Такая cлужба
Когда-то (до лихих 90-х годов) аббревиатура “ОБХСС” вызвала у работников торговли и прочих “денежных” отраслей народного хозяйства трепет и благоговение, а у всех остальных обывателей, не связанных ни с финансами, ни с милицией, — жгучее любопытство: кто из начальников проворовался, у кого что конфисковали… Отдел по борьбе с хищениями соцсобственности и спекуляцией — о нем, конечно, снимали гораздо меньше фильмов, чем об уголовном розыске (а теперь, когда телеэкран заполонили сериалы о “крутых”, — вообще не снимают), а потому интерес к работе этого отдела всегда был особенный.
Службе по борьбе с преступлениями в сфере экономики в этом году исполнилось 73 года. Дата не круглая, но солидная. За плечами богатый опыт работы, реорганизации и преобразования, в том числе — радикальные. Теперь отделу по борьбе с экономическими преступлениями, пожалуй, труднее всех в органах внутренних дел: время изменилось, и эти изменения по шкале “преступление — наказание” особенно видны в сфере экономических преступлений. И даже по сравнению с временами ОБХСС в работе нынешней службы есть трудности.
— Нам было легче, — утверждает бывший начальник ОБХСС Новокузнецка, полковник милиции в отставке Николай Иванович Петрашин. — У нас были определенные функциональные обязанности, которые мы должны были выполнять: борьба с хищением государственной собственности, взяточничеством, спекуляцией. Законодательство было твердое, без двусмысленностей. И судебную практику уже наработали. А сейчас? Мошенничество да взятки. Коммерсанты друг друга обманывают, обращаются в ОБЭП. Проводятся проверки, и дела передаются в суд. Если раньше было преступление, скажем, взятка, то наказывали строго — с конфискацией. И большие сроки давали. За хищение 10 тысяч рублей могли и расстрелять, такие жесткие были законы!
Сам Николай Иванович был “у руля” ОБХСС-ОБЭП целых 20 лет, с 1975 года по 1995-й. Хотя в молодости и не помышлял работать в милиции. Больше того, в свое время готов был уйти из органов.
— Я работал на КМК в сортопрокатном цехе, — вспоминает Николай Иванович. — Призвали меня в армию, а в 1956 году было сокращение Вооруженных сил. Я вернулся в город, зашел в военкомат. Военком, подполковник Головкин говорит: “Слушай, солдат, ты не дослужил, теперь пойдешь в органы”. Смотрю, в военкомате сидит “ходок” из милиции. Он меня под руку тут же и ухватил. Я оформился и начал работать. В то время в милиции безграмотных много было. Так я три года в кадрах сидел — писать-то некому. А потом подумал — чего я сижу? Пошел в участковые, потом в уголовный розыск. Но платили там мало. И я втихаря поступил в строительно-монтажный техникум: в милиции тогда не разрешали учиться, могли и выгнать! Я в отпуск пойду — а сам на сессию. А как только дело подошло к диплому, пришлось пойти в открытую. Написал рапорт — прошу предоставить отпуск для защиты диплома. Заместитель начальника УВД Сергей Николаевич Орлов меня вызвал и говорит: “А кто тебе разрешил учиться в гражданском техникуме?” Я отвечаю: “Не отпустите — уволюсь”. А сам уже договорился на цемзаводе, меня там брали на работу дежурным электриком. Но в милиции я был на хорошем счету. Полковник Орлов подумал, дал мне лист бумаги и велел писать рапорт: прошу перевести в ОБХСС. А я и не знал, что это такое…
К тому времени, когда Петрашин получил диплом, подоспел и приказ о переводе в отдел, где Николай Иванович и работал инспектором, потом начальником отделения. Окончил Томский университет, юридический факультет. А в 1975 году был назначен начальником отдела.
— Тяжело было, но интересно. Потому что иной раз думаешь: в уголовном розыске от преступления к преступнику идешь. А здесь вот сидишь с директором завода, беседуешь мирно, а сам в это время работаешь. И работа эта затягивает. Было предложение уйти на повышение, но я в отделе остался. У начальника то лекции у дружинников, то отчет на бюро горкома — ОБХСС же всегда на глазах, то в исполкоме раз в квартал надо сделать доклад, допустим, по хищениям и недостачам в строительстве. Все суммируешь и докладываешь. Мог и отстранить кого надо… Я ж власть! — улыбается Петрашин.
Когда в 90-е годы в стране начались изменения, многие из бывших “знакомых” встречали Николая Ивановича на улице и говорили: “Это ты меня незаконно привлекал!” А Петрашин отвечал: “Да не я — закон!” Теперь осужденные когда-то за спекуляцию утверждают, что пострадали без вины. Сейчас и статьи такой в Уголовном кодексе нет: вместо спекуляции — рыночная экономика. А в те времена закон держал в строгих рамках граждан, а система — милицию.
— Если крупные преступления у нас были связаны с коммунистами, каждого члена КПСС, которого привлекали, надо было “согласовать” в горкоме партии, — вспоминает Николай Иванович Петрашин. — Бывало, и “на ковер” вызывали. Но я со всеми секретарями горкома ладил. Даже с Ермаковым, уж насколько он жесткий был! Я поздравляю с годовщиной образования службы ОБЭП всех сотрудников. И, конечно, начальника отдела полковника милиции Геннадия Ильича Когана, заместителя начальника подполковника милиции Андрея Викторовича Цветкова, ветеранов службы Маренова, Мартынова, Комболина, Сафеева, Купцова и многих других. Хотелось бы пожелать всем вам успехов в работе и крепкого здоровья!
