Хорошо быть кисою, хорошо собакою…
Здоровущий дог делал свои дела посреди двора. Процесс совершался с вдумчивым почти человеческим выражением на морде. Было ясно, что ему в общем до фени все разговоры о том, что давно надо бы устроить специальные места для собачьих «дел».Что касается человеческих «естественных потребностей», недавнее закрытие на ремонт туалета на Металлургов вызвало дискуссию — очередную — в прессе. В ходе ее, кроме прочего, прозвучала забавная цифра — если верить всяким там снипам-снапам-снупам, рассчитывающим эту самую «естественную потребность» на душу населения, то выходит, что только Центральному району не хватает тридцати туалетов. То есть, вдруг случится, что некий напряг с кишечником застанет вас где-нибудь у здания горадминистрации, — беда: кусты здесь жидкие и особенно в студеную зимнюю пору да днем деваться некуда — разве что пытаться пробиться в само здание или в туалеты окрестных кафешек (а их немного).
Пытаться пробиться, повторяю, потому, что они частные. Общественные — в начале и конце Кирова. В начале, там, где был некогда детский городок, туалет каменный и отдельный, что не предполагает, однако, некоей интимности процесса и особой чистоты. И в конце, где стоит некая коробка из сварного железа, которой пользуется торговый люд из подземного перехода — к нему, судя по уверенно утоптанному снегу, не зарастает народная тропа.
На Металлургов временно остался один — тот, что в одноименном саду — ностальгический объект памяти наших еще бабушек и дедушек.
На Привокзальной площади, где всегда полно народу, два — на железнодорожном и автовокзалах. У пригородных касс туалет закрыт. В проеме, надежно задраенном железом же (город металлургов) торгуют шашлыками и пирожками с мясом. Наше появление вызвало живой интерес бабушек, торгующих всякой всячиной: они сетовали, что «пойти-то некуда» — на вокзал, где туалет платный, шибко не набегаешься.
Был туалет за углом «Привета», в нем нынче торгуют колбасой. Не знаю, — вроде не брезглив излишне, — но не глянется мне там: воспоминания живы и чудится мне запах… Хотя, повторяю, только чудится, все-таки идея переделывать туалеты в мясные лавки мне никак не нравится.
Уже потому, что их мало. А те, что есть, оскорбляют «человеческое достоинство».
Вы помните, что творится на площади Торжеств в дни народных гуляний? Точнее, сбоку — там, где «объект, обозначенный на схеме буквами «Эм» — «Жо»? То-то и оно. Хорошо, что рядом есть бетонный забор с лазами в уютный чертополох.
Странное все это дело: не мной сказано, что культура начинается с туалета, как театр — с вешалки.
Одно время — помните еще? — мы были побратимами американского Питтсбурга. Там есть местечко для народных гуляний на мыске между реками Огайо и Момонгахела. Вдоль набережной которых стоят до сотни «портативных» туалетных кабин с горячей и холодной водой, бумажными полотенцами и жидким мылом. Причем женскими и мужскими кабинками. Уж не знаю, что там в женских, в мужских — порядок, который тщательно поддерживается. Вспоминается фраза, когда «все — для человека», пусть даже не во имя…
То есть, если есть «естественные потребности», их надо удовлетворять, не прячась в неестественных позах по заугольям и в подъездах. Вдумчиво, как делал дог. Но он-то — собака…
Вспомнился рассказ одного гражданина, лопавшего пиво у «Универсама» пару лет назад (до обязаловки ставить биотуалеты). Пива мало не выпьешь. Приспичило так, что метнулся под елки. Только расслабился, чувствует — тыкают палкой в бок: «Пройдемте!» «Милицанеры» из бызовских курсантов. На практике. Хорошо, что дождались… Объяснить ничего невозможно: ты, говорят, про туалеты мэру говори.
Что ж, говорим мэру… Таких историй — сотни.
