Достоевский бессмертен!

Третьего февраля, в пятницу на следующей неделе, поэт Руслан Сидоров начнет цикл публичных лекций “Пятикнижие Достоевского”. Первая лекция посвящена роману “Преступление и наказание” и начнется в 18 часов.

По себе помню: тупо непрочитанный в каком-то там классе школы роман “Преступление и наказание” был взахлеб проглочен мной на филфаке — я стал взрослей, а потом вдруг обнаружилось, что школьная “подача” книги Федора Михайловича имеет с ее проблематикой мало общего.

Руслан Сидоров — поэт и человек неординарный: “Может быть, чтобы приблизить небо, нужно вначале прижаться к земле…” И потому наверняка будет интересно и спорно.

На афишу, к слову, извещающую о проведении публичных лекций о пяти произведениях Достоевского по выбору Руслана Сидорова, автор поместил отрывок из “Мастера и Маргариты” Михаила Булгакова:

“Бледная и скучающая гражданка в белых носочках и белом же беретике с хвостиком сидела на венском стуле у входа на веранду с угла, там, где в зелени трельяжа было устроено входное отверстие. Перед нею на простом кухонном столе лежала толстая конторского типа книга, в которую гражданка, неизвестно для каких причин, записывала входящих в ресторан. Этой именно гражданкой и были остановлены Коровьев и Бегемот.

— Ваши удостоверения? — она с удивлением глядела на пенсне Коровьева, а также и на примус Бегемота, и на разорванный Бегемотов локоть.

— Приношу вам тысячу извинений, какие удостоверения? — спросил Коровьев, удивляясь.

— Вы — писатели? — в свою очередь спросила гражданка.

— Безусловно, — с достоинством ответил Коровьев.

— Ваши удостоверения? — повторила гражданка.

— Прелесть моя… — начал нежно Коровьев.

— Я не прелесть, — перебила его гражданка.

— О, как это жалко, — разочарованно сказал Коровьев и продолжал: — Ну, что ж, если вам не угодно быть прелестью, что было бы весьма приятно, можете не быть ею. Так вот, чтобы убедиться в том, что Достоевский — писатель, неужели же нужно спрашивать у него удостоверение? Да возьмите вы любых пять страниц из любого его романа, и без всякого удостоверения вы убедитесь, что имеете дело с писателем. Да я полагаю, что у него и удостоверения-то никакого не было! Как ты думаешь? — обратился Коровьев к Бегемоту.

— Пари держу, что не было, — ответил тот, ставя примус на стол рядом с книгой и вытирая пот рукой на закопченном лбу.

— Вы — не Достоевский, — сказала гражданка, сбиваемая с толку Коровьевым.

— Ну, почем знать, почем знать, — ответил тот.

— Достоевский умер, — сказала гражданка, но как-то не очень уверенно.

— Протестую! — горячо воскликнул Бегемот. — Достоевский бессмертен!”

Превосходный отрывок, который мы привели без сокращений на афише исключительно для собственного удовольствия. Как говорится, он настраивает…