Семь раз отмерь
Быть или не быть автозаправочной станции на правом берегу Томи? Строительство остановлено, но забор, огораживающий площадку, не убран. Как могли разрешить строительство АЗС в пойме реки? Правда ли, что природоохранная прокуратура все-таки запретила размещать автозаправку в Топольниках? Такие вопросы задают читатели.Действительно, примерно два месяца назад прокурор Новокузнецкой межрайонной природоохранной прокуратуры В.Ю. Ушаков провел проверку исполнения природоохранного законодательства в связи со строительством АЗС-92 в районе зоны отдыха «Топольники». Он посчитал незаконными вырубку двенадцати деревьев и само начало строительства. По первому факту было возбуждено уголовное дело, и ЗАО «Кузбасснефтепродукт» уже возместило причиненный ущерб. А то обстоятельство, что проект строительства АЗС еще не прошел государственную экологическую экспертизу и глава города Новокузнецка не поставил свою подпись под распоряжением о выделении земельного участка для строительства, стало причиной приостановки работ.
По инициативе Новокузнецкой межрайонной природоохранной прокуратуры (серьезным было и давление общественности, в том числе определенную роль сыграло аудиторское заключение, подготовленное Информационным экологическим агентством) главный государственный инспектор по использованию и охране земель Н.В. Баянов еще в августе выдал предписание начальнику инспекции госархнадзора Г.Н.Марилову отозвать разрешение на выполнение «Кузбасснефтепродуктом» подготовительных работ. Для привлечения виновных к административной ответственности В.Ю. Ушаков направил в земельный комитет материалы.
Так что подготовительные работы по строительству автозаправочной станции на правом берегу Томи лишь приостановлены, хотя они, как следует из письменного ответа природоохранного прокурора, просто не должны были начинаться до полного согласования проекта. Кстати, лишь совсем недавно проект принят на государственную экологическую экспертизу.
Правомерность же выделения самого земельного участка в зоне санитарной охраны Левобережного водозабора, в непосредственной близости от водовода горячего водоснабжения и, наконец, в пойме Томи даже не была поставлена природоохранным прокурором под сомнение. Потому, что все необходимые подписи, включая подпись главного санитарного врача по Новокузнецку, под согласованием стояли.
Но, во-первых, вопрос размещения АЗС в пойме главной водной артерии Новокузнецка слишком серьезный, чтобы относиться к нему формально (об этом свидетельствуют и опасения новокузнечан). Во-вторых, место, которое выделялось под строительство и отмечено на схеме, и то место, где строительство началось — это разные места. В-третьих, городской центр госсанэпиднадзора в итоге все-таки выявил нарушения санитарного законодательства.
«Нормативные документы, определяющие водоохранные зоны рек в Кемеровской области, очень противоречивы», — так прокомментировала ситуацию главный гидрогеолог федерального государственного учреждения «Кузбасский территориальный фонд геологической информации» О.В. Постникова, которая в подготовленном ею экспертном заключении не рекомендовала строить автозаправку на выбранной площадке. C одной стороны, распоряжением администрации Кемеровской области «Об утверждении размеров водоохранных зон и прибрежных защитных полос на водных объектах области» водоохранная зона Томи на территории Кузбасса определяется аж в тысячу метров(!) — «с учетом хозяйственно-питьевого и рекреационного ее значения для населения». С другой стороны, это же распоряжение утверждает водоохранную зону для «горных» рек области в 300 метров и в одном из приложений приравнивает к ним участок Томи от границы области до впадения Кондомы. В третьем случае тот же документ для населенных пунктов, где нет утвержденных генеральных планов, устанавливает водоохранную зону для водных объектов в размере не меньше, чем в 35 метров. То есть позволяет строить чуть ли ни на самом берегу.
