Материнство под вопросом
«Люди добрые, хоть кто-нибудь откликнитесь на мое горе. Я осталась с двумя маленькими детьми на руках, практически на улице: без жилья и без прописки. Моему сыну пять лет, дочке — три месяца, мужа нет, а в мае я должна освободить угол, в котором живу. Детей сдавать в детский дом не хочу. Очень вас прошу, помогите. Может, хоть кто-то возьмет в свой дом, я готова на любую работу».Вот такое письмо с просьбой опубликовать пришло в редакцию «Кузнецкий рабочий». Конечно, мы не остались в стороне и выехали по указанному адресу, где и разыскали автора. Ею оказалась молодая женщина. Наш разговор состоялся при условии, которое она поставила: настоящую фамилию и адрес в статье мы указывать не будем. Женщина очень боялась гнева отца.
Назовем ее Оксаной Леонтьевой, вместе с детьми она ютится в кладовке четырехкомнатной квартиры. Но ее угол — не самое плохое место в доме: здесь живет столько народу, что часть из них спит на полу. Одних только ребятишек по квартире бегала целая орава. Сначала я попыталась сосчитать, сколько их. Сбилась. Оксана попробовала помочь: «прописанных детей четверо, всего живет семеро, а может, и девять, сама точно не знаю. Моих-то двое, а это все — племянники».
Нет, это не была семья бомжей, и квартира не представляла собой притон. Видно было, что за порядком в доме следят: чисто, скромно и по-своему уютно. И живет Оксана не среди чужих людей, а в отчем доме, среди сестер и братьев, которых в семье тринадцать человек. Много лет назад квартиру получил глава семьи Леонтьевых. Сегодня отец с матерью живут в селе, неподалеку от Новокузнецка, а в квартире осталось десять взрослых членов семьи. Естественно, у каждого семья, дети.
История бедственного положения, которую мне рассказала Оксана, оказалась давней и связана с разделом жилья: квартиры, в которой она была прописана. Дело в том, что в детстве Оксана и ее сестра Тамара были прописаны не в родительском доме, а у бабушки в однокомнатной квартире, с тем чтобы после смерти хозяйки жилье перешло им.
Но после того как бабушки не стало, квартира долгое время стояла закрытой. Девчонки лишь ходили поддержать в ней порядок. Тамара вышла замуж первой и переехала в дом свекрови. Однажды она попросила у Оксаны паспорт, якобы для справки в ЖЭК, на самом же деле выписала сестренку с бабушкиной жилплощади, а квартиру удачно поменяла на двухкомнатное жилье. Так одна из сестер решила свой квартирный вопрос.
Оксана не стала подавать в суд на сестру и прописалась в квартире родителей. Недотепа, возможно, скажет кто-то из читателей, надо было свою долю хоть деньгами требовать. А с другой стороны, не каждый пойдет против сестры или брата, даже если они жульничают. Оксана из числа последних: пообижалась и успокоилась — у сестренки семья, ей квартира нужнее.
О своем будущем Оксана, скорее всего, тогда не думала. Жаль, поскольку семейная жизнь не заладилась: один мужчина бросил беременной, второй и вовсе обобрал. Уговорил оформить ссуду в десять тысяч рублей на приобретение коровы и исчез сразу после получения денег. К тому времени Оксана жила в доме свекрови в деревне, а из квартиры отца выписалась. Увы, когда молодая женщина осталась без коровы, денег и мужа (он завел другую семью), ей пришлось проситься обратно в отчий дом. Бедолагу обратно пустили, а вот в прописке отец отказал. И без нее нахлебников хватало: за коммунальные услуги никто из проживающих в квартире взрослых не платил, как, впрочем, никто из них официально и не работал.
Жили за папин счет, который ежемесячно из пенсии в две тысячи рублей отчислял платежей за квартиру одну тысячу четыреста рублей. Терпение у старика лопнуло, и он поставил жесткое для всех условие:к маю освободить квартиру. В дальнейшем он рассчитывал ее продать или обменять на меньшую и подарить тому из детей, кто будет ее содержать за свой счет. Претендентка на последний вариант — одна из младших сестер Оксаны. Сегодня она вместе с мужем и двумя детьми живет вместе с родителями в деревне.
Но вернемся к Оксане. Ее положение и в самом деле не из легких. Без прописки (регистрации по месту жительства или пребывания) она не может ничего: ни собрать справки для получения материальной помощи, ни встать в очередь на жилье, ни получить пособие по рождению ребенка. Она есть, существует вместе с детьми в реальном мире, но для чиновников без нужного штампа отсутствует. Но средства к существованию, как считает женщина, у нее есть: раз в неделю она привозит на себе из деревни четыре ведра картошки, запас со своего огородика. В городе продает по пятьдесят рублей за ведро. На вырученные двести рублей неделю живет. Говорит, что денег хватало, пока дочка не заболела. Сейчас весь доход ушел на лекарства, а бесплатную молочную смесь для малышки без регистрации по месту жительства ей оформить не удалось.
Да что там детская смесь, ей даже мировой судья не стала выносить решение, когда банк подал в суд на Оксану по поводу невыплаченной ссуды. Судья потребовала предоставить пакет документов: о материальном положении, составе семьи и прочие справки. Часть из них без регистрации по месту жительства мама собрать не может.
Недавно она попыталась решить свою проблему с пропиской через частную фирму, об оказании услуг которой в регистрации по месту жительства узнала из объявления. В фирме ее попросили оплатить две тысячи двести рублей: одну тысячу — за регистрацию и тысячу двести — за услуги. Увы, если бы у Оксаны были такие деньги, она, не задумываясь, их отдала бы. Между тем регистрация в паспортно-визовом отделе стоит один рубль, оформление документов — пятьдесят рублей. А сам паспортно-визовый отдел является единственным правоохранительным органом, который имеет право ставить на учет по месту жительства или пребывания или снять с него.
Простодушная и доверчивая, Оксана, как магнит, притягивает к себе неприятности: жуликов из мира бизнеса, проходимцев-мужчин. Им она почему-то доверяет больше, чем отцу. А ведь предупреждал он дочь, пытался удержать от очередной ошибки. Не послушалась. Кто теперь поможет Оксане? Неужели ей придется отрывать от себя детей и сдавать в приют? А что делать, если в городе есть приюты для детей и нет семейных общежитий для одиноких мам?..
