С развалинами плохо, и без них не мёд

«Уважаемый Аман Гумирович! Вы наш правовой защитник, справедливый и живущий по долгу закона губернатор». С таким возвышенным зачином обратился к губернатору житель дома N 30 по проспекту Металлургов Герш Бор. А что делать? Жизнь, окружающая действительность, равнодушие городских властей так достали жителей этого дома, что впору писать Господу Богу: «На Тебя уповаем». Да не знают адреса.Дело вот в чем. Дом N 30 на проспекте Металлургов — это одна из наших архитектурных достопримечательностей. С одной стороны его выделяет одиннадцатиэтажка, с другой в старые добрые времена располагался цветочный рынок. Горожане, спешившие вечерами на танцы в сад металлургов или прогуливающиеся по местному «бродвею», непременно останавливались, чтобы купить букет: с весны до глубокой осени здесь торговали пахучими ландышами, стыдливыми незабудками и роскошными георгинами. Обилие цветов располагало к добру и приветливости.
Жить в этом доме было удобно и престижно. Центр, он и есть центр — торговля, театр, кино, транспорт — все под боком. Но вот настали новые времена, и среда тамошнего обитания начала потихоньку терять свою привлекательность. В доме, и без того напичканном магазинами, начали открываться мелкие лавочки и ларьки. Все они требовали снабжения продуктами и товарами, поэтому поток машин во дворе резко возрос. А вот сам двор начал катастрофически быстро уменьшаться. Исчезли газоны, лавочки, детские постройки. Двор постепенно превратился в одну неуправляемую автостоянку.
Одновременно с этим исчез и цветочный рынок. На смену ему пришел продуктовый (обычно такие называют «блошиными», что вернее) — с непременными грязью, руганью, дешевым полукачественным товаром и опять же транспортом. А потом в торце дома как апофеоз новой экономической политики открылась пивная. И жители дома N 30 буквально взвыли от столь мощного притока новых впечатлений.
Если раньше с превращением двора в автостоянку стало опасным выпускать детей из дома, то теперь и взрослые жители начали опасаться без дела выходить на улицу, особенно по вечерам. Надо сказать, что в «комплект» к уже описанным напастям местные жители получили во дворе то, чего не было, пожалуй, больше нигде: вредное, как бубонная чума, и опасное, как бандитский нож. Развалины бывшего студенческого общежития. Собственно, вначале это, конечно, не было развалинами, но с приходом тех же новых времен хозяин — Сибирский металлургический институт — по каким-то причинам забросил его, и здание очень быстро превратилось в притон бомжей, шпаны и, конечно, в туалет.
Кажется, захоти какой-нибудь очень злой человек сотворить этому дому крепкую пакость, ничего худшего этого сочетания — «блошиный рынок — распивочная — развалины общежития» он не придумал бы. Естественно, жить такой препротивной жизнью местные жители не захотели. Они начали жаловаться: в санэпиднадзор, в комитет ЖКХиБ, главе городской администрации и депутату Госдумы.
Не сказать, что быстро, но дело с места сдвинулось. Во дворе начали появляться комиссии, ответственные люди обещали жителям вернуть в здешние места ощущение райского блаженства, а глава города Сергей Мартин, расчувствовавшись, даже воскликнул: «Был бы у меня под рукой трактор, снес бы я это общежитие!» Но трактора под рукой не оказалось, поэтому развалины общежития еще довольно долго приводили в ужас местных боязливых обитателей. (Снести экс-общагу удалось лишь когда к делу подключился депутат Госдумы Сергей Неверов).
Но и администрация помогла: решила закрыть распивочную в торце дома — и закрыла. И рынок тоже исчез, уже не без вмешательства главного санитарного врача Елены Гилевой. Даже ЖКХиБ внес свою лепту в общее доброе дело по возвращению людям человеческих условий проживания: установил во дворе садовую скамеечку и столик с сидениями. А чтобы жители об этом не забыли, глава комитета ЖКХиБ Владимир Демин особо это подчеркнул в своем ответе.
И казалось бы, после длительной борьбы, после столь очевидных побед жить бы сейчас обитателям дома N 30 на проспекте Металлургов и радоваться! Ан нет. И вот почему. Раньше связка: «рынок — распивочная — заброшенное общежитие» «работала» по такой схеме: всякий приблудный люд, «подкалымив» на рынке, заправлялся в распивочной (или брал с собой) и отправлялся в «апартаменты» общежитских развалин, где и творил все остальное: ел, пил, ходил по нужде. Такие это были универсальные развалины. И жителям хоть и было архипротивно ощущать свое соседство с этой клоакой, но они понимали, что, не будь ее, куда пойдут в туалет сытые и пьяные бомжи? Читатель и сам уже понял куда: правильно, в подъезды.
Поэтому, когда жители требовали от главы города снести это общежитие, они одновременно настаивали на том, чтобы поблизости соорудили туалет. Поскольку единственный в этом квартале туалет в доме N 34 на проспекте Металлургов закрылся на ремонт. Мэр пообещал тогда, что ремонт будет скорым, качественным и туалет после открытия облегчит все нужды гостей квартала.
Но ремонт туалета затянулся и до сих пор еще не закончен. А поскольку пивная в этом квартале осталась (сейчас спиртным торгуют в «Кулинарии» в доме N 32 на Металлургов), а выпившего человека так же как и раньше, тянет облегчиться, то делать это он идет в подъезды «металлурговских» домов. «И по малой нужде, и по большой, — обреченно рассказывает Герш Бор, — все идут к нам. Иногда так наделают, что к почтовому ящику не подойдешь».
И последнее. Недавно среди жителей прошел слух о том, что после ремонта в доме N 34 откроется уже не туалет, а… магазин. Что, естественно, повергло их в шок.
В общем, ситуация вокруг дома N 30 на проспекте Металлургов сейчас такова. Двор разбит и разъезжен, кругом грузовые и легковые автомобили, на месте бывших развалин — голая площадка, а посреди всего этого — одинокие скамейки и столик с пустыми бутылками под ними. Впечатление: все замерло в ожидании. Жители ждут, что принесет им весна: долгожданное благоустройство, сохранение нынешней ситуации или новые напасти? По нашим временам зарекаться не стоит ни от чего. Поэтому и начали они свое письмо губернатору столь велеречиво (см. начало), а закончили и того ярче: «С уважением, верой, признательностью и заранней благодарностью (иначе говоря: «заранее благодарим»). А как еще писать при такой жизни?