Во главу угля

В минувший четверг центром политической жизни страны ненадолго стал небольшой Междуреченск. Именно здесь, в сибирской глубинке, состоялось заседание президиума Госсовета по реформированию угольной отрасли с участием президента России Владимира Путина.Для Кузбасса, выдающего на-гора более половины всего российского угля, перспективы развития отрасли имеют жизненно важное значение. Это и рабочие места, и резервы пополнения бюджетов, и уверенность в завтрашнем дне. Главная проблема — в невостребованности твердого топлива в тех объемах, в которых угольщики могли бы его поставлять. Сейчас (в преддверии отопительного сезона, заметим!) на складах скопилось около одиннадцати миллионов тонн «черного золота». В то время как открываются новые угледобывающие предприятия, спрос на их продукцию падает. Почему?
Во-первых, по причине ценового дисбаланса по различным видам энергоносителей. Одна калория или киловатт-час, выработанный за счет сжигания природного газа, более чем в два раза (!) дешевле полученного за счет сжигания угля. Потому энергетики, заинтересованные в рентабельной работе, переводят свои тепло- и электростанции с твердого топлива на газообразное. Нефтепродукты, к слову, также более выгодны энергетическим королям с точки зрения экономики, хотя здесь дисбаланс не столь напряженный.
Для государства же увеличение потребления газа за счет угля не сулит ничего хорошего. С одной стороны, известных запасов природного газа при нынешнем уровне добычи хватит максимум на сотню лет, нефти — на несколько десятков. Угля же — лет на шестьсот с гаком. С другой, нефть с газом составляют основу экспортного потенциала страны, потому разбазаривать национальное богатство негоже. А невысокие цены — и это признал «главный энергетик» державы Анатолий Чубайс — вовсе не стимулируют эффективного его использования. Коэффициент полезного действия отечественных ТЭЦ, работающих на газе, составляет 35 процентов против пятидесяти пяти, принятых за норму на Западе, где экономить энергоносители жизненно необходимо. К слову, в развитых странах доля потребления угля по сравнению с другими видами топлива в три-четыре раза выше, чем у нас — во многом благодаря дороговизне того же природного газа.
«Долго дисбаланс сохраняться не может… Выравнивание мировых и внутренних цен — фактор безопасности национальной экономики», — однозначно заявил Владимир Путин. Что можно расценивать как «добро» на определенное повышение внутренних цен на природный газ. Кстати, выравнивание внутренних и внешних цен на газ является одним из условий, которые нужно выполнить для вступления России в ВТО. Но в данном случае, подчеркнул президент, это не уступка Западу, а насущная необходимость для экономики самой страны.
Впрочем, налицо и увеличение доли атомной энергетики: за минувший год мирный атом вытеснил с отечественного энергорынка около десяти миллионов тонн угля.
Второй причиной снижения потребления угля (за минувший год — на 1,3 процента) участники совещания назвали глобальное потепление климата вкупе с реальной экономией потребителями тепловой и электрической энергии. Что, с одной стороны, не может не радовать, с другой — заставляет угольщиков искать новые рыночные ниши. Перспективным представляется использование угля в «высоких» технологиях, которые предлагает современная наука, заметил Владимир Владимирович.
Третья причина — конкуренция со стороны угольщиков Казахстана и Украины. В первую очередь, предприятий географически близкого Экибастузского бассейна, технологически привязанного к российским потребителям. Требования ограничения экспорта, выдвинутые российскими угольщиками, понимания у президента не нашли. Искусственное ущемление соседей по СНГ, со слов Путина, чревато ответными мерами с их стороны, что не пахнет ни добрососедством, ни здоровой конкуренцией между производителями (отчего бы не поработать над своей себестоимостью, господа?).
Хочется отметить, что президент достаточно четко отделяет интересы государства от интересов собственников угольных предприятий — это было видно во время обсуждения. Угольная отрасль практически вся стала частной (исключение составляет ряд предприятий Печорского бассейна, да и там приватизация намечена на 2002-2003 годы). «Почему государство за счет средств налогоплательщиков должно предоставлять им конкурентные преимущества?», — вопрошал Путин.
Из других тем обсуждения стоит отметить проблему переселения граждан из ветхого жилья с «подработанных» околошахтных территорий — согласно утвержденной программе на это требуется огромная сумма — не менее 160 миллиардов рублей в срок до 2010 года. И определенный прогресс наблюдается: если в 2002 году на эти цели было выделено лишь 65 миллионов, то в проекте бюджета 2003 года предусматривается уже 1,3 миллиарда (а с учетом внебюджетных источников — около двух миллиардов рублей).
Согласился Путин и с предложениями упростить порядок получения лицензий на право разработки полезных ископаемых, углубить кооперацию между российскими угольщиками и белорусскими автопроизводителями в целях удешевления БелАЗов, которые успешно работают на российских угольных разрезах, ввести сезонные тарифы на перевозку угля по железной дороге. А также с тем, что шестое место по заработной плате горняков, работающих в тяжелейших условиях, «не может радовать»…
Окончательную точку в вопросе определения стратегии развития угольной отрасли должно поставить итоговое заседание Госсовета в Москве, намеченное на октябрь-ноябрь. В столице, впрочем, позиции угольщиков не столь сильны, и ожидать «прорыва» по каким-то новым позициям не приходится: отвоевать бы достигнутое…