Игорь Степанов: “Критическая масса ошибок приводит к взрыву”
Мировой экономический кризис, бесспорно, тема номер один в разговорах не только политиков, предпринимателей и аналитиков, но и рядовых граждан. Почему он возник? Сколько времени продлится? Сильно ли скажется на жизни людей? Ответы на эти вопросы ищут все — от президентов до работяг. Своим видением ситуации мы попросили поделиться доктора экономических наук декана экономического факультета НФИ КемГУ Игоря Германовича Степанова.
— Причины глобального экономического кризиса в наших общедоступных массовых СМИ объясняются примерно так. Американцы Джон и Мэри и десятки тысяч других граждан США взяли в банках ипотечные кредиты на покупку домов и квартир, а отдать не смогли или не захотели. В результате финансовая система, а затем и экономика Америки в целом стали рушиться, увлекая за собой экономики стран всего мира, в том числе и Росcии. Насколько реалистично такое объяснение причин кризиса?
— Сваливать так много на ипотечный кризис США, называя его чуть ли не главной причиной мирового экономического кризиса, — это несерьезно… О приближении этого глобального события довольно упорно говорили уже в прошлом году, поскольку укреплялись некоторые признаки рецессии — спад производства, замедление его роста — в США, что неизбежно должно было сказаться на экономиках других стран мира…
Есть различные толкования причин нынешнего глобального экономического кризиса. На мой взгляд, наиболее приемлемым является объяснение с точки зрения теории волн: подъем — достижение верхней точки — падение. Теория эта выведена из опыта наблюдения за поведением мировой экономики, цикл волны — от начала подъема до достижения нижней точки — определяется в 60 — 80 лет. Это длинные волны, есть и более короткие.
Так вот, последняя волна начала подниматься после Второй мировой войны, примерно с 1948 года. Чем она была характерна? Тем, что самым мощным государством мира стали США. И с этого времени началась экспансия финансовой системы Соединенных Штатов в развивающиеся страны. Позднее, окрепнув после военной разрухи, к этой экспансии присоединились страны Западной Европы… Кстати, спустя годы экспансия, так сказать, переросла в глобализацию — тенденцию к созданию единого мирового хозяйства, взаимозависимости и открытости.
И вот благодаря такому порядку в течение 60 лет мировая экономика развивалась по нарастающей. И этот подъем вверх не могли остановить локальные кризисы, даже достаточно серьезные, такие, например, как финансовый обвал в 1997 году в Юго-Восточной Азии…
Понимаете, кризисы не возникают вдруг. Они готовятся годами. Как правило, человеческими ошибками. Ошибки — одна из самых распространенных — это непродуманная, слишком рискованная кредитная политика — накапливаются до критической массы — и происходит взрыв…
Вернемся к ипотечному кризису в США. Это как раз одно из тех событий, которые переполнили критическую массу ошибок. Что и вызвало глобальный экономический кризис…
— Игорь Германович, если я правильно понял, то, согласно теории волн, кризис — это неизбежное явление, вроде смены дня и ночи. Но раз так, то зачем тогда предпринимать какие-то особые усилия? Ведь на смену ночи все равно придет день. То есть нужно подождать, потерпеть — и кризис сам закончится…
— Верно, кризис все равно случился бы. Но чем меньше было бы наделано ошибок, тем слабее был бы его удар.Что касается тех мер, которые предпринимаются правительствами многих стран, то они направлены на то, чтобы как можно быстрее этот кризис преодолеть и ослабить его разрушительную силу. А если сидеть сложа руки и ничего не делать, то это обернется страшными бедами.
— Некоторые эксперты нынешнюю мировую финансовую систему считают порочной в принципе, а экономику называют в значительной степени виртуальной. Их главный аргумент: стоимость реальных активов кредитных организаций и промышленных компаний, то есть того, что, как говорится, можно потрогать руками, в несколько раз раздута в результате различных хитроумных биржевых и прочих спекуляций. И такая финансово-экономическая система, считают эксперты, все чаще будет порождать катаклизмы, подобные нынешнему… Что вы об этом думаете?
