Соль земли

Историю своей семьи нам рассказала Галина Васильевна Русакова. Простая, как у всех, жизнь. Но не на таких ли людях — честно живущих, вырастивших детей и внуков, тружениках — земля держится?В 1941 году мы жили в Прокопьевске: мама, бабушка, дедушка и я — шести с половиной лет. Помню, забегает бабушка в дом, меня за ручонку — и бегом. Я испугалась, но молчу. У гаража уже толпа родственников. Бабушка меня крепко держала за руку, чтобы я не потерялась, а сама плакала. Это было 22 июня. Война. Так мы и не увидели своих: они — дядя и мой двоюродный брат — оба были шоферами и погибли. Мама легла на операцию в больницу, бабушка слегла — сердце. Она сидела поперек кровати, за спиной подушка, посмотрит на меня, вздохнет: «Вот и Галинка скоро в школу побежит, а я вслед ей погляжу». Не дожила. Дедушка тоже вскоре умер — от тоски.
Меня взяли в Сталинск родная сестра бабушки Екатерина Андронидовна и ее муж Петр Лаврентьевич. Маму после выписки тоже привезли в эту семью, но уже в начале 1942 года ее похоронили. Своего отца я не помню. Звала папой дедушку, мамой — бабушку, у которой росла. В нашей семье все взрослые (мои тетя и дяди Валентин и Леонид) играли на струнных инструментах — балалайке, гитаре, мандолине. Был патефон. Когда и как родных отправляли на фронт, не помню. Помню долгое-долгое ожидание писем от них…
Дядя Яков вернулся по ранению, на руках, на шее были розовые рубцы. Посадил меня на колени, я гладила его по руке, а он плакал. Он очень любил свою единственную родную сестру — мою маму. Позднее с войны вернулся его сын Иван. Дядя Валентин шесть месяцев провел в госпиталях, потом прислал из Сочи письмо с фотографией — он на костылях, на одной ноге, а рядом медицинская сестра, которая его потом и сопровождала домой.
Дядя Валентин занимался фотографией, учил меня рисовать, благо сохранилось много цветных карандашей. Работал, учился в вечерней школе. Протезы для него заказывали в Томске, но они были неудобные и тяжелые. Cколько слез пролили родные, смазывая потертости на культе.
Жена Леонида, Раиса Григорьевна Рычкова, взялась провожать и встречать Валентина из вечерней школы. Зимой было трудно. Сперва под гору, потом напротив терриконика, где мы в войну выбирали из породы уголь (сколько-то себе — столько-то шахте), оставляли санки в канаве, а дальше через линии пешком, а из школы — опять через линии и в гору на санках. Ни разу тетя Рая не отказалась. Смеялась: «Мы вместе учимся!»
Дядя Валентин поступил в медицинский институт в Новосибирске. Учился успешно, вел стрелковую секцию, играл на аккордеоне, руководил хором. В институте познакомился со своей будущей женой. Он очень хотел быть хирургом. Но из-за ноги не смог. Прошел стажировку в Москве и до самой смерти работал в Кемерове судмедэкспертом. Осталась вдова — Зинаида Степановна Рычкова, человек удивительной доброты, красивая внешне и душой. Она работала в областной больнице.
Дядю, Валентина Петровича Рычкова, любили все родственники. Его дети все нашли свою дорогу в жизни. Анатолий окончил московский горный институт, Валентин — университет, Ольга и Татьяна — медработники, трудятся в наркологическом диспансере и в 1-й клинической больнице. Наталья — торговый работник. У всех хорошие семьи, очень дружные.
Давно нет брата Валентина — Леонида Петровича. Нет и Раисы Григорьевны — она умерла в возрасте 86-ти лет, вечная ей память.
Ну а я — племянница дяди Валентина. После седьмого класса поступила в педагогическое училище, играла в команде девушек-баскетболисток. Нас оставили работать в школах города. В моей любимой школе N 8 я проработала учителем физвоспитания восемь лет. Какой замечательный коллектив у нас был — это счастье! Позже в школу пришел Леонид Иванович Вяткин. Спокойный, улыбчивый — сама доброта. У нас в школе его все любили — учителя и дети. Когда я вышла замуж и родились дочки-близнецы, я перешла в школу N 31. Работала там семь лет. Родился и подрос сын, я окончила физкультурное отделение Кемеровского пединститута, перешла работать в сельскую больницу врачом лечебной физкультуры.
Сейчас у нас семья — тринадцать человек. Дети выросли, живут отдельно. Женщины — медики, мужчины — металлурги. Одна моя дочь — гинеколог, другая — окулист. Невестка — это третья моя дочка! — тоже работает в сельской больнице. Мы с мужем на пенсии. Вырастили внучек.
Все наши дети и внучки дружны, хотя и по возрасту, и по характеру разные. А мы с дедушкой радуемся, глядя на них. Старшая внучка учится на историческом факультете, средние — в строительном и торговом техникумах, младшие еще школьницы, учатся отлично, занимаются музыкой, а одна из них на городском балу получила «Нику» и благодарственное письмо мэра родителям за творческие успехи.