Пчелиная война
Давным-давно, в 1973 году, в садоводческом обществе «Металлург-3» появилась своя пасека. Впрочем, ульи на участках были и раньше, но общее собрание садоводов решило: определить общей пасеке полтора гектара на краю земельного участка, обнести забором, отгородить ульи от дач высокими кустами и деревьями. Так и сделали. Вроде бы сначала все были довольны. Но год за годом садоводческое товарищество расширялось, нарезались новые участки (уж больно место хорошее!), постепенно дома с огородами оказались практически у самого забора пасеки. Соседство с жужжащими роями новых членов общества не пугало…Но вскоре начались проблемы. В 2004 году одну из дачниц даже увезли в больницу: после укуса пчелы начался аллергический отек. После этого случая группа садоводов обратилась в правление товарищества с заявлением об освобождении территории пасеки. И причину затеянной тяжбы указали — на своей земле они имеют право на спокойный отдых, а пчелы жалят, особенно во время качки меда. «Бьют» прямо в голову. Кстати, пчеловодам хорошо известно: пчелу раздражает человек с непокрытой головой. Для неё волосы якобы ассоциируются со шкурой вечного врага — медведя. У пчелы срабатывает рефлекс — бей. Запуталась в волосах — подает сигнал бедствия, и на выручку слетается все жужжащее братство. Раздражает ее и запах пота, лука, алкоголя.
Пасечники, конечно, не согласились с перспективой потерять свои ульи: все-таки больше тридцати лет отдали любимому делу. И общее собрание товарищества, основного органа, принимающего решение во всех спорных и не спорных вопросах, идею ликвидации пасеки не поддержало. Тогда семь садоводов подготовили исковое заявление в суд.
Владельцы ульев в свою очередь для разрешения конфликта обратились в прокуратуру Новокузнецкого района. И получили ответ: «Меры прокурорского реагирования не могут быть приняты в силу отсутствия нарушения норм федерального законодательства…» Пчеловодам порекомендовали попытаться урегулировать отношения с позиций разумности. Или тоже обратиться в суд.
Вот в такую ссору, сами того не ведая, вовлекли садоводов маленькие полосатые пчелки-труженицы… Вроде бы не по злой прихоти жалили соседей, а в полном соответствии с законами своей пчелиной природы. И не знают они, трудяги, что эти люди тоже живут по законам своей человеческой природы и имеют полное право на безопасный отдых в любой день недели. А хозяева пчелосемей держать своих «крылатых» на поводке не могут: пчела — не собака, намордник на нее не наденешь, и простору ей больше нужно, она ведь своими маршрутами летает. К тому же пенсионеры этим занятием не только разнообразят досуг, но мало-мальски поддерживают свой небогатый бюджет доходами от продажи меда. Разве можно их за это осудить?
Но страсти кипят и рискуют докипеть до критической точки, когда перейдут в открытую войну с оскорблениями, диверсиями, сердечными приступами и пчелиной «терапией» — все как полагается в таких случаях. О том, чтобы кому-то подвинуться — пчелам с их домами-ульями или садоводам с их коттеджами, банями и прочей недвижимостью, — речи нет. И погасить конфликт «с позиций разумности» тоже не получается: основы человеческого (но не пчелиного!) общежития в современных условиях, кажется, не предусматривают уважительного отношения к правам и свободам других…