По словам заместителя главного санитарного врача по Новокузнецку Е.В.Лопатина, его служба дала «добро» на строительство АЗС в Топольниках в полном соответствии с документами, которыми она и должна руководствоваться. Но опять же в санитарных правилах «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения» тоже каждый может найти то, что ему хочется. Вот и получается, что вопрос нормативов — это не только вопрос законодательства, но и вопрос приоритетов.
Норма, на которую опирался городской центр госсанэпиднадзора, предусматривает зону санитарной охраны водовода горячего водоснабжения не менее 10 метров, а нормы, на которые ссылается О.В.Постникова, — 30, в условиях же близкого залегания грунтовых вод — вообще 50 метров! По нормативам, о которых говорит Е.В.Лопатин, во втором поясе зоны санитарной охраны водозабора в 500 метрах от реки вполне можно возводить объекты. Пункт же санитарных правил, который цитирует в своем экспертном заключении О.В.Постникова, во вторых поясах зон санитарной защиты водозаборов вообще категорически запрещает размещать «склады горюче-смазочных материалов и других объектов, обуславливающих опасность химического загрязнения подземных вод».
Гидрогеологические особенности выбранной площадки заставляют семь раз отмерить, прежде чем построить на ней самую современную АЗС. «Слишком близко к поверхности залегают грунтовые воды, а структура верхних слоев почвы такова, что любая грязь сквозь них просочится: защитная оболочка из суглинков практически отсутствует, а галечник, что под ними, имеет слишком большие поры», — говорит Ольга Владимировна. И что же? Разрешительные инстанции проигнорировали заключение опытного гидрогеолога (хотя оно и носит рекомендательный характер), а строители нарушили даже те «мягкие» условия, которые им согласовали. Как сообщили санитарные врачи, дистанция в 500 метров не выдержана. Фактически расстояние от реки составляет 480 метров. Ценр госсанэпиднадзора по Новокузнецку выдал предписание перенести строительную площадку.
Перенесут, но куда? Под железнодорожную насыпь, еще ближе к «воздушному» мосту? Позволит ли служба гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций? Да и поможет ли шаг влево, шаг вправо в решении другой серьезной проблемы под названием «паводок»?
Весной место, где находится строительная площадка, как правило, оказывается под водой, ведь защитной дамбы на правом берегу нет. Наверное, стоит напомнить, что в 1958 году Томь поднималась до 8-метровой отметки. По данным администрации Кузнецкого района, например, в 90-м году максимальный уровень подъема воды фиксировался на отметке 5 метров 86 сантиметров, в 92-м — 5 метров 73 сантиметров, в 99-м — 6 метров 33 сантиметров, в 2001-м — 6 метров 58 сантиметров, в 2003-м — 5 метров 90 сантиметров. И это при том, что для предупреждения ЧП в верховьях реки взрывали ледяные заторы.
А в мае 1977 года, когда двое суток подряд лил дождь, Томь побила все рекорды — поднялась до отметки 8 с половиной метров. На одной из наших архивных фотографий видно, как залило дорогу на въезде в Кузнецк — совсем недалеко от строительной площадки АЗС-92. У форштадтских домов под водой оказались окна, люди с узелками, кошками и собаками сидели на крышах и ждали, когда за ними приплывут на лодках…
Для решения вопросов «ликвидации последствий наводнения» собиралось бюро обкома. Горкомами, райкомами, исполкомами с участием предприятий создавались специальные комиссии. А как иначе — ведь в Новокузнецком районе, Междуреченске, Мысках был поврежден, писал «Кузнецкий рабочий», «ряд объектов городского хозяйства, жилых, промышленных и административных зданий, животноводческих помещений, теплиц, оросительных систем, участков междугородных шоссейных и железных дорог, линий связи». Интересно, предупредил кто-нибудь ЗАО «Кузбасснефтепродукт» о вероятности такого разгула стихии на прилегающих к реке территориях? И могут ли руководители служб, давших свое согласие на строительство АЗС в Топольниках, поручиться, что подобного наводнения больше не будет никогда, что возможные инженерные решения (отсыпка, гидроизоляция) помогут избежать столь разрушительных последствий?
