У «Крестов» хозяина нет

Эти три дома — э 15, 19, 21 на улице Павловского — в народе зовут «Кресты» (по их архитектурному решению).
Люди в них живут, как на отшибе. Чтоы добраться «до города», приходится прилагать массу усилий. Транспорт здесь никакой не ходил (в этом году к Дню города пустили троллейбус), к магистралям и обжитым кварталам ближайший путь по мосту через Абу. «В Абашево — через Колпашево».Впрочем, мостом это хлипкое сооружение можно назвать с большой натяжкой. Бетонные лотки, потом узкий железный мостик, на котором и одному человеку тесно. А для преодоления особо опасных участков (например, где лотки соединяются с железной частью моста) нужна основательная физподготовка. Зимой мост вообще катушка.
По этому травмоопасному сооружению ходит стар и млад. Дети в школу, что расположена за речкой. Одних малышей отпускать до большого моста за полкилометра опасно, рядом магистраль. А таким, как участник войны инвалид Виктор Иванович Жезмирский, мост нужен, чтобы сходить на почту, в аптеку, в киоск за газетой.
Поначалу, когда заречную часть улицы Павловского только начали застраивать, было еще хуже. До мостика грязь месили. Асфальтированной дорожки добились только когда с грудными и малолетними детьми жители дошли до мэрии.
А вот благоустройства вокруг дома э 15 нет до сих пор. «Въехали в дом — моей дочери было два года, теперь пятнадцать, а она в песке и не играла, — рассказывает Людмила Белова. — Внуку скоро три, видно, и ему вместо детской площадки играть на строительной».
Но главная боль жителей — сам дом. Строили его как семейное общежитие, потом людям дали ордера, однако, судя по всему, отношение обслуживающих организаций к дому осталось прежнее — как ко временному жилью, сегодня поселены одни, завтра придут другие…
Мы прошли по дому. Картина, прямо скажем, удручающая. В квартире Беловых долго не работала вентиляция в санузле. Лужа на полу не просыхала, замучились менять трубы. Полмесяца назад Белова «добила» жилищно-коммунальную службу: вентиляцию наладили. Но пол от подвальных испарений как мок, так и мокнет. Сырости добавляют дождевые стоки, отмостков нет — они текут под дом. В подъездах темнота и мрак. Спроектированные по общежитскому типу огромные холлы «освещены» только проемами входных дверей. Электропроводка не закрыта. Приемных устройств в мусоропроводах до недавнего времени не было, только месяц-два назад поставили вместо отсутствующих бункеров самодельные жестяные дверцы…
Но самое впечатляющее — это обрушившийся лестничный марш, ведущий к запасному входу в дом. Когда он упал, люди подумали: землетрясение. Опасный участок и по сей день не огражден, с площадки случайному посетителю, незнакомому с географией дома, ничего не стоит сверзнуться с полутораметровой высоты. Людмила Белова показала и трещины в стенах, они не увеличиваются только благодаря тому, что конструкцию держат стеллажи в подсобных помещениях. И неоштукатуренную кирпичную кладку в холле, которая в таком виде сохранилась со дня сдачи дома в эксплуатацию. («Как вообще дом комиссия приняла?») Крысы, мыши и другая малоприятная живность расплодились в доме в неимоверном количестве…
Не стоит и говорить, что при всех этих сомнительного качества удобствах плату с жителей берут за все услуги.
На протяжении добрых десяти лет (как получили ордера) жители воюют за свой дом. Ходят с жалобами по кругу: жилищно-эксплуатационная организация (МПЖРЭП э 1, потом МУЖЭП э 13, теперь — ООО «Жилсервис») — комитет ЖКХиБ. А также контролирующие органы: санэпиднадзор, пожарная служба. Но дом по-прежнему в том же малопривлекательном состоянии.
Дважды о бытовых проблемах дома э 15 на Павловского писала наша газета. Публикация от 4 сентября 1990 года «С риском для жизни» рассказала об опасных для жизни переходах в самом доме и за его пределами. Но кустарный мост через Абу остался в том же виде и спустя тринадцать лет. А в доме, как уже сказано, добавились новые опасные зоны. Корреспонденция «На краю земного ада» ставила вопрос об огрехах при строительстве дома э 15 еще шире. По заключению комиссии, «вертикальная планировка дома выполнена с отклонениями», это приводило к периодическому «возгоранию породы» — грунтового основания дома. Городские власти приняли меры, горевший шлак вывезли. И тогда же пообещали людям завершить благоустройство, телефонизировать дом.
Прошло десять лет. Люди по-прежнему живут в центре города, как на выселках. Без телефонов, без благоустройства, в запустении и разрухе. «До каких пор?- спрашивают жители. — Неужели и наши правнуки обречены на то же, что и мы?»