Опера-разбойники

Кражи, разбои и грабежи давно стали в нашей стране привычным делом. Редкая сводка милицейских сообщений обходится без упоминаний об этих преступлениях. Что понятно, ведь живется народу худо, а хочется лучше. Хотя бы и за чужой счет. Вот и берут отдельные несознательные его представители ножики, пистолеты и обрезы и идут потрошить кошельки более удачливых граждан. Но одно дело, когда на разбойную тропу выходят завзятые жулики и бандиты и совсем другое — когда за это берутся работники милиции. Например, оперативные уполномоченные уголовного розыска, ‘опера», как любовно называют их в народе и популярном сериале ‘Улицы разбитых фонарей».У сериала, если не ошибаюсь, было продолжение под названием ‘Опера. Убойный отдел». По аналогии с ним этот свой материал мне хотелось назвать так же броско: ‘Опера. Разбойный отдел», но, поразмыслив, я решил, что опера-разбойники в коллективе работников уголовного розыска новокузнецкой милиции явление не частое, и не стал смешивать общую массу честных и порядочных сыщиков с невесть как затесавшимися в их ряды преступниками. Был, правда, один нюанс, но о нем мы расскажем позже.
18 марта 2005 года трое сотрудников уголовного розыска одного из отделов УВД Новокузнецка — Вячеслав Пушко, 1972 года рождения, образование среднее специальное, Александр Молчалин, 1977 года рождения, образование высшее, педагогическое, и Игорь Черемнов, 1981 года рождения, образование высшее техническое (все имена и фамилии изменены) — решили ограбить предпринимательницу, владелицу оптового склада Екатерину Бородюк. По ‘оперативной сводке» (навела жена Пушко Арина, работавшая на складе Бородюк), операм стало известно, что 18-го утром Екатерина Бородюк с мужем Валерием повезут в банк сдавать выручку. Ездила предпринимательница обычно без охраны (если не считать мужа-пенсионера) и деньги возила неплохие — тысяч по 40-50 рублей.
Вячеслав Пушко задумал ‘облегчить» хозяйку склада давно. Уж больно несправедливым казалось ему такое положение, когда у одних все: автомобили, квартиры, дачи, а у других, кроме мизерной милицейской зарплаты да банковского кредита, за который каждый месяц вынь да положь десять тысяч рублей, ничего. И еще. Мало того, что они беззастенчиво богатеют, так ты еще оберегай их от разных жуликов и грабителей.
Шестилетний опыт работы в угро подсказывал: одному на такие дела лучше не ходить. Но сразу предложить войти с ним в долю Игорю Черемнову Пушко не решился, просто рассказал, что есть такая богатая дама, которая по утрам возит из дома деньги в банк, причем без охраны, только с мужем-пенсионером.
Черемнов взял сообщение на заметку.
Вот странно: из всей компании будущих грабителей он был наименее нуждавшимся в средствах: был холост, имел собственную ‘девятку». Деньги всегда зарабатывал сам, даже когда учился в институте, подрабатывал водителем такси и обработчиком рыбы. Мог бы подумать: ‘Зачем мне чужие деньги? Я молодой, сильный, заработаю, сколько нужно». Но не подумал. Скорее всего, морально к преступлению был готов.
Позже, когда всю троицу уже взяли, в багажнике его автомобиля коллеги-сыщики нашли ружейный обрез. Его Черемнов присвоил, когда расследовал самоубийство в Абагуре-Лесном: женщина застрелилась перед Новым, 2005 годом. Нашел обрез в снегу и скрыл от следствия. И возил почти три месяца в багажнике. Может быть, сам хотел кого-нибудь ограбить?
Не составило труда привлечь к делу и Александра Молчалина. Ему подельники вечером 17 марта просто предложили ограбить хозяйку склада, и он сразу согласился. Словно предыдущее время работы в уголовном розыске милиции было у будущих разбойников лишь подготовкой к нынешнему грабежу. Ни сомнений, ни переживаний, ни страха. Кого, впрочем, было бояться: пожилой женщины с мужем-пенсионером?
