Тенденция, однако?..

Тихо скончалось последнее в Новокузнецке предприятие, перерабатывающее молочную продукцию. Молочный завод, что за железнодорожным вокзалом, поивший и кормивший в своё время полгорода, находится ныне в режиме ликвидации.Гормолзавод этот возник в апреле 1957-го, вскоре вышел на проектную мощность — более ста тонн молока в сутки. В начале шестидесятых открылся и молочный комбинат на Запсибе — его почему-то назвали «Первым гормолзаводом». Тот скончался, действительно, первым, не выдержав вхождения в рынок. Завод на Вокзальной тогда выдюжил. После акционирования предприятие стало называться ОАО «СТМ» (аббревиатура расшифровывается как «Сметана, творог, молоко») и, в общем, нашло свою рыночную нишу. Объемы производства в девяностых годах в сравнении с советским «застоем» в несколько раз упали (руководство предприятия уверяет, что и потребление новокузнечанами молочных продуктов тогда резко сократилось), однако оставались достаточно высокими. Работало пять фирменных магазинов, да и торговые организации Новокузнецка заваливали предприятие заявками. Которые выполнялись.
Неурядицы начались в конце 90-х, когда город, со слов директора ОАО «СТМ» Анатолия Шлыкова, сразу в десять раз поднял стоимость аренды магазинов. Подсчитали — прослезились — отказались. Остались без своих торговых точек. К тому же аховая ситуация с неплатежами — опять-таки со стороны муниципалитета, крупнейшего из покупателей продукции завода. А нет денег — нет и стульев, читай — молока, как натурального, так и сухого: поставщик тоже себе в убыток работать не согласен…
Можно было бы перебиться, на чем-то сэкономить, кого-то уговорить еще немного потерпеть: связи-то устоявшиеся, устанавливались даже не годами — десятилетиями. Но тут стала, как на дрожжах, расти стоимость аренды земли. Не на проценты — в разы. «Если в 2000-м мы платили около 100 тысяч рублей в год, то за 2004-й нам насчитали 888 тысяч, а за 2005-й выйдет уже более миллиона! — сетует Шлыков. — Расходы на воду выросли в два раза, на электричество — в четыре. Резко подорожал уголь, коммунальные услуги, расходы на горючее». Такого «СТМ» выдержать не смог. Пошло нарастание долгов, иссякли оборотные средства, на горизонте замаячило банкротство.
Пыталось ли предприятие спасти положение? Пыталось. Приглашали и потенциальных инвесторов: те вроде бы заинтересовывались сначала, но потом, ровно получив указание «сверху», бросали на полуслове изучение документов и активов и спешно, без объяснений, отъезжали. Руководство «СТМ» обращалось с челобитной о заимствовании средств в ряд банков, что прежде давали кредиты; те вежливо, но решительно отклоняли поступающие предложения. Несмотря на то, что имущество под залог у завода имеется.
Попытки сдать «лишние» площади в аренду желающим не удались — опять-таки вмешалось государство в лице контролирующих органов: в санитарно-защитной зоне ничего строить нельзя. Зато за нее надо платить. Хотя, если вдуматься… В какой такой санитарной? От чего защитной? Сегодня объемы производства завода упали до смехотворного уровня — тонна-полторы в сутки!..
Прикинув баланс, рентабельность, сопоставив дебет с кредитом, общее собрание акционеров предприятия в ноябре приняло решение о самоликвидации открытого акционерного общества «СТМ». Из ста сотрудников сегодня в наличии около сорока, да и тем, по всему, осталось недолго.
Фактическая ликвидация предприятия — вопрос времени. Налоговые органы составили и направили иск по факту невыплаты налогов в арбитражный суд. Наиболее вероятный исход — удовлетворение исковых требований и продажа имущества «с молотка».
Кто выиграл и кто проиграл в результате кончины ОАО «СТМ»? В выигрыше, вне сомнения, остались конкуренты из других регионов, и без того изрядно вытеснившие местных производителей молочной продукции с рынка нашего города. Кое-кто, возможно, погреет руки на распродаже имущества предприятия, которое в течение полувека обеспечивало нас молоком и его производными.
Ну, а проиграет… Кроме оставшихся без работы сотрудников проиграет бюджет, ведь местным властям теперь придется брать молоко у других поставщиков для обеспечения социальных учреждений. «СТМ» до недавнего времени кормило своей продукцией 53 городские организации, в том числе больницы, детские дома. Поставляя им молоко с кефиром дешевле, чем другие производители, и не очень настойчиво требуя немедленного расчета (ведь в одном городе живем!..). Проиграют горожане, поскольку иногородние поставщики менее, чем местные, намерены сдерживать стоимость своей продукции и не очень-то прислушиваются к окрикам местных властей относительно умеренности в ценах (приглядитесь к ценникам!). Да и налогов от мертвого предприятия — ноль без палочки…
Мог ли город не допустить развала этого предприятия? Анатолий Шлыков считает, что не только мог, но и должен был. «Ставки арендных платежей городские власти установили для нас просто разорительные (для муниципальных предприятий они ниже в десять раз!). И мы обращались не раз и к главе города, и в горсовет с просьбой уменьшить налоги, но нам отказали. Я считаю, что просто городу не нужно свое молоко».
Спорить сложно. Потому что случай с «СТМ» — далеко не первый и, похоже, не последний. Пищевая и перерабатывающая промышленность в нашем городе в последние годы просто гибнет (целенаправленно или по недомыслию — вопрос). Загибайте пальцы: мясокомбинат, Новокузнецкая, Плотниковская птицефабрики, тот же Первый гормолзавод… Их уже нет, они прекратили своё существование.
А что осталось? Из предприятий нашего города, пока более-менее крепко стоящих на ногах, можно помянуть Кузбасский пищекомбинат, хладокомбинат, ликероводочный завод и ОАО «Хлеб». Не очень здорово дела, по нашей информации, на «Пингвине», на винзаводе, еще хуже на мелькомбинате. Руководство кондитерской фабрики, похоже, уже стоит перед угрозой банкротства: часть основных фондов распродана.
Это творится в городе, где покупательная способность населения выше, чем в других городах Сибири, если сопоставить статистические данные! Где логика?
Вот в Кемерове ситуация несколько иная: мясокомбинат, молочный комбинат, кондитерская фабрика если не процветают, то работают вполне стабильно — там власти относятся к этому бизнесу более покровительственно (а может, более ответственно?). Откуда же двойные стандарты? Новокузнецк хотят искусственно оставить только с металлургией и угледобычей?..
«СТМ» свое существование прекратил. Что дальше? Кто, извините, следующий в очереди на банкротство?..