в деревню Шорохово, где еще теплится жизнь благодаря дачникам, Николай Александрович поделился планами. А они таковы. Передать полуразрушенные и даже разрушенные производственные помещения в хозяйские руки. Вполне конкретные и надежные договоренности уже достигнуты, в том числе и по охране коллективного имущества солдатами бызовского батальона.
Вполне осуществимые проекты, считает управленческая команда, и в программе развития ЗАО, авторами которой стали единомышленники Гурова братья Чижовы: экономист и фермер из Краснодарского края, волею судеб оказавшийся в этих местах. Именно он, Юрий Алексеевич, реанимировал хлебопекарню, что при деревенской столовой. Гуров же нашел народный рецепт выпечки хлеба с использованием хмеля. Его сбором на момент нашего приезда занимались все те же пацаны. На очереди — реконструкция и запуск собственной мельницы, затраты на которую, уверены здесь, окупятся с лихвой.
«Я вижу все, что можно сделать и без больших затрат для скорейшего вывода хозяйства из кризисного состояния», — твердо подытожил наш разговор Гуров.
А «все» — это поэтапное возрождение хозяйства как овощеводческого. Да и почему бы не построить собственный завод по переработке свеклы на сахар?
Необходимо восстановить тепличное хозяйство, возродить поголовье и крупного рогатого скота, рекультивировать пахотные земли и сенокосные угодья…
Программа предусматривает и развитие всех уцелевших деревень хозяйства.
Команда убеждена, что без этого развития ни о каком общем процветании не может быть и речи.
Планы и действия Гурова и его команды воспринимаются неоднозначно прежде всего местной властью, что нашло подтверждение (дословно) в упомянутом ответе губернатору: «Программа нового предприятия больше похожа на благотворительный фонд, где, ничего не делая, можно жить прекрасно. Только непонятно, откуда такие огромные средства появились у еще не созданного предприятия?»
В местной прессе программа подвергнута прямо-таки уничижительной критике, которую венчают выводы: «Воинствующее невежество опаснее, чем даже непрофессионализм. Управляющая команда «Ильинского» уверенно разваливает хозяйство. Приводя новую команду, уважаемые ильинцы, прямо скажем, очень сильно промахнулись. Районная администрация пока не может вмешаться силовым (?! — Авт.) образом в ситуацию по причине формы собственности этого хозяйства» (?! — Авт.).
А что Гуров и его товарищи? Терпят и работают. Сейчас, например, они заняты очень важным делом: готовят необходимую документацию для проведения инвентаризации земель со всеми вытекающими отсюда правами акционеров, а также для регистрации акций учредителей ЗАО «Ильинское».
Вместо послесловия
По-разному к Гурову и его нововведениям относятся и селяне: с непониманием — одни, с надеждой — другие. Конечно, у нового директора, не имеющего управленческого опыта, не все получается и в отношениях с людьми. Кто-то упрекает его в незнании тех же бухгалтерских дел и осуждает за грубость. А кто-то считает: к руководству хозяйством пришел смелый и незашоренный бюрократическими указками, очень самостоятельный человек, из разряда тех немногих, кому «за державу обидно». Порядочный и энергичный, способный увлечь. Ему нужно только время, чтобы доказать, что он таков, каков есть.
…На календарном листке октябрь. К зиме, утверждает Гуров, хозяйство готово. Силос, сеннаж в нужном количестве и соответствующего качества заготовлены. Уборка зерновых завершена.
Корпуса отремонтированы, и скот будет поставлен на зимовку. Какая экономическая «арифметика» будет венчать сделанное, говорить рановато. Впереди — пара месяцев неуемных трудов. Однако, нельзя уже сегодня не заметить, что жизнь в хозяйстве, похоже, начинает обустраиваться. И даже самые большие скептики, оценив прелести сытной жизни (Гуров всех кормит в столовой) и живых денег (и они стали шуршать в карманах ильинцев) сменили гнев на милость.