Пиппа
В который раз перечитал заметку «Счет для Тузика» («Кузнецкий рабочий» за 20 ноября) и не мог найти для себя успокоительных слов, чтобы сосредоточиться.Я вспомнил случай начала 90-х годов, когда по заданию газеты побывал на городской свалке — надо было подготовить материал о жизни бомжей, которые в силу известных обстоятельств оказались сначала без работы, а затем и жилья. Разговаривая с обитателями мусорки, заметил еще дымящийся костер, где валялись в нем обгоревшие останки… собак. Бомжи рассказали, что сюда привозили животных, на месте добивали, а потом и сжигали.
Появилась публикация в газете. Как и стоило ожидать, в первую очередь возмутились коммунальщики. Оправдывались тем, что это бродячие собаки, их обязательно надо уничтожать, дескать, с ними никто жестоко не обращался. С того времени прошло почти двадцать лет. А изменений никаких. Были предложения от защитников животных открыть для них приют. Но тут же возникали противники благотворительности. Их аргументация — сейчас не до животных, в городе и так достаточно проблем, в том числе и беспризорные дети.
Я помню еще одну историю почти пятилетней давности. Два дня по автомагистрали, соединяющей центр города с Новоильинским районом, шли две собачки — болонки. Одна покрупнее (наверное, мать) и поменьше — ее детеныш. Малыш все время прихрамывал на переднюю лапку. Пассажиры с любопытством выглядывали из салонов автобусов. Кто-то из детворы пытался позвать собачек, выкрикивая какие-то слова.
Как братья наши меньшие оказались за жилым массивом? Их, скорее всего, выбросили на мусорном отвале.
…Ранним зимним утром, возвращаясь с ночной смены, услышал возле подъезда слабый собачий визг. Оглянулся. Никого. Хотел уже было открыть дверь, как писк повторился. Второй раз внимательно осмотрел закутки, несколько метров прошел по протоптанной снежной тропинке (а вдруг щенок завяз в сугробе?) и снова никого.
Остались необследованными мусорные баки, которые ровным рядом стояли на бетонной возвышенности напротив подъезда. И не ошибся. Действительно, там в картонной коробке находился маленький щенок. Как он там оказался — нетрудно догадаться.
Взяли мы собачку в свою квартиру. Обогрели, выкупали. Через некоторое время она поправилась, привыкла. И за тринадцать лет Пиппа (так мы назвали собачку) стала равноправным членом нашей семьи. Она по имени знает не только всех наших родственников и соседей, но и своих собратьев во дворе и «разговаривает». Вот, например, ее спрашивают: «Пиппа пойдет кушать?» Внимательно смотрит, что ей предложат. Если понравится предложение, соскакивает с койки и, по-кошачьи мурлыкая, бежит на кухню. Если угощение не устраивает, сердито тявкнет и отвернется.
Такова история и еще одного «члена семьи» — Рыжика. Избитый, раненый (хотели, наверное, и его съесть — глубоко разрезали шею, но он сбежал), он прибился к подъезду. Почти двое суток пролежал песик на бетонной площадке в тридцатиградусный мороз…
Пса вылечили, правда, он потерял правый глаз. Рыжик нежный, послушный, он нам приглянулся. Думаю, что он будет надежным охранником дома.
На породистых щенков всегда спрос. А вот на бездомных… Поэтому и радуюсь, если кто-то подобрал такого, согрел его вниманием и теплом. Животные это прекрасно чувствуют и отвечают взаимностью.