Публикации

“Мы разучились плакать”

Антонину Степановну Черновскую застать дома непросто: она то в совете ветеранов Кузнецкого района, то встречается с молодежью. Везде успевает, а ей  в марте исполнилось 88 лет. “Кто не знает, не верит, — смеется Антонина Степановна, шустро достает альбомы с фотографиями и раскладывает карту своего боевого пути. — Вот такая я была в 1945-м, — показывает она на снимок. — Это мы в Чехословакии стояли, я как раз в партию вступила…” А начинался ее боевой путь так.

Тоня была секретарем Урмарского райкома комсомола, осенью 1942-го ее в числе других девушек-активисток вызвал военком Чувашии и с ходу задал вопрос: “Ну что, комсомольцы, будем Родину защищать?” — и вручил повестки о мобилизации на фронт.

Возвращаясь в село, Тоня все думала, как бы сказать маме, что она уходит на войну, и решила молчать до последнего. Вечером натопила баню (родные еще удивлялись: “Вроде день не выходной?”), помылась, потихоньку собрала в котомку вещи. Утром, узнав новость, мать, рыдая, пыталась ее остановить, а Тоня шутила и успокаивала: “Да не на фронт, а в Москву нас везут, на учебу, а там, может, и война кончится”, — но выйдя за калитку родного дома,  горько заплакала.

Действительно, сбор был Москве. Как оказалось, все 70 призванных девушек были обладателями значков “Ворошиловский стрелок” или “ГТО”, владели оружием. Тоня  знала винтовку с детства, отец ее был охотником. “Пока девочки подъезжали, — вспоминает Антонина Степановна, — мы жили в цокольном этаже Казанского вокзала. В красном уголке нам рассказывали о положении на фронте, днем с нами занимались строевой подготовкой, а по ночам мы патрулировали район от вокзала до Мытищ”.

В ноябре  девичий отряд  в составе Волховского фронта направили под Ленинград, который был в кольце блокады. “В тот год, — рассказывает Антонина Степановна, — стояли сильные морозы. Мы спали в тулупах. А потом, когда в декабре началось наступление по прорыву блокады, стало очень жарко: бои были тяжелыми, немцы стянули к Ленинграду большие силы. Сказать, что нам, девчонкам, было страшно, — это ничего не сказать. В кровавой мясорубке погибло более тысячи человек. Я одно твердила: “Девочки, только не плачьте!”  И мы быстро разучились плакать.

Потом был Воронеж, Орловско-Курская дуга…. После Москвы мы уже не отступали и двигались только вперед. Прошли Украину, Белоруссию. Наших девушек определили в отдельный батальон регулировщиц, надо было упорядочить движение машин, техники и людей. Меня девочки выбрали комсоргом батальона.

Летом 1944 года наша часть первой вышла на границу СССР с Румынией. Замполит собрал нас у пограничного рубежа и произнес торжественую речь. До сих пор помню его слова:  “За спиной у нас вся наша освобожденная страна, но мы вступаем в другие страны, и не с целью захвата, а чтобы гнать фашистов до самого их логова”.

Участвовала Антонина Степановна в освобождении Польши, Чехословакии. День Победы встречала в Будапеште.

Антонина Степановна Черновская — человек мужественный, со стойким характером, закаленным жизнью. “Я и в молодости была такой, — говорит она. — Наперечет могу сказать, когда плакала: в то утро, когда уходила на фронт, в день, когда вернулась в родное село и рассказывала своим близким, как мы воевали и как гибли мои подруги, и сейчас, в День Победы, укрывшись от посторонних глаз. Не дай бог, чтобы такая война когда-нибудь повторилась!”

Ольга Волкова Публикации 24 Апр 2010 года 52 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.