— Что эти эксперты во многом правы… Действительно, таких пузырей — этим метким словом явление, о котором вы говорите, называют даже самые авторитетные специалисты — в мировой экономике надувается немало. И это — вы правильно заметили — порождение той финансово-экономической системы, которая функционирует в мире последние десятилетия. Открытостью рынков воспользовались люди, которые научились делать деньги фактически из воздуха. Но, к сожалению, нет совершенных систем, и пока не придумано ничего нового, будет функционировать нынешняя. Хотя в нее будут вноситься серьезные коррективы, о чем говорили и главы 20-ти наиболее развитых государств мира, собиравшиеся недавно в Вашингтоне и обсуждавшие пути выхода из глобального кризиса.
— Игорь Германович, теперь поговорим о делах российских. Есть ли национальные особенности у нынешнего кризиса?
— Россия в значительной степени интегрирована в мировую экономику, и наш кризис протекает примерно так же, как и в других странах. Не избежал потрясений и Новокузнецк. Наши металлургические предприятия также встроены в мировую экономику. А поскольку спрос на металлопродукцию упал не только в России, но и в других странах мира, то и наши предприятия, НКМК и Запсиб, вынуждены сокращать производство на 30-40 процентов и даже больше.
Если же говорить о каких-то национальных особенностях кризиса… Понимаете, российские компании и банки — среди них и государственные или созданные с участием госкапитала — имеют колоссальный совокупный внешний долг — около 500 миллиардов долларов. Почему они занимали за рубежом? Потому что там дешевле кредиты — 6-8 процентов, в то время как в России 16-18 процентов (это докризисные цифры, сейчас они выше). Кредиты же, понятное дело, выдавались под залог — в основном акций наших компаний. И вот в результате обвала на биржах акции эти стали стремительно дешеветь, в том числе, на мой взгляд, и из-за того, что стали лопаться те самые пузыри, о которых мы говорили.
То есть залоги, которые наши компании и банки выдавали западным кредитным организациям, сильно потеряли в цене и перестали играть роль обеспечения кредитов. К чему это, в принципе, может привести? К тому, что залоги, то есть немалые доли самых привлекательных российских компаний и банков, могут отойти западным кредиторам.
— Было наше — стало ваше?
— Совершенно верно. И именно поэтому, опасаясь такого разворота событий, российское правительство первым делом приняло решение о помощи нашим заемщикам, которые получат кредитов на 50 миллиардов долларов — такую сумму в общей сложности они должны заплатить американским и европейским банкам в этом году.
— А можно было этой ситуации с дешевыми западными кредитами избежать?
— Была возможность не допустить такой ее остроты. Известно, что практически все наши накопления — стабилизационный фонд и прочее — хранятся в западных банках. В принципе, это нормально. Но деньги все равно должны как-то работать на родную российскую экономику, а потому многие наши авторитетные специалисты, ученые советовали часть этих средств использовать в качестве инвестиционных кредитов отечественным компаниям. И тогда не было бы чрезмерных заимствований в западных банках и не возникла бы нынешняя очень неприятная ситуация.
— Мировой экономический кризис очень быстро дошел и до Новокузнецка. Вы уже упомянули о существенном сокращении производства на наших металлургических предприятиях. Это, как мы тоже знаем, привело к сокращению рабочей недели и зарплаты трудящихся. Как кризис в дальнейшем может повлиять на наш город?
— Очень болезненно. Дело в том, что в Новокузнецке, по сути, монопродуктовая экономика. Порядка 80 процентов общегородского объема производства падает на металлургическую и угольную отрасли, при том что угольная в значительной степени работает на металлургическую. Так что проблемы наших меткомбинатов автоматически ставят город в трудное положение…
Тут еще важно сказать, что металлургическая промышленность попала под двойную волну кризиса. Первая волна — это кризис общемировой, вторая волна — кризис отраслевой. Волны развития в металлургии короткие, измеряются шестью-восемью годами. Последний подъем в отрасли начался семь-восемь лет назад, поэтому нетрудно было предсказать, когда наступит кризис.
