Dead can dance — Sevdance
Интересно, право же, что некоторым исполнителям начинаешь верить сразу, с первых «слепых» фраз, и мелодия, едва только обозначившись, тут же оставляет в памяти свой отчётливый след. Объяснение может быть только одно: мастерство и талант музыкантов.С момента своего создания в 1981 году Dead can dance быстро обратили на себя внимание своим явным пристрастием к утончённым, в высшей степени изысканным и чуть меланхоличным мелодиям, а великолепный женский вокал не только усиливал общее впечатление, но и создавал свою равноценную доминанту.
Группа вскоре попала под тёплое крыло независимой фирмы ‘4AD’, чьё покровительство над незаурядными музыкантами стало притчей во языцех в среде европейской музыкальной богемы. С тех пор Dead can dance вот уже долгие годы создают музыку, стилистическую направленность которой затрудняются определить даже маститые критики. «Электроакустическое барокко», «музыка высвобожденного подсознания», «звуковое шаманство» — вот далеко не весь перечень характеристик, относящихся к их творчеству.
Действительно, после прослушивания их альбома Sevdance у многих любителей музыки может сложиться странное и волнующее впечатление, как от соприкосновения с чем-то прекрасно-необъяснимым.
Многие меломаны уже как-то привыкли к тому, что если музыка неординарная, то, как правило, создаётся она с помощью современных электронных инструментов, способных извлекать самые причудливые звуки. Если электронное звучание лишь подчёркивает замысел композитора, придаёт ему дополнительный колорит, то такую музыку можно только приветствовать. Другое дело, когда за чисто внешне вычурной загадочностью не стоит ничего, кроме желания звучать как можно более оригинально.
Воспринимаемый слухом и ощущаемый почти зримо дух сакрального Средневековья — это, пожалуй, самое лучшее, что мне приходилось слушать за последние годы. Участники Dead can dance, несомненно, одни из самых рафинированных интеллектуалов, коих разными ветрами заносило в современную музыку. Все их диски хороши, но эта — из ряда вон! Стиль их сохранился: несколько застывший звуковой фон, сплетённый из прелестных, но легко ускользающих мелодических форм, и проникающий в подкорку, гипнотизирующий женский вокал. Это какой-то неотразимый сплав свободного воображения, интеллекта и эротической таинственности. Весь музыкальный ландшафт альбома настолько наполнен трепетной волшебной лёгкостью, что немыслимым кощунством кажется сама мысль подвергать его какой бы там ни было критической разборке. Если всё же попытаться из этой работы отметить наиболее яркие композиции, то на ум приходит одно французское выражение — embrass de richesse, которое переводится как «затруднение из-за большого выбора». Думаю, что точнее уже и не скажешь. Тем более что я ни слова не понял, о чём они там распевают, поскольку песни поются не на английском, не на русском и даже не на падонском языке. Такие вот дела.