Дать так, чтобы взяли

Таня, Танечка, Танюшка…. Это имя дала ей мама, оно ей очень нравилось. “В нашем доме принято было всех называть ласкательно, — рассказывает Татьяна Майорова. — Брата — Сашенька, сестру — Людочка, маму — Аннушка, папу — Николаша. Тон задавала мамина мама, она прожила большую жизнь, более 90 лет, и никогда мы не слышали, чтобы она повышала голос. От нее шло настоящее умиротворение, которое распространялось на всех. С детства во мне заложилось, что прежде всего должен быть душевный покой”. А еще добросердечие, сострадание, желание протянуть страждущему руку помощи, как и подобает человеку, работающему в такой общественной организации, как Красный Крест.

После окончания медицинского училища, где Татьяна была одной из лучших студенток, ее рекомендовали в институт, но тяжело болел папа, и она, старшая из детей, взяла заботы о нем на себя. “Я была очень привязана к семье, дому. — вспоминает Татьяна Николаевна. — Жили мы сначала в небольшом селе, папа был ветеринаром. Средняя школа находилась в районном центре, за 12 километров, и мне приходилось жить неделю в интернате. В воскресенье после обеда из дома надо было идти обратно в интернат, пешком, конечно. Так вот, пока был виден дом, я шла спиной вперед, чтобы подольше видеть родные стены. Ранний уход папы так и остался для меня неутешной болью. Как могла, я старалась ему помочь, скрасить его последние дни”. Этот печальный опыт во многом пригодился Татьяне Николаевне, когда она пришла работать в Красный Крест в отделение службы милосердия, которая опекала одиноких престарелых людей, ветеранов и вдов участников Великой Отечественной войны. Было это в 1985 году. В мае этого года будет уже 27 лет, как работа в Красном Кресте стала для Татьяны Николаевны смыслом ее жизни.

“Тогда не было соцслужбы, — рассказывает Татьяна Майорова, — и наиболее уязвимым слоям населения помогали мы, сестры милосердия. На весь город нас было 32 медсестры, и, знаете, справлялись. Во-первых, было другое время, не оставалось в стороне общественное движение. Старикам помогали добровольцы, учащиеся (при школах создавались тимуровские отряды), просто отзывчивые люди, те же соседи по лестничной площадке. И мы справлялись.

Во-вторых, старики были другие. Они были более крепкие, закаленные войной и невзгодами, выносливые, некапризные, с благодарностью принимали помощь, ценили ее. Среди наших подопечных немало было представителей старой интеллигенции, с ними было интересно. Нам, молодым, был бесценен их жизненный опыт, мы учились у них. До сих пор я многих помню по именам”.

Перестроечное время многое изменило. Экономические передряги, невыплаты зарплаты, дефицит продовольствия. Помогал Красный Крест. Благодаря ему в город с конца 90-х годов начали приходить продуктовые посылки. Новокузнецким отделением под опеку были взяты учреждения — социальные, здравоохранения, образовательные, неимущие граждане. Город получил два эшелона продовольствия, по 40 вагонов каждый.

“Согласитесь, — объясняет Татьяна Майорова, — не всякий человек может перебороть себя и прийти за помощью. Вспоминается одна учительница, которой долго не выплачивали зарплату, а ей надо было кормить детей. Кто-то посоветовал обратиться к нам. Она ведь даже глаза не могла поднять от смущения. Но наша задача — не только понять нуждающегося, его проблемы, помочь, но и так дать, чтобы человек взял”.

Сколько народу за эти годы перебывало у Татьяны Николаевны! Идут освободившиеся из мест лишения свободы, бомжи, больные туберкулезом, наркоманией, ВИЧ-инфицированные. “Общество должно понять и принять этих людей, — подчеркивает Татьяна Майорова, — помогая им, мы помогаем в первую очередь себе. За социальными и медицинскими программами, разработанными Красным Крестом, акциями множество человеческих судеб, которые состоялись”.

Недавно у нее была очередная посетительница. Пришла не с просьбой, а с благодарностью. Только после разговора с ней Татьяна Николаевна узнала ее. Много лет назад она пришла к Майоровой, буквально раздавленная горем. Переселенка, на скромные сбережения купила развалюшку на Форштадте, не успела обустроиться — умер муж, а вскоре сгорел дом, и она с маленькой дочерью в незнакомом городе осталась без копейки денег на улице. Подсказали обратиться в Красный Крест. “Мы помогли ей восстановить документы, — вспоминает Татьяна Майорова, — устроиться на работу, поддерживали материально. Прошло много времени. Сейчас это благополучная женщина. Дочь учится в вузе, у них все хорошо. “Если бы вы мне не помогли тогда!” — причитала женщина”.

…Готовя этот материал, я принимала посетителей редакции в нашем отделе общественного мнения. Когда в разговоре с коллегой прозвучала фамилия Майоровой, одна из пришедших женщин сразу оживилась и спросила: не Татьяну ли Николаевну из Красного Креста мы имеем в виду? “Это такая замечательная женщина! — воскликнула она. — Добрая, сердечная, внимательная, хотя и требовательная. К ней можно прийти с любой бедой. Поймет. Только от одного ее участливого взгляда становится легче”.