Крайняя группа риска

За прошедший год малые предприятия Новокузнецка произвели менее трех процентов от общего объема продукции. Для города металлургических гигантов, угольных разрезов и шахт — не такой уж и плохой показатель. Но оснований для большого оптимизма он тоже не дает. Из более чем 8000 зарегистрированных (и 2500 действующих) малых предприятий, не многим более 1000 (и 330 соответственно) относятся к разряду «промышленность » и «прочие виды деятельности сферы материального производства «. В чем причина? Этот вопрос мы задали начальнику отдела промышленности и развития предпринимательства городской администрации Борису Леонтьевичу Полукееву.-Само выражение «малый бизнес » говорит о том, что малый бизнес носит подчиненный характер. Он зависит от тех денег, которые присутствуют на рынке, но созданы на крупных предприятиях. Ведь именно их продукция в больших объемах уходит за пределы региона, а сюда за нее поступают рубли.
Бизнес есть бизнес. Если число малых предприятий производственной сферы не велико, значит, заниматься этими видами деятельности не выгодно. Почему? Во-первых, требуются большие единовременные финансовые вложения. А перспектива получения прибыли отсрочена. Поэтому деньги идут туда, где их легче всего обернуть. В торговлю. Во-вторых, получить в банках кредит практически невозможно. Банкам как коммерческим структурам нужна отдача. Но в промышленности, как и в строительстве, срок окупаемости слишком большой, а прибыль меньше, чем в торговле. К тому же в залог за кредит предприниматели предлагают, как правило, свое оборудование, продать которое в случае невозврата кредита будет очень сложно.
Но даже если предприниматель, решившийся заняться выпуском болтов, гаек, изготовлением каких-то других комплектующих для смежных предприятий, нашел кредит и приобрел оборудование, арендные платежи не дадут ему развиться. Своих помещений, как правило, у мелких предпринимателей нет — вот и идут они на поклон к руководителям промышленных гигантов с просьбой выделить им пустующие площади. А арендодатель, видя, что дела у арендатора пошли более или менее прилично, начинает повышать арендную плату. Как частный собственник он имеет на это право.
Новое же помещение легко найти для маленького склада, а если в цехе установлены станки и другое оборудование, то неподъемная арендная плата станет концом маленького предприятия. Кстати, некоторые арендодатели этим пользуются и поглощают успешные мелкие предприятия. В-третьих, наше правовое поле пока еще таково, что мелкий предприниматель не может перебороть своего контрагента, которому он поставляет продукцию, если тот за нее не рассчитывается.
И если говорить о поддержке этого мелкого предпринимателя-производственника, то непонятно, как ему помогать. Единственное, что удалось в области создать, — это фонд имени Бардина. Но он проводит только лизинговые операции — поставляет оборудование. Не финансирует и не обеспечивает кредиты.
— Фонд, созданный на деньги Евразхолдинга, по сути ему же и помогает. А что получили из фонда городские проекты?
— Пока ни копейки не получили.
— Но ведь администрация города могла бы выступать гарантом при получении малыми предприятиями кредитов. Давно ведутся разговоры о необходимости создания при муниципалитете залогового фонда…
— Только если в городском бюджете будет для этого защищенная строка. И банки на такой договор пошли бы. Но при нашем дефиците бюджета подобная строчка не появится. Город не может выступать гарантом предпринимателя, подверженного стольким рискам. На прошлой неделе в Кемерове проходила конференция, посвященная роли региональных банков в развитии малого и среднего предпринимательства. Банкиры называют этот сектор крайней группой риска. Они хотели бы работать с ним, но по существующим правилам не могут этого делать. Им нужны гарантии государства.
А самое главное — наше общество не устойчивое. Налоги постоянно меняются. Придет в голову энергетикам поднять тарифы — поднимут. Как в таких условиях брать кредит на три года? А раз планировать ничего нельзя, то и деньги в производственнную сферу не текут. Вы думаете, денег в городе нет? Они есть, и люди прикидывают, куда их вложить. В промышленное производство вкладывать пока не хотят.
— Но с помещениями может город помочь? Почему производственные бизнес-инкубаторы, которые уже есть и в Кемерове, и в Киселевске, и в Юрге, до сих пор не созданы в Новокузнецке?
— Бизнес-инкубаторы — вещь хорошая, но у города таких площадей, где бы на льготных условиях размещали свои цехи начинающие предприниматели, нет. Просили мы у Кузнецкого металлургического комбината отдать нам простаивающие помещения, но сделать это не позволяет закон о несостоятельности и банкротстве. КМК обязан выставлять свое имущество на конкурсную продажу.
