Наедине с государством
Одна из причин проблем образования, по нашему мнению, в том, что школа, по большому счету, человеку: не нужна. Для того чтобы выжить в этом мире, совершенно необязательно посещать школу, зубрить уроки и страдать по поводу полученных оценок. Необходимые для жизни сведения можно получить и вне школы, и при этом избавить свое здоровье от школьных потрясений. Примеры такого рода существовали и существуют. Большую часть своей истории человечество прожило без систематического образования.Как и зачем появилась современная система образования с ее поурочной структурой в классах с двумя-тремя десятками учеников, с четко определенными требованиями программ и утвержденными учебниками? В XVIII веке. В эпоху просвещения. Английские и французcкие просветители, подхватив афоризм Ф.Бэкона «Знание — сила», считали, что знания сами по себе могут преобразить жизнь, народ надо просвещать, и надо, чтобы государство взяло на себя обязанность просвещения народа на основе новейших научных достижений. С другой стороны, видимо, рассуждали они, путь к благополучию и процветанию будет легче, если сознание граждан, то есть содержание того, что они узнают в созданной государством системе образования, будет однородным и одинаковым. Поэтому государству выгодно создавать систему образования с его начальных ступеней и до высших, так как это — сильнейший инструмент воздействия на умы граждан, а значит, инструмент влияния и контроля.
Однако в XVIII-XIX веках государственные школы создавались прежде всего для того, чтобы подготовить специалистов с четко определенными и необходимыми государству навыками. Если это начальная школа, то ученик, окончивший её, должен был уметь читать, писать, считать, знать Священную историю. Такой набор знаний был достаточен в России для рабочего и мелкого служащего. Средние учебные заведения предполагали уже специализацию: гимназии, по сути, готовили будущих гуманитариев и врачей к поступлению на соответствующие факультеты университетов, училища — будущих инженеров. Хотя выпускники средних учебных заведений во множестве сидели в конторах, занимались торговлей и считались образованными людьми. Программы были обширными и сложными, но этот тяжелый труд начинался с 11 лет и был результатом серьезного выбора семьи и общества. Много детей обучалось в гимназиях на общественный или казенный счет, но решение опекунского совета или чиновника зависело от способности и старательности ученика. Казенное образование — вещь во все времена дорогая.
Большинство людей до XX века всё необходимое для будущей жизни получали в семье. Это был труд матерей и отцов, и Л.Н. Толстой в романе «Анна Каренина» будущее Кити Левиной, связанное с вынашиванием, рождением и воспитанием детей, назвал страшной работой. С тех пор прошло почти 150 лет, и мир вокруг нас сильно изменился. Про женщину, которая не занята работой на производстве и не сидит в какой-нибудь конторе, а занимается воспитанием детей, говорят, что она не работает, да ещё с явным подтекстом — женщине работать надо.
Россия до 1917 года имела сложившуюся систему образования, от начальных ступеней до высших. Но ни одна из ступеней не была обязательной и всеобщей, однако возможность получения среднего и даже высшего образования была у всякого, кто хотел его получить. Октябрьская революция сделала новый шаг в реализации идей просветителей: сначала начальное, а впоследствии и среднее образование превратилось в обязательное и всеобщее. Эта область советской жизни всегда была знаменем и витриной СССР, что признавали даже его враги. Но какой ценой? Для граждан СССР образование было бесплатным, хотя стоимость его была высокой, но в советской экономической системе относительно небольшой и для государства возможной. Труд учителя стоил столько же, сколько труд квалифицированного рабочего. Экономически такой груз могла выдержать только целиком государственная система, частная инициатива в образование не допускалась. Другой такой сферы полного огосударствления в СССР больше не было.
Школа стала удобным инструментом для превращения системы образования в систему воспитания, тоже всеобщего, обязательного и однородного, в нужном коммунистическом духе. За годы советской власти на школу были возложены все функции по воспитанию подрастающего поколения. Школа была в ответе за всё: за то, как дети решают задачи с интегралами, за то, как знают работы классиков марксизма, и за то, как девочки делают салат, а мальчики — табуретки. В каждом новом поколении юношей и девушек всё меньше находилось индивидов, которые могли сказать: этому я научилась у мамы, а этому меня научил отец. Дошло до того, что в школе всерьез пытаются научить тонкостям взаимоотношений между мужем и женой и сексуальным отношениям.
Последствия такого преображения школы многообразны. Всеобщность и обязательность привели к процентомании, необъективным оценкам и вообще ко всякой лжи в оценке знаний. Попытки научить всем наукам на основе современных её достижений породили перегруженные программы, которые большинство учеников не могут усвоить. А это в свою очередь порождает дутые, ненастоящие тройки по гуманитарным предметам у технарей и по естественно-научным дисциплинам — у гуманитариев. Стремление научить всему в школе разрушает отношения между родителями и детьми. Сфера их совместной деятельности и сотрудничества сейчас резко сужена из-за длиннейшего расписания уроков в школе и загруженности родителей на работе. Им и поговорить друг с другом некогда.
Учитель в обществе вообще существо нелюбимое, к нему редко кто относится искренне. И у начальства, и у родителей, и у детей он всегда на подозрении. У всех этих трех сил к нему разные требования и ожидания. Родители ждут твердых знаний, дети — сочувственного отношения к себе и опять же знаний, начальство — строгого исполнения инструкций, которые меняются почти каждый год. Действовать одновременно во всех направлениях одинаково успешно учитель, даже очень талантливый, не может.
Школу ненавидят уже несколько поколений советских людей, а сейчас россиян. То, что случилось с идеей просветителей, время от времени случается почти со всеми человеческими идеями, которые когда-либо находили свое воплощение в человеческой истории: она достигла такого состояния, что перестала соответствовать поставленным когда-то перед ней целям.Что было целью? Стремление государства иметь подготовленных специалистов и сознательных, но управляемых граждан. Средство? Всеобщность, обязательность и бесплатность системы образования под контролем государства.
Со времен просветителей его влияние и степень контроля не уменьшились, а возросли, и, заметим, большой разницы нет, с какой школьной системой мы имеем дело: советской, российской или американской. Тесты как инструмент проверки знаний и умений удобны прежде всего чиновнику. Периодические аттестации с постоянно меняющимися и возрастающими требованиями нужны чиновникам для устрашения учителей, обучение с 5-6 лет тоже нужно государству, чтобы контролировать уже всякую более или менее внятную речь, обращенную к ребенку. Средства заменили цель.
В сознании наших современников перепутались понятия и представления, связанные с воспитанием и образованием. Кого можно назвать образованным человеком? Какие знания и умения достаточно получить в школе, чтобы сомообразование стало естественным стремлением человека? На эти и другие вопросы ни научное сообщество, ни просто граждане ответить не могут.
Любое государство стремится к полному контролю и власти над обществом, и у общества есть только одно средство — изо всех сил сопротивляться этому. Сейчас это надо сделать и с системой образования. Но сделать это будет невероятно трудно. Главное, что в обществе уже в массовом порядке потеряно сознание ответственности родителей за воспитание и образование своих детей. Все считают естественным, что государство занимается обучением детей, а значит, и несет за это ответственность. А государство с детьми делает что угодно и как угодно. Поэтому детей надо полюбить и не оставлять их наедине с государством.
Взрослым, образованным и успешным людям надо проснуться и вникнуть в проблему содержания образования. Они должны участвовать в обсуждении содержания образования, так как именно они знают, что необходимо, а что лишнее в школьных программах. Иначе может наступить время, когда смена им не подрастет.