Какой высокой ни была бы вода, она уходит. Ремонтируются дороги, восстанавливаются линии электропередач, поправляются крыши. Но размазанные по земле нефтепродукты собрать очень сложно. А если они попадут в реку или грунтовые воды («стратегический ресурс»), то напоминать о себе будут годами в силу специфичности маслянистого загрязнения. И кто тогда будет отвечать за нанесенный экологический ущерб?
Подтвердила свою актуальность тема сейсмики. Как сказал наш губернатор во время визита в Новокузнецк: теперь давайте жить с поправкой на землетрясение. Давайте. Какой смысл сетовать на существовавшие до 80-х годов строительные нормы, когда фактор сейсмоопасности при проектировании зданий в Новокузнецке в должной мере не учитывался, если сегодня его, как прежде, сбрасывать со счетов?
В Интернете можно прочитать о том, какие надежные автозапрвочные станции производит ЗАО «ПетроНефтьСпецКонструкция», но в том же Интернете немало информации и о ЧП на АЗС. Если сведения об авариях, связанных с новыми автозаправочными станциями, не встретились совсем — надо это признать, то с бензовозами и шлангами иногда что-то случается. Август 2002 года, Санкт-Петербург. Около АЗС из бензовоза вылилось семь тонн бензина. Ноябрь 2002 года, Екатеринбург. Во время перекачки горючего из бензовоза в хранилище произошла разгерметизация шланга, 200 литров бензина вылилось в грунт. Декабрь 2002 года, Осиповичи (Белоруссия). Разгерметизация трубопровода, по которому топливо доставлялось от емкости до заправочной колонки. Вытекло 13 тонн бензина. Можно продолжать. В числе причин аварий на АЗС генеральный директор Северо-Западного аналитического центра «ХимМотоАудит» Валерий Волков назвал и человеческий фактор. Это интервью тоже можно найти в Интернете.
А заместитель главного редактора журнала «Экология и жизнь» Юрий Елдышев, поднявший тему загрязнения нефтепродуктами на страницах «Известий», отметил, что загрязнения нефтепродуктами почвы и воды крайне опасны, ибо некоторые их компоненты, в частности полиароматические углеводороды, весьма токсичны (канцерогенны!) и разрушаются крайне медленно.
Судя по всему, баталии по поводу размещения АЗС на берегах рек идут и в других городах России. Например, автозаправки строят в 100 метрах (и ближе) от Волги, много АЗС работает в водоохранных зонах Упы и ее притоков в Туле. Бьют тревогу экологи, твердят о низком качестве питьевой воды, а чиновники, как и у нас, далеко не всегда обращают на них внимание.
Но все-таки главное то, что правильно понимает ситуацию законодатель. «Закон о санитарно-эпидемиологичеком благополучии населения» требует не только выполнения санитарных норм, но и «реализации мер по предупреждению(!) и устранению вредного воздействия на человека факторов среды обитания». «Закон об охране окружающей природной среды» формулирует одну из задач природоохранного законодательства, как «предотвращение экологически вредного воздействия», подталкивает к «научно обоснованному сочетанию экологических и экономических интересов общества». «Водный кодекс» провозглашает наше право на «чистую воду» и настаивает на том, что «при размещении, проектировании и строительстве хозяйственных и других объектов должно учитываться их влияние на состояние водных объектов и окружающую природную среду».
Так давайте сочетать интересы, все взвешивать, все учитывать. И стараться делать это до того, как спиливаются деревья и отсыпается строительная площадка. Но даже сейчас не поздно провести, как это предлагали специалисты ИнЭкА еще летом, общественные слушания, на них пригласить проектировщиков АЗС-92, экспертов и обсудить вопросы целесообразности и допустимости строительства автозаправочной станции в Топольниках.