Мистика

Омоложение кадров — одно из проявлений модернизации, интенсификации, оптимизации и т.п. Очередные реформы, или лишь подобие их, перемалывают судьбы людей, уж в этом-то мы большие мастера. Глава одной из организаций в нашей угольной отрасли сказал об этом так:

— Учредители на меня давят: свежая, молодая кровь нужна. А тебе, Петр Сергеевич, шестьдесят, пенсия. Даю два месяца, потом отпуск и будь добр — заявление об уходе. Отдыхать будешь, заслужил.

Вообще-то Петр Сергеевич, начальник отдела снабжения, считал, что своим многолетним трудом заслужил немного другого отношения к себе. Но никому ничего не сказал об этом разговоре и пока осмысливал ситуацию, с самим шефом случился инсульт, через месяц он умер. Такой поворот немного озадачил несостоявшегося пенсионера, но других забот полно, работы — головы не поднять. Однако вскоре и новый, молодой директор призвал ветерана пред свои очи.

— Я тут просмотрел штаты, личные дела. Время  идет вперед, за ним надо успевать… Жду вашего заявления — месяца вам хватит?

Петр Сергеевич оглядел его и чуть не сказал в некоей растерянности: а вам?

Никогда ни в какую чертовщину он не верил. А тут что-то зацепило его в нехорошем предчувствии. Стал ждать, а насчет заявления… сами исхитряйтесь увольнять, ищите статью… И вряд ли полной неожиданностью для него стала новость, что за какие-то финансовые махинации прокуратура прихватила прыткого выдвиженца, начавшего, не теряя ни дня, делать деньги. Спасая от худших неприятностей, его мигом сняли.

“Что за мистика?” — похмыкал Петр Сергеевич, боясь себе признаться, что нечто подобного ждал где-то глубоко в сознании, если не хуже. Что если именно он стал приносить людям несчастье? Хотя в одном случае человек давно маялся с давлением, а в другом оказался прохвостом. Но ведь оба требовали от него заявления об уходе… и ушли сами. Дела… И он поведал другу о своих подозрениях насчет своей кармы, или как там оно называется. На что последовал совет: сходить в церковь, помолиться, пусть и своими словами, об очищении души, снятии недоброго, темного, что, видать, за столько лет работы в снабжении  еще как могло накопиться.    

Да, жизнь снабженца известна, особенно в те, прежние времена, вздыхал Петр Сергеевич, как только не приходилось вертеться, правдами-неправдами добывать-выбивать, лимиты, откаты.

Помолившись, и впрямь почувствовал, как что-то снизошло на него, и уже спокойно стал ждать дальнейшего развития событий. Потому и решил пойти на следующую беседу с ним уже с написанным заявлением “по собственному желанию”. Да и, наверное, пора уже: сердце пошаливает, все ж на нервах, надо здоровьем всерьез заняться. А втайне  еще одно: решил не испытывать больше волю “высших сил”. Вон даже физик наш знаменитый, нобелевский лауреат, на вопрос по телевидению, верите ли вы в сверхъестественное? — развел руками: что-то есть.

— Да вы что, — всполошился очередной директор приходу Петра Сергеевича, — как я могу оголять такой участок? С вашим опытом-то! На кого мне опереться?..

Может, чутьем уловил, что с этим человеком надо поосторожнее. Представительный, в расцвете сил, с двумя или тремя дипломами — не все же мошенники… Вот пусть сразу и свою команду набирает, надо уступать дорогу. “Нет, — извиняющее улыбнулся Петр Сергеевич, — все”. А про себя, про, возможно, загадочную связь  других людей с ним, подумал: нет, не буду рисковать чужой судьбой, мало ли чего…

Через несколько недель его достойно проводили на пенсию, а полгода спустя случился инфаркт, поздновато лечением занялся. Или по той же мистике — перевел стрелку на себя.

Хороший был человек, Петр Сергеевич.