Ударный день

Очередной персонаж проекта «Русское исполнительское мастерство» — Марк Пекарский — личность (этого бы вполне хватило для характеристики какого-нибудь незаурядного музыканта, но про него — этого чересчур мало) столь сокрушительно-фантастически поперечная, что не откажешь себе в удовольствии сказать о нем несколько слов.Для начала его собственные слова о том, как он пришел в музыку.
— В детстве я мечтал стать актером. Читал книжки о Фаине Раневской, ходил в театры: вместо того, чтобы мороженое есть, деньги тратил на билеты. А потом вдруг брат — военный музыкант — взял меня за руку и отвел в один старый дом в Толмачевском переулке. Там я увидел ксилофон. Мне было тринадцать: в это время уже поздно начинать заниматься музыкой, тем более в еврейской семье, где каждый мальчик обязательно должен играть на скрипочке. Но я стал учиться. Педагог на меня дико орал: он дал мне огромные палки — ножки от старинного дубового стула, я размахнулся и вместо глухого барабанчика попал по колену, палка вылетела у меня из рук и разбила окно. Несмотря на такое начало — а нога потом еще очень долго болела, — я это дело не бросил.
— А как соседи реагировали на вдруг появившееся увлечение?
— Наши соседи через стенку были глухонемыми.
— То есть вам повезло?
— Нет, наоборот. Вы знаете, что глухонемые воспринимают вибрацию пола? Чтобы обратиться к глухонемому, не надо ему кричать на ухо: «Послушай меня, Вася!» Это бесполезно. А вот если постучать на полу, он сразу обернется. И вы представляете, что было, когда я три раза в день стучал по глухому барабанчику? Звука не было, но удары отдавали в пол и передавались в соседнюю комнату. Были жуткие скандалы.
— И что было дальше?
— Дальше — пошло-поехало: училище, Гнесинский институт. В оркестре выдержал два года: я по природе своей человек очень самостоятельный, и мне самому хотелось какие-то вещи делать, а не зависеть от дирижера, который сегодня в плохом настроении, а завтра — в хорошем. Оркестрант — это человек, который полностью подчинил себя. Он приходит на репетицию и сидит как мышка.Отработал, пришел домой — включил телевизор, вечером встретился с друзьями, может быть, сходил на концерт. А наутро опять — серенькой мышкой за оркестровым пультом.
6 декабря 1976 года в зале Дома ученых при аншлаге состоялся первый концерт Ансамбля ударных инструментов Марка Пекарского. Впервые в нашей стране был представлен сольный репертуар для ударных инструментов. Произведения Шостаковича, Крафта, Артемова, Чавеса и Хованнесса, как писал тогда журнал «Музыкальная жизнь», «прозвучали удивительно свежо… создавая в зале атмосферу приятной концертности». Таким образом, были найдены «…причины, которые аргументируют правомерность вынесения ударных «за скобки» больших симфонических составов и их самостоятельного автономного существования на эстраде».
Так началась работа над репертуаром. Более ста произведений специально для Ансамбля ударных инструментов написали Софья Губайдулина, Эдисон Денисов, Альфред Шнитке и другие композиторы. Сегодня коллекция Пекарского содержит более 300 партитур.
Мировая известность к Ансамблю Пекарского пришла в 1986 году на Берлинском фестивале Fest Wochen. Наутро после исполнения «Юбиляции» Губайдулиной, «Тотема» Артемова, «Распорядка дня» Мартынова музыканты проснулись знаменитыми. «Может ли музыка для ударных держать внимание целый вечер? Может, если речь идет о такой блестящей группе, как ансамбль Марка Пекарского», — писали Berliner Morgenpost и Tagesspiegel.
У каждого кудесника — своя специализация. Этот преображает в музыку стуки, трески, скрежеты, шелесты, шипы, хрипы, взрывы — всякую немузыкальную всячину и даже тишину, то есть «материализует невидимые образы художника через звук» (цитата из одной партитуры Александра Бакши). Сей волшебник — Марк Пекарский. Для него подобные чудеса — вовсе не баловство, а серьезное дело, которое мастера ужас как боится. И это не хаотичный процесс, а целая философия. Она помогает выпевать на барабанах лиричнейшую кантилену или заставлять фортепиано открещиваться от мира звуковысотностей.
В театре звуков Марка Пекарского есть все, что только можно услышать, даже если слышимость — лишь видимость. И это искусство доступно всем, даже при известной сложности поставангардистских опусов, хэппенингов и прочих percussion performances, представленных в ассортименте инструментального театра Пекарского. Элегантному лицедею с его свитой подмастерьев известен самый лучший метод просвещения — интрига. А зрителю, чтобы подчиниться чарам Пекарского и его ударников, не нужна спецподготовка — все просто: пришел, увидел — и запал.
Один из таких подмастерьев — Андрей Дойников, обозначенный в афише концерта ударной музыки как клавишник. Хотя это не совсем так. Его Марк Пекарский называет любимым учеником. «Не должно быть любимчиков и нелюбимых, а любимые должны быть обязательно». Дойников — лауреат международных конкурсов, обладатель молодежной премии «Триумф», стипендиат «Новых имен» и Фонда Спивакова. Как ударник он учился у Пекарского в консерватории (на факультете исторического и современного исполнительского искусства) и еще как пианист — у Владимира Троппа в РАМ им. Гнесиных.
Андрей Дойников еще и композитор?- он автор музыки более чем к десятку фильмов, в том числе к документальному фильму «Георгий Жженов. Русский крест» Сергея Мирошниченко (тот самый, который был удостоен «ТЭФИ»-2003)…
Впрочем, это только слова. Но вот как с помощью одних ударных вырастает симфоническая музыка во всем богатстве музыкальных красок — это загадка, которую Марк Пекарский поможет разгадать 26 февраля в ДК «Алюминщик». Начало концерта в 18 часов. Да вы еще не по пути к кассе?!