Публикации

Если свалка не сдаётся — её уничтожают

Горожане предлагают свои варианты избавления от горящей свалкиОпубликованный в «Кузнецком рабочем» (э 97 от 17 августа 2004 года) материал «Шашкой свалку не зарубишь» вызвал неоднозначные читательские отклики. Сегодня мы публикуем некоторые из них, в которых читатели предлагают свои варианты борьбы с горящей городской свалкой.
Мы живем на проспекте Металлургов и очень страдаем от дымов КМК, а теперь еще и от горящей городской свалки. Легкие уже не выдерживают этой дымовой атаки. Лет 10 назад наши дома утопали в зелени, дворы зарастали травой чуть ли не по пояс. И вот год от года травы все меньше, последние года три она еле выходит из земли, хилая, слабая. Листья на деревьях уже в середине июня жухнут и покрываются коричневыми пятнами. Земля болеет, пропитываясь ядовитыми выбросами. Травимся вместе с ней и мы, болеем и умираем раньше времени. Еще год-другой — и начнется экологическая катастрофа. А может быть, она уже началась?
Наше мнение (хотя мы и не специалисты): чтобы был эффект от борьбы со свалкой, ее нужно просто соскрести с того места, где она расположена, используя для этого экскаваторы, бульдозеры, машины. Вывезти эти отбросы подальше от города, может быть, в старые шахты. Частями обезвреживать свалочный мусор, тушить его, а потом утилизировать. А засыпать, заливать или взрывать — это бесполезный труд плюс усугубление ситуации.
Да, площадь свалки и объем работы не малы, но и не настолько велики, чтобы не справиться. Машину за машиной, начав с краев, вывезти всю эту гадость и вычистить постепенно всю площадку. Ведь было время, когда свалки там не было, и пусть ее вновь не будет. Действительно, создали сами для себя крематорий и губим и себя, и детей с внуками.
А освобожденную от мусора землю засыпать свежей землей и насадить деревья. Это сложно, но можно сделать. Средства на это необходимо выделить из бюджета города, пусть не будет некоторое время пышных салютов (проживем и без них), пусть поменьше будет супермаркетов или развлекательных центров. На такое дело пусть и богатые раскошелятся, они ведь тоже тут задыхаются. Только уничтожьте эту свалку раз и навсегда, а с ней и другие источники отравления нашего города. Пока же все эти салюты и помпезные стройки напоминают пир во время чумы на фоне умирающего, задыхающегося города.
Семья Проскуриных.
А вот мнение военного человека, полковника запаса Юрия Алябьева:
— В постскриптуме статьи «Шашкой свалку не зарубишь» сказано, что управление ГО и ЧС администрации города планирует произвести на свалке направленный взрыв и что специалисты считают последствия такого взрыва непредсказуемыми.
Действительно, если решение ГО и ЧС буквально состоит в производстве одного взрыва, то беспокойство специалистов обоснованно — куда бы взрыв ни был направлен, он будет направлен против города и горожан. Ведь мощность взрывного устройства должна соответствовать стоящей задаче — уничтожению тысячетонной массы гниющих и тлеющих отходов.
Но скорее всего неназванные специалисты и автор статьи не совсем верно поняли суть идеи взрывного уничтожения свалки. Поскольку инициатором идеи является автор этих строк, считаю необходимым сделать некоторые пояснения в газете, чтобы не допустить профанацию идеи в сознании горожан, а возможно, и для обретения союзников.
Прежде всего хочу объяснить главную причину, по которой я стал искать радикальный путь решения проблемы свалки.
Причина состоит в том, что со свалкой такого размера и такой степени запущенности можно бороться только крайними методами — ее нужно уничтожать. Во-первых, потому что поздно пытаться переработать ее каким-либо промышленным способом — любое самое «деликатное» раскапывание тысячетонных гниющих и тлеющих масс, растянутое во времени на месяцы, а то и годы, неизбежно усилит вонь и интенсивность газовыделения — из-за увеличения общей площади окисляемых свалочных масс. Во-вторых, потому что попытка ее засыпать или завалить подобна лечению гниющей раны наложением пластыря. Прецедент с известным результатом недавно имел место.
Именно поэтому я предлагаю взрывной метод уничтожения свалки и весьма сожалею, что его смысл был так превратно понят.
Выражаясь военным языком, речь идет об организации и проведении инженерно-пиротехнического наступления по всему фронту свалки, на всю глубину гниющего и тлеющего массива с решительной целью — уничтожения свалки. Речь идет не об одном взрыве, хотя бы и направленном, а о десятках, возможно, и сотнях взрывов. Но главное, речь идет об использовании специальных взрывчатых веществ: баротермических, термобарических, тандемного действия. Они позволяют не только задавать направление и глубину проникновения ударной волны, но и на заданной глубине в грунте практически любой плотности производить следующий взрыв, при этом вторая часть заряда может состоять из взрывчатого вещества, львиная доля энергии которого расходуется на образование сверхвысокой температуры, достаточной для мгновенного выжигания в некоем закрытом пространстве всего, что способно тлеть, гореть, окисляться. Прочее оплавляется. Скорее всего, при верных расчетах, которые смогут сделать специалисты управления инженерных войск, город этих взрывов не услышит.
