Лёшка и Тошка

Я так понял, что певца зовут Лешкой, а его рыжую собаку — Тошкой (певец славно рифмовал имена, и потому, прохожий, гони монету).

Народ, надо сказать, довольно бодро расставался с пятачками, вознаграждая уличного исполнителя за песенный энтузиазм: “Мурка, ты мой Муреночек! Мурка, ты мой котеночек! Мурка — Маруся Климова, Прости любимого!” (Кажется, именно этот вариант “Маруси Климовой” он исполнял.) Тем более что в Лешкином репертуаре была сплошная классика — почти сплошь блатная, столь любимая в стране, где всегда были только три категории граждан: отсиденты, досиденты и несиденты. Но мы отвлеклись.

Денежки складывали в Тошкину плошку. А сам Тошка нёс службу на коврике, будучи привязанным за веревочку к шарику с глупой рожицей, на которую ему и противно смотреть-то было. И только вздрагивал, когда хозяин брал особо высокую ноту.