«Плаху, палача и рюмку водки. Водку мне, всё остальное ему»
В общем-то все зависит от названия. Иногда различия в словах, кажется, невелики, но тонкий смысловой оттенок имеет важное общественно-политическое значение.За двадцать дней после трагедии в Беслане мы получили в результате бурных телевизионных дискуссий точное слово для характеристики сущности террористов. Сами собой отпали недостаточно точные определения, как то: «мразь», «выродки», «варвары». В результате естественного отбора укрепилось слово «нелюди».
Так что Госдуме, собравшейся в среду, остался сущий пустяк: разобраться, что произошло в Беслане, и разработать меры, чтобы это не по-вторилось. Вот тут-то и выяснилось, чем отличается Госдума от собрания бабушек у подъезда. Влияние их примерно одинаковое, особенно в таком специфическом вопросе, как безопасность граждан. И даже, возможно, в практическом плане — в деле борьбы с проявлениями терроризма в отдельно взятом подъезде — бабушки дадут сто очков фору всем думским комитетам вместе взятым.
Все дело в словах. И слова «Государственная дума» заставили собравшихся на Охотном ряду действовать в соответствии с их высоким статусом. То есть один из депутатов от КПРФ, Владимир Гришуков, даже предложил пригласить на заседание самого Путина, «ибо он главный несет ответственность за то, что происходит в стране». Но коллеги согласились только на силовиков, хотя ясно, что они уж точно ничего не расскажут. Особенно о своих проколах. Но статус бурлил так, что на фоне вице-спикера от «Родины» Сергея Бабурина, кричавшего: «Мы должны знать полную информацию о деятельности должностных лиц, о причинах отсутствия контактов с агентурой, о том, почему расходились цифры заложников», — Владимир Вольфович от ЛДПР выглядел воплощением здравого смысла: «О чем разговаривать? Это нас должны министры приглашать к себе на ковер и спрашивать с нас».
Весьма трезво Жириновский отозвался и о предложении послать комиссию в Беслан: «Что депутаты — собаки-ищейки, что ли? Будут они ходить по следу, искать следы грузовика, из какого леса он выехал, что ли?»
Тем не менее депутаты приняли постановление «О первоочередных мерах по обеспечению безопасности граждан РФ, национальной безопасности РФ в условиях активизации деятельности международного терроризма» с ключевым словом «усилить». И то хорошо, что не записали по ошибке «ослабить». Хотя реальный результат от этого постановления навряд ли зависит. И слава богу, что работа комиссии в Беслане носит закрытый характер: нельзя граждан травмировать сознанием того, что депутаты абсолютно такие же люди, которых в нашей стране принято посылать в разные неинтересные места по любому поводу…
Надо сказать, депутаты Госдумы инстинктивно чувствуют угрозу своему статусу и потому стараются ставить вопросы глобально. Николай Харитонов предложил вызвать председателя Счетной палаты Сергея Степашина: «Абсолютно бесполезно сегодня обсуждать с руководителями силовых структур вопросы, касающиеся обеспечения безопасности в стране, без анализа итогов приватизации».
Совету Федерации тоже хочется чего-то глобального. Глава комитета по международным делам Михаил Маргелов выступил с инициативой создать международный трибунал для террористов и ввести в международное право понятие «вне закона». «Лица, поставленные вне закона, где бы они ни находились, должны уничтожаться спецслужбами стран антитеррористической коалиции». Как известно, исключительно щепетильность наших спецслужб в вопросах международного права мешает уничтожить Шамиля Басаева…
За время после Беслана предложено было много чего: например, запретить радио и телевидению вообще сообщать о терактах — до их счастливого разрешения: «Не знаешь — не болеешь», назначать губернаторов, разрешить в аэропортах ставить клизмы подозрительным гражданам, ввести смертную казнь, выпустить Буданова… Чувствуете, как безопасно становится жить?
Ах да, есть еще спецслужбы, деятельность которых, «на первый взгляд, как будто не видна»… Уж они-то что-то делают такое, о чем нам знать не положено. Хотя граждане и не требуют сообщать им пароли, фамилии, явки. Кстати, после крушения башен-близнецов в Америке тоже была создана комиссия по расследованию. В нее вошли отнюдь не специалисты. Расследовали события 11 сентября представители общественности. Ведь мы все — самые лучшие специалисты, когда речь идет непосредственно о нашей жизни и смерти. И секретничать тут совсем неуместно.