До листа донести

Вячеслав Лопушной «Сонет в сентябре». Издательство «Сибирский писатель». Кемерово. Стихи, рассказы, эссе.Книжечку Вячеслава Лопушного с дарственной надписью принесли мне еще летом. Листал лениво с мыслью: зачем люди пишут нынче стихи и кто их читает? Да так вот и зачитался, перейдя на рассказы и на то, что Вячеслав иронически называет «эссеюшка» — его размышления по поводу. По поводу всего — Пушкина, скажем, русского языка и так далее.
Книжка у Вячеслава Лопушного уже, кажется, третья, если, конечно, не ошибаюсь. Как бы по итогам его тридцатилетней писательской деятельности — почти ровно тридцать лет назад в «Огнях Кузбасса» были опубликованы его стихотворные лирические миниатюры за подписью инженера-строителя. Собственно, в этой, а не писательской ипостаси, Вячеслав и прожил свою жизнь. Отлично подверстываясь, ежели вы еще помните, под дискуссию в давней советской прессе о том, может ли быть простой рабочий интеллигентом и что это вообще за зверь — интеллигент? Ответ был однозначным: может!
Сам Лопушной, наверное, над моими экскурсами в историю посмеялся бы — к себе он относится без пылкого самомнения: «Ведь тридцать лет уже отмерено! Как крест сомнительный несу: то тщусь творить я на бессмертие, а то — ловчу, «в зубах несу».
А идеалом мыслит мамины «наивные, но искренние рифмы», которые она «нанижет на свои тревоги», «махнув рукой на ритмы и размеры».
Сам-то он в этом смысле строг: будучи мастеровым человеком, он к слову вежлив, работает с ним аккуратно.
Кстати, Валентин Махалов, когда-то давший ему путевку в жизнь, отметив его «жадность к постижению разных человеческих проявлений», обронил, что с такими-то качествами человек может стать «матерым умудренным графоманом» либо и впрямь поэтом.
Вообще-то это — вопрос вопросов. Но боюсь, что ответ лежит на поверхности уже потому, что литература (культура вообще) представляет из себя этакую пирамиду, в которой чем шире основание, тем выше зияющие совершенством высоты. В основании — читатели, те же графоманы. Хотя к Лопушному последнее замечание вовсе не относится: он поэт — правда, поэт.
И подтверждение тому как раз в указанной иронии к себе: «Меня вдруг осенило «с бодуна». Пока не все стихи мои прекрасны. То наша жизнь не полностью дурна!» Это, к слову, ответ на дневниковую запись Льва Толстого: «Поэт вырывает все лучшее из своей жизни и кладет в стихи. Потому стихи его — прекрасны, а жизнь — дурна». Замечу, что рассуждения великого писателя здесь так и напрашиваются на «комментарий».
Словом, будучи инженером-строителем «в миру», Вячеслав, по сути, всегда был литератором. Что касается версий Махалова, то свое утверждение подтвержу таким фактом: сонет Вячеслава Лопушного попал в антологию лирики российских поэтов трех веков. Не слабо, прямо скажем. Хотя чудится, что Лопушной и над этим бы посмеялся: «Столько лун, столько раз я — бессчетно! — Наяву их стремился найти! Но, боюсь, только отсвет залетный И сумел до листа донести».
Человек думает, мучается своим несовершенством. И это — залог того, что он на верном пути.