“Не знаю я, где святость, где порок…”
Раздумывая над тем, кого бы “пригласить” в эту рубрику, каждый раз удивляюсь — сколько же у нас в России превосходных поэтов! Нет, правда, нефтью, газом и поэтами мы богаты чрезвычайно! Только вот углеводороды рано или поздно закончатся, а стихотворцы, уверен, — никогда.
Вот Зинаида Гиппиус. Кто её сейчас помнит? Узкий круг филологов и упертых любителей поэзии. А между тем это блистательный, милостью Божьей, поэт. Какая это была женщина! Талантливая, умная, красивая, дерзкая. Взрывоопасная смесь качеств. Числилась Зинаида Гиппиус по цеху символистов, довольно быстро утвердив себя в этой компании гениев. И не только стихами, но и отменно умными и острыми критическими статьями, а также прозаическими произведениями.
В начале ХХ века квартира Зинаиды Гиппиус и её мужа Дмитрия Мережковского становится одним из центров культурной жизни Петербурга, где молодые поэты проходили нелегкую проверку личным знакомством с “мэтрессой”. З. Гиппиус предъявляла к поэзии высокие требования чуть ли не религиозного служения красоте и истине (“стихи — это молитвы”).
События революции 1905 — 1907 годов привели З. Гиппиус и Д. Мережковского в стан непримиримых противников самодержавия, борцов с консервативным государственным устройством. Но Октябрьскую революцию знаменитые супруги приняли враждебно. В начале 20-го года они эмигрировали во Францию…
Б. Б[угаев]у
“…И не мог совершить там
никакого чуда…”
Не знаю я, где святость, где порок,
И никого я не сужу, не меряю.
Я лишь дрожу пред вечною потерею:
Кем не владеет Бог — владеет Рок.
Ты был на перекрестке трех дорог, —
И ты не стал лицом к Его преддверию…
Он удивился твоему неверию
И чуда над тобой свершить не мог.
Он отошел в соседние селения…
Не поздно, близок Он, бежим, бежим!
И, если хочешь,- первый перед Ним
С бездумной верою склоню колени я…
Не Он Один — все вместе совершим,
По вере,- чудо нашего спасения…
1907, Париж.