Как стать студентом

Совещание в комитете образования и науки, традиционно собиравшееся, чтобы подвести итоги вступительных экзаменов в вузы, на этот раз прошло в расширенном составе, с участием директоров школ.
Свой анализ (успехи-неуспехи, противоречия, проблемы, вплоть до типичных ошибок по отдельным предметам) представили Сибирский государственный индустриальный университет, Кузбасская государственная педагогическая академия, Новокузнецкий филиал-институт Кемеровского университета и Сибирский филиал Международного института экономики и права.
Самые общие выводы.Продолжается тенденция увеличения числа новокузнецких школьников, поступающих в вузы. 78,4 процента выпускников этого года стали студентами. Что гораздо выше общероссийского показателя (порядка шестидесяти процентов). Как сказал один из докладчиков, чуть ли не японский вариант: каждому — высшее образование. В принципе это хорошо. Согласно Концепции модернизации российского образования одна из задач профильных старших классов — подготовка ученика к вузу.
Что касается ребят из базовых школ, а они есть у каждого института, то с ними все в порядке. Это народ, ориентированный на свой вуз и представляющий более или менее ясно, куда он идет и что его ждет. К ним с некоторой натяжкой можно отнести и тех абитуриентов, которые учились на вузовских подготовительных курсах. С натяжкой, потому что здесь происходит довольно большой отсев. Каждый третий, а где-то и чуть ли не второй, остался в этом году за бортом если не вуза, то бюджетного набора. Видимо, девять месяцев, а тем более шесть или три — срок недостаточный, если у ребенка велики пробелы в знаниях. Не случайно вузы открывают свои центры непрерывного образования, сотрудничают со школами, ищут иные пути. НФИ КемГУ, например, создал открытый лицей, куда поступают десятиклассники — на конкурсной основе(!), чтобы хотя бы за два года в качестве дополнительного образования дать и глубокие знания по предметам, и широкое общее представление о сфере будущих профессиональных интересов.
Своих студентов вузы получили, хотя и не отказались бы от более полноценного выбора. Но значительную часть абитуриентов, судя по наблюдениям приемных комиссий, составляли молодые люди, которые слабо представляли, куда собственно они идут. Тут клубок противоречий.
Кто-то спокойно отсидел свое в школе и так же хотел бы отсидеться в вузе. Это устраивает и родителей: ребенок при деле. По большому счету им не важно, куда идти и кем стать. Вопрос, чем будет заниматься «после» — пока их не тревожит.
Другие ребята, не попав в бюджетную группу, выбирали факультеты и специальности, исходя из суммы платы за учебу. Что, с одной стороны, как будто объяснимо, а с другой, говорит о том же — не самой большой заинтересованности.
За третьих, может быть, и вполне благополучных в смысле учебы ребят, профессиональный выбор сделали родители. Рано или поздно проблема себя обнаружит, просто пока она отодвинута. И это не гипотетическое предположение. Даже в школах, где профильные классы работают лет десять, а предварительная подготовка идет с седьмого класса, почти половина ребят в выборе этого самого профиля не самостоятельна. Добавим к этому выбор — случайный или осознанный — так называемых престижных профессий. Профессию студент получит. Но найдет ли работу?
Об ответственности за профессиональный выбор выпускника всех субъектов образовательного процесса говорил председатель комитета образования и науки М.В.Артюхов. Через два-три года профильными станут старшие классы во всех школах. Выбор, какой предстоит сделать каждой из них, а также детям и родителям, должен как-то соотноситься с реальными возможностями города, с наличием и перспективой появления новых рабочих мест. Это раньше почти пятая часть выпускников (причем лучшая!) уезжала из города для продолжения учебы. Сегодня дети остаются дома. Это тоже надо иметь в виду.
Что касается уровня обученности детей, их знания экзаменационных предметов, то с этим тоже есть проблемы. Хотя качество подготовки детей остается стабильным, и заметного снижения не наблюдается, каких-то прорывов тоже нет. Из года в год, например, вузовские преподаватели отмечают плохое знание родного языка. Будущие инженеры, как и будущие учителя, делают одинаковые ошибки. Простейшие! Не знают правила про ударные и безударные гласные. Делают ошибки даже в тех словах, которые легко проверяются. Анализ типичных ошибок станет предметом обсуждения на заседаниях методических объединений — об этом комитет позаботится. Есть предложение пересмотреть учебные планы. Не отдавать некоторые разделы физики на самостоятельное изучение детям. Повторить те разделы, что изучались в основной школе. Включить в школьный компонент программы десятых-одиннадцатых классов уроки русского языка. Словом, есть о чем подумать и школе средней, и школе высшей.