— Почему же тогда владельцы металлургических компаний не подготовились к кризису? Если спад был неизбежен, то можно было хотя бы соломки подстелить…
— Мне трудно об этом судить: я не вхож на ту кухню, где эти люди принимают решения. А насчет соломки вы правы. Лучшей подушкой безопасности, как известно, являются инвестиции в модернизацию производства. Мировая практика такова: металлургические компании на одну тонну производимого за год проката на техническое перевооружение тратят 20-30 долларов. Российской же черной металлургии, которая была обделена инвестициями в последнее десятилетие прошлого столетия, требуются значительно большие суммы. Ведущая металлургическая тройка страны — Магнитка, “Северсталь” и Новолипецкий комбинат расходуют на модернизацию до 80 долларов в расчете на тонну произведенной продукции. На евразовских же предприятиях эти траты значительно скромнее. Их собственники больший акцент делают на приобретение зарубежных активов.
— Но ведь от кризиса страдают не только предприятия “ЕвразХолдинга”, но и эта, как вы говорите, ведущая тройка!
— Это так. Но, по моему мнению, эта тройка легче переживет кризис и выйдет из него с меньшими потерями. Хотя бы потому, что у них более разнообразный и привлекательный на рынке сортамент продукции, чем на новокузнецких предприятиях.
В общем, повторяю, наш город будет переживать кризис болезненно. Мы вот говорим о снижении зарплат в металлургии, но то же самое происходит на угольных и других предприятиях. Снижение зарплат привело к падению покупательского спроса, а потому уже испытывают проблемы предприятия торговли и сферы услуг.
Кризис скажется и на городском бюджете. В последние годы он был очень приличным. Но сейчас неизбежно похудеет. Ведь основной источник поступлений в городскую казну — это подоходный налог. А если снижается зарплата, то и подоходный налог уже не даст былой отдачи. Думаю, что с так называемыми защищенными статьями бюджета — зарплатой бюджетникам, социальными выплатами и другими — проблем не будет, но вот остальные придется существенно урезать, а от иных, возможно, и вовсе отказаться.
— Значит, развитие нашего города на какое-то время затормозится?
— Скорее всего. На чем-то придется экономить — может быть, на строительстве дорог, школ, благоустройстве дворов, озеленении. Городским властям придется немало поломать голову над этой проблемой… При этом нужно учитывать, что и по линии бизнеса развитие затормозится: у большинства наших предпринимателей средств хватит лишь на выживание.
— Игорь Германович, вопрос, что называется, на засыпку. Когда нам ждать окончания кризиса?
— Сегодня на этот вопрос, хотя бы с минимальной степенью точности, вам не ответит никто. Тем не менее поделюсь некоторыми размышлениями на эту тему. Большинство аналитиков — и я с ними согласен — сходится в том, что дна кризиса мы достигнем весной или летом будущего года. После этого начнется период депрессии, который продлится до конца 2009 — начала 2010 года. Депрессия сменится медленным ростом, темпы которого постепенно ускорятся.
Что касается нового подъема экономики нашего города, то, убежден, он возможен только в том случае, если, во-первых, владельцы наших металлургических предприятий серьезнейшим образом откорректируют стратегию их развития в сторону коренной модернизации — с тем чтобы они выпускали продукцию с более высокой добавленной стоимостью. Во-вторых, если наши строители начнут пользоваться более прогрессивными технологиями и материалами, что позволит возводить доступное для основной массы горожан жилье. Если, в-третьих, Новокузнецк наконец свернет с пути сугубо металло-угольной экономики и у нас начнут создаваться предприятия машиностроительного профиля, стройиндустрии и по переработке техногенных отходов. Что, кстати, предусмотрено комплексной программой — стратегией — развития Новокузнецка до 2021 года, которая утверждена коллегией областной администрации и городским Советом народных депутатов.
— Как пережить кризис? Что бы вы посоветовали нашим землякам, горожанам?
— Во-первых, хочу сказать, что не надо паниковать. Да, будет трудно, но никакой катастрофы не случится. Придется затянуть пояса, действовать разумно, рационально распределять семейные бюджеты, тратить деньги только на самое необходимое… В общем, никаких особо оригинальных советов я не дам. Каждый должен думать своей головой, не надеяться на авось.