Публикации

Томные сны Веры Павловны

“Можно галстук носить очень яркий и быть в шахте героем труда”

Сохранилось множество фотографий Сада металлургов, сделанных в разное время: от пустынной еще площадки с танцевальным “загоном” на краю Мохового болота, где земляные дорожки, посыпанные песком, огорожены низенькими крест-накрест деревянными беленными известью палисадничками, до “любимого места отдыха трудящихся”, где вдоль асфальтовых дорожек стояли фигуры вождей.

Последней на моей памяти, кажется, была скульптура Сергея Кирова, одетого в толстую военного покроя гимнастерку, широкие брюки, тяжелыми складками опускавшиеся в грубые кирзачи. Потом фигуру обезножили, обнажив гипс на месте слома и костыльный штырь арматуры внутри ноги, а затем она и вовсе исчезла. Киров на перекрестке улицы своего имени с 25 лет Октября Кирова из Сада металлургов напоминал мало: парковый больше был похож на гуляющий люд, точнее, был к нему ближе.

Искусство, как известно из высказываний Ленина, должно быть доступно народу (в смысле — понятно), но оно еще должно было, отражая “окружающую действительность” (реализм), быть могучим орудием воздействия на сознание трудящихся и давать примеры нового человека (социалистический реализм).

Это людям старшего поколения было известно из уроков в школе.

Отвлечемся на секунду. Кто бывал в Питере, конечно, заходил в Летний сад, куда, как вы помните, водили гулять еще Евгения Онегина. Вдоль дорожек, посыпанных красным песком, там стоят античные статуи — образы древнегреческой и древнеримской мифологии… “Петр… стремился сделать привычной для русских образованных людей античную мифологию и воспользовался для этого наиболее воздейст-вующим искусством — садово-парковым. Его Летний сад был своего рода “академией”, в которой русские люди проходили начатки европейского образования”, — писал в свое время академик Дмитрий Лихачёв. Таков был ход мыслей тоталитарного реформатора Петра I, ставшего одной из ключевых фигур русской истории в коммунистической (тоталитарной) империи Сталина.

О родстве, к слову, этих персонажей красноречиво говорят два кустарных “барельефа” Петра I и Сталина, которые установил директор-коммунист у ворот капиталистического уже предприятия (нонсенс, возможный только у нас) — алюминиевого завода с перечислением достижений обоих: построил, победил, расширил.

То есть мыслилось, что трудящиеся, приходя в Сад металлургов ежедневно после работы (что и было), увидят символы новой мифологии — социалистической, совмещая отдых с культурно-массовой обработкой. “Массовик-организатор громко называет части винтовки. При каждом названии играющие поднимают правую руку и громко говорят: “Есть!” Из “развивающей” игры 1930-х годов “Винтовка”.

Впрочем, это было далеко позже, а в июле 1931 года небезызвестный Рафаил Хитаров — мы уже приводили его слова — на партийной конференции Кузнецкстроя говорил: “Вы достаточно хорошо знаете, что нравы у нас здесь суровые и простые: немножко подраться, немножко ножом пырнуть. Говорят, что в сад, который имеется, — очень небольшое зеленое местечко, где можно отдохнуть, — после определенного часа ни один порядочный рабочий не может пойти…”

Так что с воспитанием “нового человека” дело шло со скрипом.

Впрочем, не только у нас. Редакция центральной газеты в 1934 году объясняла молодой работнице одного из заводов по поводу знакомств с молодыми людьми среди скульптур парков: “Если же он малокультурен, то он по поводу обнаженной статуи наговорит вам таких вещей…” Важно, убеждали ее дальше, понимать культурный смысл обнаженных статуй и уметь переводить физиологическое возбуждение в эстетическое чувство. Очевидно, возбуждение в чувство никак не переводилось: девушку, простите, тащили в кусты.

К слову, замечу для полной ясности: за “обнаженку” здесь “держат” вполне одетых физкультурщиц — этаких “девушек с веслом”, образов здоровых и румяных (кабы не гипс) строительниц нового общества.

Тема эта довольно щекотливая, но факт, что в Сад металлургов (в том числе) собирались и для вполне откровенных целей — найти пару (для супружества или нет, это уже вне нашего разговора). В 1935 году композитор Матвей Блантер написал на стихи Дмитрия Долева и Юрия Данцигера очень популярную тогда песенку “Молодость”: “На газоне центрального парка/ В темной грядке цветет резеда./ Можно галстук носить очень яркий./ И быть в шахте героем труда…”

Ну а зачем надевают яркий галстук? Чтобы понравиться девушке.

(Продолжение следует.)

Савва Михайлов Публикации 21 Май 2011 года 77 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.