17 марта после работы собрались на квартире Пушко и за пивом все порешили: утром 18-го Черемнов с Молчалиным (Пушко решили оставить дома, чтобы не падало подозрение из-за работавшей на складе жены) встретят предпринимательскую чету в подъезде их дома на улице Кирова, отнимут сумку и убегут. А чтобы те не вздумали сопротивляться, ‘нейтрализуют» их из газового баллончика. Для уверенности еще решили взять у коллеги по отделу шофера Степанова газовый пистолет. Черемнов с пистолетом, Молчалин с баллончиком, оба в шапках с прорезями для глаз — кто устоит против такого натиска? Пока сидели, Молчалин по мобильному телефону позвонил начальнику отдела, сказал, что с утра на службе не будет. Дела. И получил разрешение задержаться. Все, таким образом, было в порядке.
Утром Черемнов на своей ‘девятке» заехал за Молчалиным. Понимали ли подельники, в какой день они вздумали испытать свою судьбу? 18 марта — день Парижской коммуны, когда французские пролетарии наводили у себя социальную справедливость. Их дело закончилось провалом. Провал ждал и дело оперов-грабителей.
Вначале, правда, все пошло, как задумали. Дождались у лифта чету Бородюков, брызнули в лицо женщине газом (Черемнов потрясал газовым пистолетом, но выстрелить не решился), выхватили пакет с деньгами и бросились вон. Черемнов с пакетом к объездной, Молчалин — в сторону ВД-30.
Чего, казалось, было проще? Вырвал деньги у пожилых людей и умчался в утреннюю даль, в каменные джунгли большого города, а потом сел на кухне и за закрытыми шторами поделил деньги на три равные части. Да еще и посмеялся над начальством, которое тебе же и поручит расследование. А самому себя поймать ох как непросто будет.
Но опера не учли, что, как бы сильно им ни хотелось получить эти деньги, нежелание расставаться с ними у предпринимателей может быть еще сильнее. Муж Екатерины Бородюк выбежал из дома вслед за грабителями и закричал на всю улицу: ‘Держи воров!» Этот крик привлек внимание двоих мужчин, соседей Бородюков, которые только что подъехали на ‘иномарке». Они кинулись в погоню и задержали Молчалина. Последний, правда, пытался предъявить им милицейское удостоверение, говоря, что он сам при исполнении и бежал не от них, а за грабителем, но все-таки был скручен и помещен в багажник ‘иномарки». Раззадорившись, мужчины бросились ловить и Черемнова, но тот, добежав уже до дамбы на объездной, лежал в это время в снегу и не был виден. Пакет с деньгами он спрятал здесь же под бетонной плитой.
О том, что Молчалина схватили, Черемнов догадался по крикам. Делать было нечего, надо было идти признаваться. Придя на работу, Черемнов написал признательные показания, оформил явку с повинной. Впоследствии его признание, раскаяние, помощь следствию и возмещение ущерба пострадавшей обернулись для него значительным смягчением приговора: в отличие от Пушко и Молчалина, получивших по 6 лет заключения в колонии строгого режима, Черемнова осудили условно на четыре с половиной года с испытательным сроком в пять лет.
Позже на место, где Черемнов спрятал пакет с деньгами, выезжала оперативная группа. Все, а особенно сам Черемнов, испытали настоящий шок, когда увидели, что в пакете не 40-50 тысяч рублей, а 800! Незадачливые грабители даже в руках их не подержали.
А теперь об обещанном нюансе. Узнав о преступлении своих сотрудников, руководство отдела поспешило от них откреститься: операм было предложено написать заявления об увольнении по собственному желанию со 2 марта 2005 года, а 16-го они уже якобы были уволены. И на преступление пошли будто бы не оперуполномоченными уголовного розыска, а банальными безработными.
Но хитрость не удалась: следствие легко доказало факт подлога.