Татьяна Киселёва — «игрок» сборной России
Татьяна Киселева — одна из двух дизайнеров Сибири, которых приглашают (которые сумели пробиться, а главное — утвердить себя как нечто уникальное) на Российскую Неделю Моды (RFW) в Москве, занимающую прочное место в мировом модном календаре и (внимание!) получающую сотни заявок на участие в ней от дизайнеров из России и мира. Международный телевизионный канал Fashion TV даже открыл в эфире «русское окно» — ежедневный блок о русской моде, создаваемый на базе впечатлений от Russian Fashion Week.
Скажу, может, некстати в связи с «сотнями заявок», что участие в RFW стоит немалых денег. Но, и имея деньги, пробиться на праздник мировой моды чрезвычайно сложно — просто невозможно, если у тебя нет нерва индивидуальности. Но и этого мало. Надо быть «в формате», что включает в себя и коммерческую востребованность работ. Киселева, к слову, пробилась на RFW, ярко засветившись на региональных конкурсах…Сразу скажу, что в моде я ни фига не разбираюсь. Но понимаю, что это нечто всеобъемлющее — диктующее не только манеру одеваться, но и стиль поведения, и — следовательно — делящее людей на своих, тех, кто «в формате», и тех, кто чужой. Это своеобразный дресс-код, когда по одежке принимают… Все это я понимаю, но тогда для меня Татьяна Киселева — самый немодный человек в мире российской моды. Вот в чем парадокс. Природа которого в ее самобытности, нежелании (попросту — невозможности) следовать некоему общему формату. Именно этим она меня «зацепила»: хочется постичь, как в безвоздушном, кажется, пространстве нашей провинции рождаются личности.
Когда она привезла в Москву первую коллекцию, ее принялись поучать: мол, Таня, надо смотреть на Европу… А она не понимает этого: Западу, говорит Татьяна, нужен глоток свежего воздуха, а не «перегар» от его собственных идей, ему нужны оригинальные идеи, а они могут быть только русскими. В Москву, продуцирующую «перегар», перестают ездить…
Может, потому что она, Татьяна Киселева, «не понимает этого» (копирование Запада. — С.М.), она так здорово принята теми, кто разделяет ее взгляды, кто оценил ее самобытную взрывную силу.
«Коллекция Татьяны Киселевой «Intercity» — яркий пример шика российского. В этом перенасыщенном впечатлениями путешествии из Новосибирска (для них, видимо, что Новосибирск, что Новокузнецк — без разницы. — С.М.) в Москву смешались блестки, кружева, оборки, вышивки на фоне крупных золотых ромашек по антрацитовому полю…» (www.gazeta.ru).
«Сразу могу сказать, что мне очень понравилось. Огромное получил удовольствие и как зритель, а как дизайнер считаю, что все грамотно, все рыночно продаваемо и с элементами такой вот экзотики, которой, в принципе, в Москве не бывает. Очень характерное своеобразие присутствует в коллекции, что замечательно, четко просматривается индивидуальный авторский почерк. На RFW очень сложно дизайнеру дебютировать, сам это три года назад делал, но я думаю, что все будет нормально. Я поздравляю — очень удачный дебют. Я рад, что побывал сегодня на показе…» (Егор Зайцев, дизайнер).
К слову, если в первый раз на демонстрации коллекции Татьяны (зал был наполовину пуст) попадали из соображений случайного (для большинства присутствовавших) любопытства, то «Девушке басиста» (так называлась ее последняя — весны нынешнего года — коллекция) сопутствовал нескрываемый интерес и забитый до отказа зал. Среди зрителей были отец и сын Зайцевы, другие «прогоны»в большинстве своем игнорировавшие. А коллекция Киселевой шла перед показом Татьяны Парфеновой — человека с мировым именем.
«Вещи Киселевой — это всегда особая и узнаваемая энергетика, к ним хочется притронуться, потрогать их, погладить и уж, конечно же, носить. Одежду от Татьяны Киселевой отличают: осмысленность, перфекционизм, радостная женственность, несомненное качество и особое творческое внимание к деталям». (Лия Кинибаева — модный критик).
«Почему «Девушка басиста», это кто ж такая?» — спросите вы, и я отвечу, с удовольствием уклонившись от разговора о «форматах», «тенденциях» и прочем, растворившись в каких-то совершенно очаровательных деталях, связанных между собой только одним — Татьяной Киселевой. Может, вам покажутся мои рассуждения бессвязными, но следите за мыслью. Более того — я (где-то, может, самонадеянно) попробую смоделировать «творческую кухню» Татьяны Киселевой и потому перемешаю ее слова с моими.
«Девушка басиста» — это концепция, которая, как либретто к опере, пишется для каждой коллекции. Девушка басиста, может, и не станет его женой, но ей он посвятит свои песни. Именно ей, волнуясь, он сыграет новую песню, только с ней может, не таясь, поговорить о любви и творчестве. Из таких выходят музы и истинные женщины. К слову, показ «Девушка басиста» сопровождала живая музыка очень интересной команды «Ундервуд», которая — отчасти — стала толчком к коллекции. «Я только могу ловить энергию и переделывать ее в конкретные вещи», — говорит Татьяна, глаза ее начинают смотреть куда-то в себя, и она словно куда-то уходит: вроде сидит перед тобой, но ее нет.