Именно об этом в середине февраля шел разговор на совещании у начальника управления военно-административных органов В.Н. Березовского, проведенном по указанию главы города. О решении по итогам совещания я не знаю, но вижу, что за прошедшие полгода к лучшему ничего не изменилось. Досадно.
Едва ли найдется в России еще один более чем полумиллионный город, вполне экономически самодостаточный, главную улицу которого регулярно накрывает ядовитый смог, а через центральную часть которого вот уже несколько десятилетий течет мертвая вонючая черная речка. Правда, одетая в бетон вместо кустарника, то есть как бы уже не речка, а канал промышленно-сточных вод. Хотя, струись по нему чистая вода, и бетонные берега смотрелись бы иначе.
Для нас, горожан, ситуация критическая, а для взрослой части населения — позорящая нас перед нашими детьми. Наши дети жить здесь не хотят…
А вот мнение кандидата технических наук доцента СибГИУ Екатерины Волынкиной:
— Сейчас уже всем ясно, что ситуация на городской свалке стала критической и необходимы безотлагательные меры. Но для того, чтобы разработать правильные решения по ее обезвреживанию, необходимо очень хорошо представлять процессы, которые сейчас там происходят, учитывая при этом и мировой опыт.
Причиной горения свалки не являются поджоги, хотя свалка должна быть признана пожаро- и взрывоопасным объектом и с нее должны быть удалены посторонние люди, которые занимаются разбором отходов. По общепринятым в мире нормам на территорию полигонов для захоронения бытовых отходов допускается только специально обученный персонал и запрещается даже курение! Пожары на свалках возникают в результате процессов разложения органических компонентов бытовых отходов, в результате чего образуется свалочный газ, содержащий около 50 процентов метана. Тушение пожаров на свалках является чрезвычайно трудной задачей во всем мире, а на такой запущенной свалке, как наша, — супертрудной. При существующем состоянии свалки такие мероприятия, как уплотнение поверхностного слоя отходов и покрытие поверхности свалки плотным грунтом или глиной, только усугубляют ситуацию, так как этим перекрывается свободный выход газа к поверхности. Образующиеся огромные объемы газа (согласно проведенным нами расчетам 40-50 тысяч кубометров в сутки) движутся вверх, но, встречая сопротивление в верхнем слое, начинают перемещаться в горизонтальном направлении и выходят наружу за границами уплотнения. Полное перекрытие поверхности свалки слоем плотного грунта может привести к миграции газа внутри почвы и выходу в близ расположенных углублениях, расщелинах, технических колодцах и т.д. В мире известны сотни случаев взрывов в жилых и производственных помещениях, расположенных на расстоянии до одного километра от границы свалки.
Можно однозначно сказать, что и тушение поверхности свалки водой только ухудшит ситуацию, так как горячая вода, проникая в глубь тела свалки, усиливает аэробные процессы и соответственно тление или горение отходов. Водой можно потушить свалку только залив ее полностью, что приводит к колоссальному загрязнению грунтовых и поверхностных вод. Несколько более эффективным является тушение пеной или пеноводяной эмульсией, но это также требует огромного количества и пены, и воды.
Общепризнанным эффективным методом является выкапывание горящих масс свалки, удаление их и индивидуальное тушение. Другие способы тушения свалочных пожаров неизвестны, в том числе и с применением взрывов. Подобная идея обсуждалась в Нью-Йорке в 50-е годы, но не была принята. Думаю, что современные взрывчатые вещества способны в принципе стереть с лица земли многое. И я совершенно согласна с Юрием Алябьевым в его желании прекратить этот ужасный пожар, в результате которого, я уверена, страдают тысячи людей в нашем городе. Но при разработке такого варианта действий необходимо в обязательном порядке учитывать то, что внутри взрываемого объекта под названием городская свалка образуются тысячи кубометров метана.
Надо сказать, что процессы его образования будут продолжаться еще как минимум лет 20-30 после закрытия свалки. Поэтому проблему свалки надо решать серьезно и на долгий период. Быстро ее не решить, слишком уж запущена свалка. Если бы она эксплуатировалась в соответствии даже с существующими в советское время нормами, то мы не имели бы сегодняшних последствий. Ну а новый полигон должен быть спроектирован и эксплуатироваться в соответствии с уже современными мировыми нормами, которые обеспечивают его максимальную безопасность. Чтобы через 20 лет наши дети не стали заложниками следующей свалки, которую сделаем мы сегодня.

Подготовил Владимир Валиулин Публикации 31 Авг 2004 года 79 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.