Сибиряк и “Сибирячка”
Что-то не встречалась еще мне улица в Новокузнецке, которая начиналась бы с обрыва. Но именно от глубокого, с крутым склоном распадка ведут отсчет первые дома на улице имени Николая Руднева, что в поселке Верхняя колония. Стоишь на узеньком проезде вдоль края, и дух захватывает от перспективы: впереди Байдаевская гора с кажущимися отсюда совсем маленькими домиками, чуть подальше и вправо высится терриконик шахты “Байдаевская”. Кстати, когда на этой улице появились первые жители, а было это еще перед Великой Отечественной войной, то почти все они работали на шахте, которую тогда называли “Байдаевкая”. И не просто в разговоре, а в официальных документах.
Селился на улице самый разный люд, больше, разумеется, из переселенцев, к которым по мере того, как развивалась политическая обстановка в стране, присоединялись то раскулаченные, то репрессированные граждане. Как и везде в нашем городе. Дома строили сами, сначала обыкновенные засыпушки, потом, у кого на что средств хватало, подстраивали комнатки и веранды. Сохранилось на улице несколько очень старых домов, которые ушли в землю по окна, но толстые черные лиственничные бревна, впрочем, еще вполне крепкие. Идешь по улице и видишь, как менялись предпочтения её жителей. Видно, что одно время здесь было очень модно облицовывать наружные стены дощечками “в ёлочку”. Кое-где облицовка подгнила и отвалилась, но до сих пор смотрится весело. А вот пластиковые окна на фоне старых стен выглядят нелепо. Но зато, говорят, тепло с ними, тут уж не до моды.
Верхняя колония не была бы Верхней колонией, если бы не имела бараков. Вот и на улице Руднева в военные годы появились щитовые одноэтажки или, как их называли, “финские домики”. Сносили их, сносили, но один под номером 55 пока своей очереди не дождался. Перекошенные стены, кажется, вот-вот расползутся в стороны.
— Нашей улице дали имя Руднева в шестидесятых годах прошлого века, а до того она была Кузбасская, — рассказала Валентина Васильевна Крохмалёва, жительница барака № 55 аж с 1948 года. — Не смотрите, что сейчас зима и серо кругом. Знаете, летом как у нас хорошо! Это моя малая родина, и я очень люблю свою улицу. Правда, раньше она была другой. Люди жили трудовые, все праздники вместе праздновали, а мы, дети, концерты родителям устраивали, все веселились от души. Сейчас у нас живут все обособленно, не то что мы в молодости.
Прохожие на вопрос том, кто такой Николай Руднев, лишь пожимали плечами, но Валентина Васильевна не задумалась ни на минуту: “Конечно, герой войны! Кто же еще! И новокузнечанин, кажется”. Всё верно — Николай Руднев на фронт призывался из нашего города. Попал в артиллерию и свой первый бой принял на реке Дон. Воевал земляк так, что вскоре о его пушке № 2408 узнали на всех фронтах. Кстати, героический пушечный расчет составляли двое бойцов из Сталинска — Николай Руднев и Иван Левкин. Свою пушку они холили и лелеяли и даже дали ей собственное имя — “Сибирячка”. Особенно тяжелыми для расчета “Сибирячки” были бои в Карпатах. Тогда же за точный прицельный огонь по вражеским позициям Николай Руднев получил орден Боевого Красного Знамени. Об этом подвиге земляка писала “Большевистская сталь”. Но это всё, что удалось узнать о Рудневе. К сожалению, в редакции нет сведений о его дальнейшей судьбе — погиб ли он или дожил до Победы, вернулся в Сталинск или уехал в другой город. Но возможно, кому-нибудь из новокузнечан известно больше, будем рады услышать отклики.
А мы продолжаем идти по улице Николая Руднева. Хотя водопровод здесь проложили еще лет двадцать назад, кое-где стоят колонки — мало ли что, вода не всегда на гору поднимается. “Живу тут уже пятьдесят лет, ничего, нормально, — улыбается еще один наш собеседник Виталий Новиков. — Работал на фабрике “Знамя”, вон она видна, а теперь на пенсии. Переехать в город? Да зачем мне, привык! Всё родное”. Особенность улицы Руднева в том, что она пересекает Верхнюю колонию из конца в конец. У последних домов видны заводские строения “Органики”, серый дымный горизонт утыкан трубами алюминиевого завода. Привычный пейзаж обычной улицы рабочего поселка.