Конечно, бизнес-инкубаторы хоть в какой-то степени помогли бы проблему решить. Печальный пример — положение фирмы «Металлсервис «. Арендует помещение у Запсибэлектромонтажа, задолжала ему за аренду свыше 500 тысяч. Запсибэлектромонтаж тоже понять можно: зачем ему арендатор, который не платит? «Металлсервису » нужно выселяться. Оборудование хорошее, коллектив профессиональный — бывшие работники машзавода. Заказы есть, но деньги за их выполнение придут не скоро…
Парадокс. В город завозят столько комплектующих! Транспортные издержки какие! Казалось бы, здесь нужно производить: одним получать прибыль, другим — снижать затраты. Но не выгодно сегодня заниматься промышленным производством.
— Тем не менее, городские программы поддержки малого бизнеса существуют, но складывается такое впечатление, что о них большинство предпринимателей не знает. Более того — считает, что администрация помогает избранным.
— Это неправда. Когда мы объявляем конкурсы, сообщаем о них в газетах. Причина скорее в том, что замотанные, занятые беготней по оптовым базам предприниматели не читают этих объявленией. А серьезными проектами и заниматься надо серьезно, не на ходу. Да и хороших, просчитанных идей в городе не так уж много. Ведь чтобы оценить эффективность проекта, нужно знать перспективу. Перспективу развития региона, страны. Вы знаете? Я не знаю, какие завтра будут законы, налоги. Недавно приходил парень с идеей — переработка шин. Отличная идея. С точки зрения экологии — в том числе. Я его спрашиваю: ты выяснил, какое оборудование потребуется? Нет. Обратись он в фонд поддержки малого предпринимательства — там бы по Интернету посмотрели, где и как дорого можно приобрести нужное оборудование. Да и вообще сказать, насколько перспективна идея, не опередили ли конкуренты.
Сегодня под идеи и даже под бизнес-планы денег никто не дает. Средства, особенно бюджетные, распределяются на основании так называемых обоснований инвестиций. Они разрабатываются специализированными организациями, имеющими на то лицензию, затем проходят государственную экспертизу. И стоит вся эта процедура бешеные деньги. С точки зрения рационального использования бюджетных средств — подход правильный. Но для начинающего предпринимателя сумма, конечно же, неподъемная.
— Но должна же городская власть что-то делать, чтобы развивалась производственная сфера. Это и дополнительные рабочие места, и дополнительные налоги. Пока мы завозим товар с других территорий — мы вывозим туда деньги…
— Давайте начнем с переработки сельхозпродукции. Мясо, зерновые, молоко… Фасовка. Деньги в эту нишу рынка уже пошли. Все-таки капиталоемкость производства продуктов питания относительно низкая, а оборачиваемость средств — довольно высокая. И сегодня мы можем купить произведенные в Новокузнецке макаронные изделия, выпечку, полуфабрикаты, очень приличную колбасную продукцию. Город выделял кредиты на развитие производства «Кузнецкому караваю «, «Сибирскому хлебу «, на оборудование для глубокой заморозки частному предпринимателю Маркову. Сейчас совместно с областью решаем вопрос о выделении шестимиллионного кредита частному предпринимателю Шадрину, решившему производить молочные продукты с добавлением сои. В «Диалоге » на тему создания новых рабочих мест я о нем уже говорил.
— Вы приводите отдельные примеры, а мы говорим о создании условий для всего мелкого бизнеса.
— Вам нужны программы? Вы же знаете, написали мы одну на миллиарды федеральных рублей по созданию рабочих мест для высвобождающихся металлургов, включили в нее более ста проектов — ну и что?! Результатов-то пока никаких.
Условия — это финансовая база. А когда экономического благополучия в обществе в целом нет — нет и условий. Программу можно принять любую, все, что угодно в ней написать, но главным остается источник финансирования. Мы обычно принимали программы под федеральные деньги, которые гарантированно должны были получить. Эти программы мы и выполняли.
Блуждать в потемках тоже нельзя. По инициативе администрации под руководством профессора Степанова уже работает группа специалистов для того, чтобы составить перспективный план развития экономики Новокузнецка. Какая продукция будет востребована, за счет каких отраслей город сумеет компенсировать неизбежное свертывание металлургического производства, на эти и другие подобные вопросы ответы должны быть получены к концу года.
Беда наша в том, что нельзя все проблемы решить на местном уровне. На упомянутой мной банковской конференции выступал англичанин — бизнесмен, владеющий предприятиями и в Англии, и в России. Он сказал, что в Англии к малому бизнесу относятся как к ребенку — балуют, пока он не вырастет. Годовая отчетность по налогам — две странички. А в Москве, по словам иностранца, «у него рука отсохла «, пока он бумаги заполнял, чтобы открыть предприятие…