“Мой девиз: любить и отдавать”

В конце октября отметила свой 60-летний юбилей бессменный руководитель молодежного хора “Надежда”, заслуженный работник культуры РФ Нина Константиновна Курихина.

Так  случилось, что на интервью я пришла как раз в день рождения Нины Константиновны. В Дом творческих союзов, где расположена хоровая студия “Надежда”,  я пришла чуть раньше юбиляра и застала родительниц  за приготовлением праздничного стола. Они признались, что работа здесь кипит с самого утра: нужно ведь не только стол накрыть, а еще украсить воздушными шарами и плакатами с поздравлениями хоровой класс.

Тут подошла Нина Константиновна со счастливой улыбкой на лице. “Я не спала всю ночь — так волновалась”,  — призналась она. А когда увидела, какой сюрприз приготовили дети  и их родители, не смогла сдержать слез:

— Так меня еще никогда не поздравляли. Спасибо, мои дорогие!

— Нина Константиновна, от всей души поздравляю вас с юбилеем! Скажите, вот ради такого стоит работать?

— Да какая же это работа?! Это удовольствие. И уже давно эта “работа” вышла за рамки официальности и стала вторым домом, семьей.

— Вы каждый свой день рождения отмечаете на работе?

— Да. День рождения — это не повод отменить занятия. Ведь ребенок ждет урока,  и если я пропущу, то потом это обязательно скажется на качестве исполнения. Такого я допустить не могу. Поэтому, даже если еду в командировку, прошу, чтобы меня кто-нибудь заменил.

— Расскажите, как началась ваша творческая деятельность?

— В 1975 году, окончив Прокопьевское музыкальное училище, я была направлена на работу в детскую музыкальную школу № 23 Калтана. В 1977 году переехала в Новокузнецк, и вот уже 35 лет я посвящаю себя профессии дирижер хора, в чьи обязанности входит не только развитие голоса, но и воспитание классической музыкой, на которой строится духовное начало человека. В том же году организовалась детская хоровая студия “Надежда” — хор, который по сей день поет избранную музыку. И то, что это досуг, меня не смущает нисколько.

— А за такое определение не обидно?

— Поначалу очень переживала. А потом поняла, что кружок не определяет уровень. Определяет уровень сам человек. Если он поставил перед собой задачу работать качественно, значит, и результат будет соответствующий. Поэтому с одержимостью я принялась за работу. Сначала очень тяжело было, в большей степени из-за неправильного представления учеников и родителей о хоре. Думали, что хор — это когда собрались толпой, выучили слова и поют в один голос.

— А сейчас ситуация изменилась?

— Несомненно. Все дети, которые сюда приходят, хотят научиться петь, и особенно радует то, что они увлечены. Занятия проходят три раза в неделю: два раза хор и одно индивидуальное занятие. Требования, которые я предъявляю к своим ученикам, очень жесткие, порой бывают даже не очень выполнимые ввиду возраста, но ребятишки стараются, и в итоге все у них получается.

— Вы всем ученикам ставите сверхзадачи?

— Да. Выходя на сцену, мы несем энергию, мощь или, наоборот, показываем свою слабость, и все это — в звуке. Поэтому, работая с хоровым коллективом,  я требую отдачи от каждого. И здесь все зависит от человека. Если он верит в себя — у него все получится, потому что вера будет поддерживать его и стимулировать работу.  Одна моя ученица говорила мне: “Я буду у вас заниматься до тех пор, пока все из вас не вытрясу”.

— Вы считаете, это правильный подход?

— Думаю, да. Я считаю, что корысть в обучении уместна. Если человек не преследует корыстную цель — научиться, то педагог, будь он даже семи пядей во лбу, не сможет научить никогда. И так в любой профессии: достигают высоких результатов те, кто одержим желанием развиваться. А учитель может только помочь в этом.

— В учебном процессе от кого в большей степени зависит результат?

— В первую очередь, от стратегии преподавателя. Здесь главное — его знания и опыт. Я верю, что у человека огромный потенциал, и верю, что даже минимальные навыки можно развить. Ко мне приходили ребята, которые поначалу брали всего одну ноту, зато потом покоряли своими вокальными данными… Главное — верить. И вера эта должна быть обоюдной между учителем и учеником.

— Какие главные принципы в вашей работе?

— Девиз: любить и отдавать. Вот и все, как бы ни банально это не звучало.

Я ведь все сама сотворила, и моя задача как педагога — сделать так, чтобы было комфортно всем.

— А бывают ребята, которые ломаются или не выдерживают нагрузок?

— Конечно, бывают, как и везде. Здесь все зависит от характера, воли, честолюбия.  Случается, что не хватает терпения у родителей или учеников. Многие  хотят всего и сразу и оказываются не готовыми к долгому пути творческих исканий и тяжелой работе.

— Давайте поговорим о состоянии хорового искусства на сегодняшний день. Говорят, что оно угасает…

— Не растет точно. Держится на энтузиастах, которые начали работать еще в советское время. Многие опять же не выдерживают ввиду каких-то обстоятельств. Ведь хор — это, прежде всего, коллектив, у которого должна быть интересная насыщенная концертная жизнь, а не просто репетиции.  А еще ведь и уровень восприятия низкий. Зрителю необходимо шоу, а  размышлять над музыкой он не готов. А шоу вокруг полно. Выступления хоровых коллективов, вокалистов академического пения показывают крайне редко. А ведь в советские времена в каждом ДК были коллективы различных направлений. Я благодарна судьбе за то, что она вывела меня на уровень академического пения, хотя в своей юности я тоже пела популярные песни. Но тогда и эстрада была другая.  Я не хочу сказать, что современная поп-музыка некачественная и что она не нужна. Нужна, но все должно быть в меру. И в условиях этой конкуренции артисты уже не знают, чем еще привлечь внимание. Получается, что для того, чтобы добиться цели, необходим пиар, а труд отходит на второй план. Вот это настоящая проблема.

— Можно ли сейчас подводить какие-нибудь итоги?

— Итоги я не подвожу, а подвожу черту под время. Я сама перед собой отчитываюсь. Это возможность в связи с определенным событием показать свой уровень и подняться на ступень выше.

— Планами на будущее поделитесь?

— Существует какая-то неопределенность в нашей жизни: нет акустических залов, не хватает средств, инструментов, не воспитывается публика, которой была бы интересна эта музыка, нет государственной поддержки. Но что бы ни случилось, детей я не оставлю — это не в моей власти.  Будем вместе работать и творить.