Публикации

Скажи ещё спасибо, что живой!

Забавный случай произошел на рыбалке в семидесятых годах. Дело было на замечательном плесе, на таежной реке Мрассу выше Мысков, перед деревней Чувашка.Августовским погожим вечером расположились мы на левом пологом галечниковом берегу. Было нас трое: дядя по матери Иван Васильевич, мой друг Валера Рахтиенко и я.
Дядя Ваня рыбак был заядлый, в своем увлечении — настоящий профессионал. Работал на Запсибе электриком. Мне казалось, что он освоил все лучшие рыбные места пригородных водоемов. Это как советский хоккеист-любитель в те годы: официально числился ИТР или преподавателем, а всю жизнь проводил на льду.
Так вот, с нашим дядей Ваней постоянно приключались забавные истории. А поскольку рыбачили мы вместе, то эти случаи и на нас сказывались. То он дорогу на заветное место перепутает, и нам приходится вместе с ним плутать по заброшенным буеракам и машину из болота выталкивать. То после дневного безрезультатного наблюдения за донками вдруг таймень его снасть утаскивает именно в тот момент, когда он по нужде в кусты отлучается. Ну не обидно ли?
Мы ценили дядю Ваню за веселый нрав, добрую шутку и дружескую поддержку в любом вопросе. В рыбацком деле дядя Ваня аккуратист был неимоверный, все у него по коробочкам разложено: крючки, поплавки, грузила и т.п. Бывало, когда мы из-за лихого заброса крючки или мушки на дереве оставляли — бежали к нему: «Дядь Вань! Дай!» Он надевал свои очки и из заветной кожаной полевой сумки нужную снасть доставал. Мы в долгу не оставались: когда из-за лишней стопки дядя Ваня не мог крючок привязать, тут уже мы приходили на помощь. Сети и морды наш дядя Ваня не признавал принципиально — только удочка и спиннинг, чтоб любую, самую хитрую рыбешку перехитрить и испытать спортивный азарт при вываживании.
В походах он у нас всегда главным шеф-поваром был. Тут ему равных не было: и костер разведет, и ухи сварит, без горячего, говорил, и еда не еда. Тем более на рыбалке — как без ухи? Нас на подсобных работах использовал: дров натаскать, картошку почистить.
И все эти приятные дела сопровождались шутками и смехом. Такой человек был, с которым легко. Всякие оплошности только добавляли остроты ощущений. Так и в этот раз: было просто и весело, и мы ждали какого-то курьеза.
Приехав, бросились качать лодки и рыбачить. Дядя Ваня — на своей лодке один. Мы с Валеркой — вдвоем на моей. Клев был хороший, сорога брала на короеда беспрестанно. Солнце уже садиться начало, когда к берегу причалили. Перед приготовлением ухи решили немного перекусить и отметить стопкой хорошее начало рыбалки. Накрыли на камнях походный стол. Хлеб, колбаса, зеленый лук, соль… Закусываем и замечаем, что соль совсем не соленая. Макаем в нее лук, едим, переглядываемся. Дядя Ваня не выдерживает: берет, чертыхаясь, белый порошок в рот и заявляет: «Сода!» Вот те на! Он дома насыпал как будто бы соль из одинаковых кухонных баночек, а привез… соду. Заботясь, очевидно, о нашем здоровье: соль вредна, а сода от изжоги помогает.
Вскоре уха из свежей рыбы, да со свежей картошечкой, да чуток с пшеном, да с лучком и перцем подоспела. У костра под шутки пошли душевные разговоры.
А вечер был тихий, звездный, темным своим покрывалом укутывал засыпающую в оцепенении природу. Хорошо! На плесе тихо… На зеркальной глади медленной, малиновой от заката воды круги сотен мелких воронок от всплесков рыбы расходятся. Такие частые, как будто дождик моросит. А на другом берегу реки темные пирамиды пихт и елей зеленой стеной будто прямо из воды вырастают. Навевают в душу незатейливое: «Остроконечных елей ресницы над голубыми глазами озер…» Ради таких мгновений можно терпеть долгую промозглую зиму в загазованном большом городе с пропитанными сажей снегом и окнами домов, с повседневными неприятностями…
После полуночных бдений утром проснулись поздно. Пока мы с Валеркой глаза продирали, вставая с разложенных сидений машины, дядя Ваня уже, положив удочку в лодку, отплывал. Мы, собирая снасти, мельком увидели, как он, наклонившись над бортом, сбросил якорь.
Вдруг слышим тревожный крик: «Спасите, помогите!» У перевернутой лодки дядя Ваня уходит под воду, размахивая руками. Видим — дело серьезное. Скидывая на ходу одежду, бросаюсь в прохладную воду. Доплыв, крепко хватаю дядю Ваню и выталкиваю на поверхность. Выныриваю сам и вдруг… встаю на ноги — воды-то всего по грудь! А мой дядя тоже встал, освобождаясь от запутавшейся вокруг него веревки с якорем. Вылезли оба на берег, смеясь. Оказывается, при опускании якоря веревка зацепилась за «ухо» лодки, дядя Ваня наклонился, чтобы ее развязать, и перевернулся. В воде ногами, обутыми в рыбалочные бахилы попал на удилище, вставшее под углом в распор между лодкой и дном. И по удилищу заскользил по наклонной в воду. А вода, создающая чувство невесомости, вызвала иллюзию погружения на большую глубину…
На берегу мы обсушились и согрелись. Были довольны даже августовским купанием, прохладной ванной из дурманящего настоя таежных трав и хвои. Курьез лишний раз подтвердил нашу взаимовыручку. Помощь и взаимовыручка на рыбалке — вообще великая вещь. Помню, показывал своему коллеге по работе Валере Файкову место, где мне попадались хариусы: на Томи, ниже оптового рынка по течению, там быстрые перекаты. У Валеры тогда при забросе оторвалась и улетела так называемая «балда» с мушками. Инстинктивное желание выручить бросило меня вслед по быстрине догонять уплывающую снасть…
Прошли годы. Давно с нами нет нашего доброго наставника, верного рыбака, светлого человека — дяди Вани. А мы до сих пор с любовью вспоминаем совместные рыбалки, веселые шутки и тепло, которым он согревал нас. И слова, которые мы ему спели на мотив известной песни Высоцкого:
Подумаешь — волной перевернуло,
А после и накрыло с головой,
На дно тяжелым камнем потянуло —
Скажи еще спасибо, что живой!

Александр Мананников Публикации 07 Июн 2008 года 36 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.