“Но от тайги до британских морей…”
На днях милиция повязала двух петербуржцев, обстрелявших из пневматической винтовки скоростной экспресс “Сапсан”. В хронику террора этот эпизод не войдет — калибр мелковат. Да и намерения злоумышленников (обоим под пятьдесят!) были вполне невинными. Хотели обстрелять новое ружьишко. “А что такого?” — как говорят истинные петербуржцы, напирая по-книжному на букву “ч”. А вот что.
Незадолго до того китайский академик Ван Меншу, курирующий в своей стране строительство железных дорог, сделал в британской прессе ошеломляющее заявление. Оказывается, инженеры КНР работают над проектом высокоскоростного рельсового пути Пекин — Лондон, могущего конкурировать с авиационными маршрутами. Расстояние между двумя столицами, расположенными в противоположных углах Евразии, экспресс будет преодолевать всего за 48 часов. Магистраль пройдет через 17 государств, в том числе по Сибири и Европейской части России. В Британию состав влетит, минуя Ла-Манш по гигантскому мосту! И все эти чудеса технического прогресса — уже к 2020 году.
На железнодорожные ведомства стран Европы и Азии сообщение китайского академика произвело примерно такое же впечатление, как люмьеровская кинолента “Прибытие почтового поезда” на ее первых зрителей. Всеобщее оцепенение поспешило разрядить правительство КНР. Его чиновники поправили товарища Ван Меншу — мол, академик превысил свои полномочия. Техническая идея еще не проект…
Опровержение, однако, не помешало возникнуть полемике на уровне: что будет с Европой, если китайцы изобретут какой-нибудь экспресс-метод получения виз сразу 17 стран. В общем, выяснилось, что противопоставить “желтому нашествию” нечего. Разве что популярную некогда песенку от “Шокинг Блю” — “Не выходи замуж за железнодорожника”. Особенно китайского.
Можно долго гадать, насколько серьезны планы КНР по переводу железнодорожных стрелок за пределами Великой стены. Фишка, однако, в другом. Если не брать в расчет политические, экономические и миграционные резоны, чисто техническую проблему высокоскоростного железнодорожного сообщения через всю Евразию китайцы способны решить уже сейчас. У себя дома — поначалу с помощью иностранных спецов, а потом и самостоятельно — они создали разветвленную систему рельсового транспорта, освоившего рабочие скорости от 200 до 350 км/час. И, к примеру, сейчас между Шанхаем и Ханчжоу строится первая в мире междугородняя магистраль на магнитной подвеске. По проекту расстояние в 200 км будет по-крываться за полчаса!
А чем может поразить Россия, пространства которой взывают о высоких скоростях? У нас имеются восемь “Сапсанов”, закупленных у Siemens AG. С декабря 2009 года они курсируют между Москвой и Петербургом, покрывая это расстояние за 4-5 часов. (Если, конечно, не выйдут из графика из-за булыжника или куска арматуры, запущенной искусной рукой туземца). Плюс появляющиеся время от времени сообщения о том, что РЖД ведут предварительные переговоры с японскими фирмами об обустройстве на Транссибе участков высокоскоростного движения. И бесконечные разговоры о “нашей последней национальной идее — легендарном БАМе”. Сначала о необходимости его достроить, а теперь уже — о модернизации устаревшей инфраструктуры. Последнее правительственное совещание в марте по этому поводу констатировало: Байкало-Амурская магистраль сегодня на 80 процентов — однопутное полотно, не электрифицированное даже наполовину.
Единственная, безусловно, позитивная информация о готовности России встать в обозримом будущем на высокоскоростные рельсы, как ни странно, имеет непосредственное отношение к Новокузнецку. На НКМК реконструируется рельсовое производство, что позволит выпускать особо прочные стометровые рельсы, “пригодные для использования на магистралях со скоростным движением”, как сказал в недавнем интервью “Коммерсанту” президент “Евраза” Александр Фролов.
Правда, еще есть приятные нашему патриотическому сознанию воспоминания о “Желтороссии” — Китайской Восточной железной дороге. Это южное плечо Транссиба (от Читы до Порт-Артура), построенное в Маньчжурии к 1903 году русскими инженерами, эксплуатировалось российским персоналом и находилось под российской/советской юрисдикцией несколько десятков лет “с перерывами на войну”.
Но, как следует из заявления китайского академика, “имперское величие” и “цивилизаторская миссия” — вещи до смешного переменчивые.