Публикации

Лесной человек

Вот говорят, что настоящий мужчина в своей жизни должен построить дом, вырастить сына и посадить дерево. Наш сегодняшний герой Виктор Васильевич Салангин этот план перевыполнил: дом построил, и даже не один; двоих сыновей и двух дочерей вырастил; что до деревьев, то посадил он их многие сотни. Нет, в лесхозе или «Зеленстрое» он не работает, просто уже тридцать лет «за просто так» облагораживает пустоши и неудобицы. А как их облагородить? Конечно, посадить деревья. За три десятка лет его стараниями вырос целый «салангинский» лес.- Как к пенсии время подошло, так мне в Карлыке выделили в садоводческом обществе «Наука» участочек под сад-огород, — рассказывает Виктор Васильевич. — Ну а мне, выросшему в таёжной деревушке Крапивинского района, лесному человеку, этого показалось мало. С первых дней помимо обычных грядок принялся я на прилегающей неудобице высаживать деревья. Зачем? Ну а как иначе?! Вокруг такое место красивое, кедрач, речка, но это все вроде как в отдалении, а между нашими участками всякие там косогоры, обрывы, пустоши, местность-то гористая, к тому же мусор стали наваливать. В общем, вид самый захудалый. И решил я, что красоты на собственном участке мне мало, надо, чтобы и вокруг было красиво.
Мы ходим по осеннему Карлыку. Лиственные деревья уже облетели, на ветках изморозь, и Виктор Васильевич сокрушается, что не приехали мы пораньше, хотя бы на месяц: «Такую бы красоту увидели!» Однако и сейчас ряды хвойных деревьев смотрятся внушительно, ели и кедры своей темной зелени никогда не теряют. О посадках на ничейной земле Виктор Васильевич готов рассказывать часами, а вот о себе — скромничает, хотя рассказать есть о чем.
Сам он 1926 года рождения, в аккурат к 1944 году дорос до фронта, и отправили крапивинского паренька в авиацию воздушным стрелком-радистом. Летал на Ил-2, который на фронте называли «летающим танком». Войну закончил в Норвегии. После Победы еще пять лет работал авиадиспетчером в Заполярье и лишь потом демобилизовался. Сам себя Виктор Васильевич в герои не записывает, смеется, мол, «у меня из серьезных наград только орден Красной Звезды, остальное все по мелочи», однако пиджак парадный весь в медалях. После возвращения в Сибирь его направили на партийную работу: сначала в Тисуль, потом в Калтан, а в конце 60-х оказался в Новокузнецке. Работал парторгом завода металлоконструкций, затем в тресте «Кузбассшахтостройиндустрия». Еще много чего мог бы рассказать Виктор Васильевич, но считает это делом прошлым, а вот лес он ростит все последние тридцать лет, и дело это еще не закончено. Он в мельчайших деталях помнит, как посадил свою первую елку:
— Иду как-то на участок и смотрю — на горке такая елочка красивая растет, загляденье. Инструменты и мешок были с собой, вот я её и выкопал. Помню, встретил по дороге соседа, а он смеется: «Вот настоящий садовод, с елки огород начинает!» А я с этой елки начал не огород, а этакий своеобразный дендрарий. К елкам я потом черемуху стал подсаживать, в Кузедееве, кстати, черемушник удивительный, лучшие саженцы там брал. Конечно, и липа оттуда же. Сейчас здесь по обочинам 23 липы растут — красавицы. Столько же кедров, на нескольких уже и первые шишки появились.
Есть на обочинах и неудобицах садового общества высаженные Виктором Салангиным дубы. Листья у них, кстати, до сих пор не облетели, лишь свернулись в трубочку. Интересно, что появились они там благодаря «Кузнецкому рабочему». Давным-давно прочитал Виктор Васильевич статью «Шумят дубовые рощи», в которой рассказывалось о точилинском садоводе Николае Калганове, занимающемся выращиванием молоденьких дубов. Вот к нему с газетой в руках и двумя бутылочками вина отравился герой нашего рассказа. За столом поведал он собеседнику о своей идее: создать в Карлыке маленький дендрарий. В поддержку получил аж пятнадцать дубовых саженцев. Число, между прочим, было выбрано не просто так, а по количеству республик бывшего СССР. Все дубки прижились, однако уже спустя годы один дуб все-таки погиб. Объяснил Виктор Васильевич это тем, что посадил он его слишком близко к кедрам, а те, по словам специалистов, не терпят поблизости «иностранцев». Спросила я, какой союзной республики тот дубок соответствовал, однако политической закавыки не получилось. Садовод ответил: «Шут его знает, не распределял я их по республикам-то».
