Негромкая песня
Владимир Грязнов принадлежал к журналистскому цеху. Член Союза журналистов РФ. Работал телеоператором сначала на Новокузнецкой студии телерадиовещания, потом — на НовоТВ. Снимал то, что требовала злоба дня. Репортажи, спортивные телесюжеты, Запсиб. А для души, с особенной любовью — родную Сибирь. Горные речки, курумники, несказанной красоты таежные закаты… Друзья — шахтеры и геологи — приглашали Грязнова как профессионала-оператора в сплавы по рекам Горной Шории, Хакасии, по Оби и Енисею. И отовсюду Владимир привозил многие метры отснятой пленки.Один из сюжетов — о братских воинских могилах на Редаковском кладбище — по новокузнецкому телевидению показывали несколько раз. Пронзительны и щемящи были эти кадры и находили отклик в душе каждого человека…
Память о войне Владимир Грязнов пронес через всю жизнь. Мальчишкой видел, как на запад — для фронта и для Победы — шли груженые воинские эшелоны. Там где-то в составе 43-й Рижской дивизии воевал его отец. Не вернулся с фронта — погиб и похоронен в деревне Соколово под Старой Руссой в Новгородской области.
«Шоссе вдоль рощицы бежит.
Не проезжайте рощу мимо…
Здесь не ржавеют больше мины,
Здесь полдивизии лежит.
Латышской, 43-й Рижской.
На полукрике, полуслове
Сердца остановились в поле,
Навек уснули в смертной боли
Солдаты с кровушкой сибирской…..
Отцу шептал: «Отец, прости…
Тебя всю жизнь мы поминали,
Но сорок с лишним лет не знали
Где прах покоится — прости», —
писал Владимир в своем стихотворении «На поле Соколово».
Владимир побывал на Новгородчине. Привез горсть земли с могилы отца и рассыпал ее над местом, где похоронена мать… Телевизионный сюжет о воинах-сибиряках был данью памяти отцу, Всеволоду Ильичу Грязнову.
А в профессию свою Владимир Всеволодович пришел не случайно. О телевидении мечтал с детства. Поступил во ВГИК, потом учебу пришлось оставить. Но камеру из рук не выпускал. Работал внештатным кинооператором Кемеровской телестудии. Закончив Кемеровский институт культуры, стал профессиональным оператором. И когда ушел на пенсию, с камерой не расстался.
…Телевидение было мечтой (мальчишкой устраивал с друзьями «киностудию» на ДОЗе) и работой. Но даже любимое дело не вмещало всю душу. И она изливалась в стихах. Их Владимир писал всю жизнь, а показывал только друзьям, да и то не всем. Осталась после него (Владимир Грязнов умер в феврале этого года) папка со стихами, отпечатанными на старенькой пишущей машинке. Вдова Мария Михайловна принесла эти стихи в Новокузнецкую журналистскую организацию. При жизни Владимир не издал ни строчки, хотя надеялся и думал об этом (какой пишущий человек не мечтает увидеть свои творения напечатанными?) Теперь Мария Михайловна, выполняя негласный завет, хочет издать хотя бы часть написанного мужем.
О чем стихи? О пережитом, о мечтах, о том, что сбылось и не сбылось. В общем, о жизни, что была отпущена. Всякий, кто пишет стихи, говорит в них в первую очередь о себе, о своих раздумьях и переживаниях. Тут, в отличие от других сфер человеческой деятельности, неважно, профессионал ты или нет. Владимир Грязнов, конечно, не был профессионалом в том смысле, который вкладывают в это слово литераторы, считающие себя таковыми. Он жил своей жизнью, а стихи были только средством для выражения душевных движений, эмоций и чувств.