Наверное, она в туалете. Нет, это вовсе не глупая хохма: когда вдруг работа останавливается, она берет сигарету и запирается в маленький туалет в студии. А когда выходит с уже готовыми идеями, окружающие шутят: «Тебе что, там картинки показывают? У Тани муза живет в туалете». Сама она описывает процесс так: «Я не понимаю слов — придет Муза, тогда я сделаю. Я ее прошу прийти. У каждого свои хитрости. Я запираюсь в туалет и прошу Музу: приди. Запираюсь, потому что мне нужно побыть одной. И она, конечно, приходит. И я словно вижу какие-то фрагменты, а дальше — пошло…»
Кстати, вы знаете, чем отличается дизайнер от художника-модельера? По Татьяне Киселевой, модельер рисует модели, а швеи воплощают их в одежду, дизайнер все (или почти все) делает сам. Он режиссер оркестра, собирающего в единую композицию музыкальные фрагменты.
Вот короткий пересказ одного из фрагментов последней Russian Fashion Week. По приезде в Москву она сразу отправилась по магазинам — на три коллекционных платья не было обуви, надо было подобрать, о цене — уже не разговор. Обувь, колготки, прически (а перед этим кастинг из 100-200 девушек, которые должны угодить и фигурой и образом), примерка, фотографирование, определение на основе фотографий порядка выхода моделей — с чего начать, чем закончить: «Это должна быть мелодия, но по цвету», — говорит Татьяна.
К слову, о музыке. Мама очень хотела, чтобы Татьяна стала музыкантом. «Шесть с половиной лет за пианино — это такие «гланды»! — смеется Татьяна. — Когда я все это бросила, через месяц забыла ноты». Ее музыка звучит внутри нее. Она, кажется, и мыслит музыкальными категориями, хотя и в цвете: «Черный отвечает за точность. Одежда должна быть умной. Посредством одежды ты транслируешь свой образ».
И еще. Я, как человек, как уже сказано, от моды далекий, задиристо спросил о том, что вот-де говорят, что в новом сезоне будут модные такие-то цвета, такие-то ткани, а кто это решил вообще-то? Татьяна терпеливо объяснила, что существует куча институтов, разрабатывающих ткани, фотографов, даже погружающихся на морское дно в поисках цвета. Они и предлагают тренды, определяют тенденции. Их надо знать. Но… «Но это должно приходить через призму личного. Есть «адреса» тем и цветов, но мне это неинтересно», — говорит она. Именно поэтому я говорю, что Татьяна Киселева самым парадоксальным образом — может, один из самых немодных людей в мире моды. По той же логике — она из тех, кто идет на ее острие, в авангарде.
«Каждому региону соответствует своя панорама вкусов, эстетик, геометрий и пропорций. Дизайнеру из Сибири, конечно, нужно стремиться в Москву и «бросаться на амбразуры». Надо только понимать, на какие амбразуры бросаться. Но то что он должен быть информированным и смелым — это обязательно. Именно в этой смелости можно найти свою дорогу, неподражаемый язык, который даст и имя и будущее. Дизайнеров, которые работают в тенденциях, много, дизайнеров, которые находят свой почерк, работают наперекор тенденциям, очень мало, но они остаются в истории и создают свое собственное имя…» (Андрей Бартенев).
«Завидую Тане, потому что она может позволить себе не оглядываться на тему» (Егор Зайцев).
Может, как раз в этой немодности (хотя это и очень условно говоря: моду определяют не тенденции, а личности) невероятный успех нашего дизайнера.
Я, кстати, спросил, а почему она до сих пор не уехала в Москву из наших глухих к моде мест?
«Если бы мне сказали, что в Москве я буду в три раза умнее и талантливее, то, наверное, да», — грустно говорит она. Но это только с одной стороны.
С другой — она не хочет работать на провинциальном уровне. А ведь у нас город, где большинство не может позволить купить себе даже глянцевый журнал, чтобы узнать, что это там творится в мире неведомой моды?!
А она давно переросла провинциальный уровень: «Можно сказать, что сегодня я в сборной России». И как «игрок» этой сборной она представляет Кузбасс. Великая, знаете ли, честь представлять Кузбасс на (без преувеличения) одной из мировых площадок моды.
Вот осенью (как «игрок» сборной) она должна ехать на очередную Russian Fashion Week. Ехать надо уже затем, чтобы не выпасть из обоймы сборной. У нас есть «Губернаторский джаз». У нас может быть «Губернаторская студия моды Татьяны Киселевой». Область вполне бы могла взять на себя организацию поездок Киселевой на RFW. Что мы получим взамен? Много. Помните: «Одеждой мы транслируем свой образ». Образ Кузбасса, где умные люди одеваются в умную одежду. Это главное. Мода — это еще политика: не секрет, что за Юдашкиным стоит Абрамович. Не говоря о всяких производных вещах: показ в крупнейших городах области коллекций Татьяны Киселевой, прямо после RFW — с пылу с жару.
Дизайнер-то, как вы, наверное, поняли, создает идеи.
И еще. Она говорит о своем участии в RFW: «Не могу сказать, что я мечтала об этом всю жизнь. Это очередной этап, ступенька. Я хочу идти дальше, дальше…» Она профессионал, приучивший Музу к регулярной работе в поте лица.