Куда бы ни ездил Салангин, отовсюду вез саженцы. Лох у него крупный, не местный, привезенный из Калинина, нынешняя Тверь. Есть представитель семейства кипарисовых — туя, привезенная из Рязани, оттуда же и орех-лещина и особого сорта можжевельник. Как же он мучался с саженцами в поездах и самолетах! В багажный отсек нельзя, чемоданами раздавят, да и холодно очень. Приходилось тайком протаскивать в салон и беречь как хрустальную вазу. Есть в дендрарии Салангина маньчжурский орех, правда, его везти пришлось не из далека, а из оранжереи нашего знаменитого местного мичуринца Владимира Жилина. Самым экзотическим растением из высаженных в Карлыке Виктор Васильевич считает совершенно неизвестный в Сибири кустарниковый зверобой:
— Мы-то знаем, что зверобой — просто трава, ну, лечебная, ну, красивая, и все. А вот был я в Сочи и на экскурсии в местном ботаническом саду увидел зверобой кустарниковый. Дай, думаю, посажу у себя, попробую, вдруг приживется. Там помимо взрослых растений были саженцы в горшочках, то ли на продажу приготовленные, то ли для посадок каких. А у меня с собой сумка большая. Сотрудников сада рядом не оказалось, вот я один горшочек потихоньку в сумку и поставил, свистнул, одним словом. И ведь довез, и не вымерз он у меня, а сейчас кустики просто красота. Вот говорят, чтобы цветы хорошо приживались, надо их красть. Видно, есть в этом доля правды.
Но не все так просто складывалось у энтузиаста-озеленителя. Спустя несколько лет после того как высадил он на обочинах десятки сосенок и елочек, под Новый год их стали сплошняком вырубать. «Наверное, дачники и их гости решили, что природа и я им разом подбросили массу стандартных новогодних подарков», — говорит Виктор Салангин. Восстанавливал, снова высаживал, а деревца вновь вырубали. Пришлось обратиться в тогдашний отдел земельных ресурсов Райсельхозуправления с просьбой воспрепятствовать массовой вырубке. И подействовало! Было принято специальное распоряжение «выделить на обочине товарищества «Наука» 27 соток земли, пригодной под посадку деревьев ценных пород, а правлению товарищества обеспечить их сохранность».
27 соток этих складывались из отдельных клочков: там обочина, тут обрыв, здесь яма. Сейчас все засажено самыми разными деревьями и кустарниками, и летом территория садового общества «Наука» похожа на сплошной парк. Садоводам нравится, однако вопрос: «Как соседи и семья отнеслись к вашим стараниям?» заставил Виктора Васильевича загрустить:
— Ну, как? Соседи, наверное, подумывали — придурковатый человек, вместо того чтобы овощными культурами заниматься, он ничейную землю озеленяет. Дома не отговаривали, конечно, понимали, что я от своей идеи отказаться не могу. Из соседей-дачников помощников не было, скажут, мол, хорошо у нас стало, красиво, но сами нет, не помогали.
Так что колдовал он над своими саженцами сам, на свой страх и риск. Опытным путем проверял: приживутся — нет, вымерзнут — не вымерзнут. Конечно, кое в чем помогали книги. Несколько раз приезжал в Карлык и Владимир Жилин, советовал, подсказывал. Иногда подходили соседи, просили дать саженцы, никому не отказывал. Смеётся: «У меня целая школа саженцев образовалась. Было бы здоровье, так я теперь мог бы гектары неудобиц самыми разными деревьями облагородить». Но со здоровьем у него проблемы, в 2003 году случился инфаркт, и он в Карлык почти два года не приезжал. А как добрался, ахнул. Там срубили, здесь сожгли, тут обломали ветки так, что от большого дерева остался один ствол. Словом, расстройство одно.
— Садовое общество «Наука» сейчас числится лишь на бумаге, и, конечно, старое распоряжение «правлению товарищества обеспечить сохранность» никто не выполняет. А мне уже восемьдесят лет. Жаль будет, если коллекция деревьев, которая складывалась тридцать лет, уйдет под топор неразумного и бездушного человека. Вот бы нашелся кто, продолжил бы дело…
Но пока никто не находится, и Виктор Васильевич свой лес не бросает. Есть у него задумка: развести в Карлыке карагандинскую белую акацию. Много лет назад одну попытку он уже делал, но оказалась она неудачной. Теперь с нынешним опытом Салангин уверен: все получится. Уже и место присмотрел, на берегу речки кустики акации будут в самый раз. Вот весна придет, и поедет он в Казахстан за саженцами, только бы здоровье не подвело.

Татьяна Басаргина Публикации 09 Ноя 2006 года 38 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.