«Премировать овсом!»

Вот и пришел Первомай. Уже давно нет в нашем городе демонстраций, но память услужливо показывает картинку: развевающиеся флаги, транспаранты с призывами к ударному труду, шеренги улыбающихся людей. Обязательно колонну из представителей предприятий и учреждений нашего города возглавляли передовики производства. Традиция чествовать лучших производственников восходит в нашем городе ко времени строительства КМК. Об энтузиазме и душевном порыве строителей первой пятилетки достаточно рассказывают учебники истории. Но сегодня мы поговорим о том, о чем знают немногие, — о материальном поощрении работников Кузнецкстроя.К присвоению звания «Ударника труда» на Кузнецкстрое относились очень придирчиво. Это звание приобретал тот, кто выполнял или перевыполнял производственные задания, активно участвовал в общественной работе, ликвидировал свою неграмотность и так далее. Присваивалось звание в конце месяца на бригадных собраниях по итогам работы. Ульяна Павловна Фатеева, работавшая на строительстве с 1931 года, вспоминает: «Обсуждали кто как работает, говорили буквально о каждом. Участие в распределении талонов и премий подталкивало. Каждый видел, что тот, кто получил за свой труд лучшую оценку товарищей, лучше и вознаграждается. За первенство мы тогда боролись больше, чем сейчас».
Кузнецкстроевцам было за что бороться. Известно, что строители КМК жили в ужасных условиях: холодно, голодно и нечего надеть. Положение усугубляла существующая карточная система. В этих условиях заветной бумажкой становится карточка ударника. Она давала возможность получать улучшенную норму продовольствия в магазинах и питания в столовых, платить в кассу и получать товар вне всякой очереди. Последнее было актуальным, если учесть, что очереди в столовых насчитывали по 300 — 400 человек. Кстати, страшная очередь в столовых была за ложками, причем выдавали их под залог шапки. Еще одна привилегия ударников: на все платные постановки в клубах, площадках они имели 40 процентов скидки со стоимости билета, и все бесплатные постановки посещали в первую очередь. Этот пункт был особенно ценен для молодежи. Комсомолка Таисия Кононенко вспоминает: «Я имела книжку ударника и получала по ней товары. Но самое главное то, что по «ударной» книжке можно было лишний раз сходить в клуб».
Об оценке значимости театра говорит приказ директора КМК: «За проделанную большую работу по созданию в городе Сталинске стационарного драмтеатра, показ в нем ряда художественно-ценных спектаклей, что послужило к поднятию культурного уровня рабочих и ИТР КМК и содействовало поднятию производительности труда и сокращению текучести, премировать художественного руководителя Сталинского городского театра им. Эйхе тов. Громова И.Г. месячным окладом заработной платы и путевкой на один из кавказских курортов».
Однако вернемся к привилегиям, которые давала карточка ударника. Один из пунктов гласил: «За выполнение и перевыполнение республиканских норм ударникам отпускается промтовар ежемесячно, исходя из процента перевыполнения нормы» (от пяти до 25-ти процентов фонда зарплаты). Ассортимент: «сапоги или ботинки и галоши; пальто или пиджак; телогрейка или полушубок; белье или полотенце; чулки или носки. Ударник, проработавший сверх года на площадке, имеет право дополнительно получить мануфактуры 10 метров, костюм и валенки — пару». Вот оно счастье! Горновой Василий Мамонтов вспоминает, что не просто было даже рубашку купить: «С вечера занимали очередь, стояли всю ночь. В очереди — давка, драки. «Скорую помощь» к магазинам вызывали». Что же делать остальным, если директор завода писал гневные приказы отделу снабжения: «Предлагаю немедленно прекратить безразборную и бессистемную выдачу спецодежды и выдачу за наличный расчет. Имеющиеся запасы одежды и обуви выдавать только лучшим ударникам рабочим и нуждающимся специалистам». Вот и приходилось становиться ударниками.
В условиях дефицита жилья сложилась поощрительная система улучшения жилищных условий в зависимости от стажа, производственных успехов и общественной активности. Переселение из землянки или палатки в обыкновенный общий барак, где семейные отгораживали себе углы, считалось счастьем. Позже настоящих энтузиастов начали переселять в первые каменные дома, где, кстати, жили в не меньшей тесноте, так как занимали не только кухни, но и ванные комнаты. Но по мере ввода в эксплуатацию нового жилья стало возможным поощрять ударников. Приказ от 28 сентября 1935года: «За самовольное уплотнение и вселение людей в квартиру отличника прокатного цеха т. Жданова М.К. начальнику 2-го района Соцгорода Ж.У т. Иванову объявляю выговор и предлагаю переселить с квартиры Жданова людей, предоставив ему прежние условия проживания».
Предоставление жилья было очень значительной, а потому редкой премией. Чаще ударников премировали деньгами или товарами. Особенно популярны в качестве премии были кожаные пальто, костюм, тужурка. Впрочем, случалось и так, что ударник получал совсем не то, что значилось в приказе. Так, например, мастер электроцеха ТЭЦ Леонид Афанасьев вспоминает: «Мне незадолго до пуска первой доменной печи было объявлено о премировании кожаным костюмом, но его не оказалось. Вместо него я получил 44 сорочки. Что с ними делать? Пришлось нести на базар, там у меня половину сорочек разворовали, пока примеряли».
Перечень подарков был довольно разнообразным. 28 сентября 1932 года по управлению КМК вышел приказ: «За сбор металла и других материалов на площадке комсомольцы премированы: трое часов, два патефона, восемь кожаных курток». Или приказ от 22 августа 1935 года: «Отмечаю высокое качество ремонта ножниц блюминга, предлагаю премировать: механика блюминга тов. Жикина мебелью на 500 руб., ст.мастера ремонтного отделения тов. Ишутина велосипедом, участкового инженера ОГМ тов. Романтеева фотоаппаратом». Иногда встречались и более дорогостоящие вознаграждения. Приказ от 1 сентября 1935 года: «Премировать мотоциклом Начальника Жилищного Управления тов. Лотикова И.В. за успешное проведение весенней кампании по озеленению города и ремонт бараков».
Премии цехам, бригадам и отдельным рабочим выдавались также в виде библиотек, наборов инструментов, поездок на курорт и в дом отдыха, экскурсий и командировок(!) на другие заводы СССР (в основном по маршруту «Москва, Днепрострой, Харьков, Магнитострой») и иногда в виде деловых поездок за границу. Премировали и продуктами, например, килограммом масла или… овса. Приказ от 21 августа 1930 года: «Учитывая огромное значение работы коновозчиков для успешного развертывания строительства и необходимость большой выработки: с 20 августа ввести премирование овсом. За переработку нормы на 25 процентов выдавать сверх установленных четырех килограммов на лошадь в день дополнительно полкилограмма овса». Трудно сказать, насколько сознательно лошадь стремилась к перевыполнению нормы, но съедобную премию такие «ударницы» получали регулярно.
Вот такое нехитрое материальное стимулирование трудовой активности существовало на заре строительства социализма.