В эфире всё в порядке!
Телевидение и радио прочно вошли в нашу жизнь, и мы уже с трудом представляем себе, что не будем подпевать любимой радиостанции в машине, а придя домой с работы, не нащупаем привычным жестом пульт дистанционного управления, чтобы погрузиться на время в круговорот новостей и переживания героинь телесериалов, ознакомиться с прогнозом погоды на завтра и покричать «шайбу, шайбу!»… Но кто знает, как радио- и телепрограммы попадают к нам, кто заботится, чтобы в эфире не было тишины, а люди не испытывали информационный голод?Это сегодня шесть телевизионных каналов кажутся обычным делом, а ведь когда-то нашим землякам о праве смотреть телепрограммы и выбирать радиостанцию на свой вкус приходилось только мечтать. До тех пор, пока 22 апреля 1958 года не вышла в эфир первая телевизионная передача через Кемеровский телецентр. С того времени и начался отсчет развития телевидения в Кузбассе.
А 28 декабря 1962 года свой телецентр был открыт в Новокузнецке. Ровно 45 лет назад комиссия подписала акт приемки в эксплуатацию Новокузнецкой радиотелевизионной передающей станции, точнее, целого комплекса: самого здания станции и телебашни. Наша башня, конечно, будет пониже Останкинской — 180 метров против 540, но зато старше на пять лет. Она величественно возвышается над городом, видно башню практически отовсюду. И вид на город, как говорят ветераны РТПС, с высоты открывается замечательный! Только пробовать забраться на нее не стоит: все-таки это не создание Эйфеля, где даже каток открыли на 59-м уровне. К тому же подходы к башне охраняются — в целях личной и государственной безопасности.
В 1962 году «большим» телевидением и радиовещанием были охвачены Новокузнецк и прилегающие города. На станции был пятикиловаттный передатчик «Игла», две двухпрограммные радиовещательные станции, по 4 кВт каждая. Впрочем, в обиходе назывались они просто: «первая программа», «вторая программа» и «первая программа телевидения». Она же — единственная.
— Это потом уже появились «Радио России», «Радио Маяк», в 1975 году — вторая программа телевидения, — вспоминает Владимир Ильич Бахолдин, который был начальником станции с 1966 года и главным инженером — с 1973-го. — И все шло через Кемерово. Потому что в то время космических каналов подачи программ не было, трансляции шли по каналам подающего оборудования радиорелейной линии, которая соединяла Кемерово, Ленинск-Кузнецкий, Новокузнецк. Нам повезло, Кемеровская область компактная, а представьте себе, как вести телевидение в Красноярском крае, где с севера до юга больше двух тысяч километров?
Гораздо проще стало, когда запустили спутник. Телевидение и радио получили новый толчок для развития (кстати, государство было весьма в этом заинтересовано), а на станциях меняли оборудование на более современное, увеличивая количество программ. В советское время Кузбасс был на втором месте в стране по охвату населения теле- и радиовещанием после Москвы.
В святая святых Новокузнецкого телецентра — залах, где стоят передатчики, — можно, как в музее, проследить весь путь развития телевидения и радио. От «старичков», вроде чешского Tesla, до современных, оснащенных компьютером, российско-итальянского производства. На радиопередатчиках — бумажки с надписями: «Апекс-радио», «Наше время», «Маяк». На телевизионных — контрольные экраны: «Первый канал» показывает «Ералаш», а «Вести» круглосуточно транслируют новости.
— Нашим радиовещательным передатчикам тоже исполняется 45 лет, — улыбается Владимир Ильич. — Их мы не меняли, настолько устойчивое оборудование. Они и теперь работают, обеспечивая качество вещания.
Между прочим, станция может существовать, как государство в государстве, самостоятельно, независимо от того, что происходит за проходной. Своя вода, свое тепло, сотрудники живут рядом, чтобы в считанные минуты прибежать на работу: что бы ни случилось, а картинка должна быть всегда! На особый случай есть даже своя энергобаза: все передатчики, конечно, не «потянет», но одна программа будет работать обязательно. Все-таки РТПС — объект стратегического значения, в случае чрезвычайных ситуаций будет работать в режиме оповещения.
— Раньше станция могла отключиться на 20 — 30 секунд, — рассказывает Василий Константинович Кириллов (он был участником первой передачи в Кемерове, а спустя пять лет стал первым директором РТПС в Новокузнецке). — До минуты давали нам на восстановление работоспособности, а иначе премии никому не видать! А было время, когда нерентабельные станции закрывались, даже на Запсибе ретранслятор не работал, когда финансирования не было.
Села у нас и так обижены: мало где есть 3 — 4 эфирные программы, чаще — одна-две. Кабельного телевидения в деревнях, естественно, нет, а спутниковая «тарелка» по карману не каждому. Но сейчас появилась надежда, что положение изменится к лучшему и в самых отдаленных уголках телевидение перестанет быть роскошью. Кстати, и сейчас многое делается, чтобы цивилизация быстрее достигла периферии. «По югу Кузбасса мы поставили 18 станций, в поселковые школы пришел Интернет», — рассказывает Владимир Ильич Бахолдин.
Впрочем, наступает новая эпоха — эпоха цифрового телевидения. По крайней мере, об этом трубят федеральные СМИ. Если все будет так, как рассчитывают власти, в ближайшие годы грядут большие перемены: часть передатчиков подлежит замене, и количество радио- и телепрограмм будет увеличиваться. Специалисты знают, что свободных для вещания частот в метровом диапазоне не хватает, зато в «цифре» можно будет принимать сразу четыре программы на каждом канале. Конечно, процесс перехода на цифровое телевидение долгий и трудный. И недешевый. Смотреть программы в цифровом формате можно будет по специальному телевизору или при помощи приставки, а их покупка обернется дополнительными расходами для зрителей. Вряд ли россиянам это очень понравится, учитывая уровень средних доходов граждан.
— Сейчас телевидение — это единственное, что осталось у народа бесплатного, — говорит инженер Ольга Ивановна Абрамова. — Хоть шесть программ, но бесплатно. Даже удивительно, что вся эта система не развалилась в годы реформ. А сколько людей смотрит телевидение! Мне иногда кажется, что многие только этим и занимаются. Когда у нас профилактика, звонят пенсионеры, просят: «Бога ради, включите сериал! Единственная радость в жизни, а вы отключаете».
Отключают, бывает, но по графику, каждый третий понедельник месяца, и лишь для того, чтобы телевидение и радио в другое время не исчезали из эфира. И в новогоднюю ночь, поднимая бокалы под звон курантов, доносящихся из телевизора, вспомните о том, кто в этот момент внимательно следит за экранами контрольных мониторов: все ли в порядке в эфире?