Сдвиг по “фазе”

Сады (парки, скверы) считают формой пространственного выражения культуры. Академик Дмитрий Лихачёв (надеюсь, что во все больше люмпенизирующемся городе еще не забыли, кто это) вообще рассматривал садово-парковое искусство как некий сложный текст, отражающий не просто смену стилей в искусстве, но — прежде всего — мировоззренческих систем.

Практически все, приезжавшие в наш город на рубеже 1950-х годов, отмечали, как много в нем зелени. Замечу для справки, что образцово-показательное озеленение, объявленное с весны 1947 года делом государственной важности, стало тогда главным показателем успехов по благоустройству городов. И в этом смысле Сталинск-Новокузнецк выглядел очень прилично. Но, похоже, сдвиг в наших мировоззрении и культуре произошел столь катастрофический, что после себя мы “готовы” оставить отравленную промышленными отходами пустыню.

На днях позвонил Харлампий Савельевич Зверев, ветеран, живущий на Орджоникидзе, неподалеку от того места, где резвится красавица белка. Всю осень, к слову, здесь собирались люди — особенно мамаши с детьми, так сказать, на уроки добра. Голос Харлампия Савельевича срывался от гнева: “Нам всем наплевали в душу”. И добавил сначала мною непонятое: “Они, видимо, ведут атаку на остатки социализма”.

Оказалось, что в том месте, где гнездится белка, вновь появились мужики с бензопилой и валят, секут деревья. “Березки, ранетки, где кормились свиристели”, — задыхался Харлампий Савельевич.

Я увидал этих парней (говорят, что из “Горэлектросети”), спросил, зачем они это делают, показав на белку — она, привыкшая к добрым людям, скакала неподалеку. Они пожали плечами: мол, нас толкнули — мы упали, нам приказали — мы делаем. Как будто ни им самим, ни их детям в этом городе не жить.

О какой культуре, каком мировоззрении тут говорить — люмпены, право слово, как и их начальники. Вы только представьте, для чего это делается: чтобы соединить воздушным  кабелем осветительные столбы. “А проложить его под землей? — напрасно спрашивает Харлампий Зверев. — Денег нет?! Пусть попросят, мы со своих пенсий сбросимся”.

Эти люди построили белкам кормушку и скворечники. Они каждое утро приходят сюда. Для них это, может, “остатки” другой жизни — непонятого мной “социализма”, — на которую сегодня ведут атаку. Хотя, я думаю, вряд ли сознательно (само слово “сознание” — со-знание — этим “новым” чуждо).

Кстати, некоторое время тому назад в нашей же газете руководство управления коммунального хозяйства и благоустройства города уверило, что ни одно дерево в городе не упадет без его разрешения. Иначе — ух! Значит, оно в курсе происходящего. Тогда вопрос: кто управляет городом?