Бланшированные
Рассказывает сотрудник патрульно-постовой службы:
“Смена подходила к концу. День выдался суматошный — праздник. Народ отдыхал, мы — работали: патрулирование площадей и улиц, вызовы, задержания, прочесывание дворов. Все устали и с нетерпением поглядывали на часы. Стрелки медленно приближались к двум часам ночи. “На базу, — скомандовал командир, — конец смены”. И тут ожила рация: “На улице Глинки в доме таком-то в квартире на пятом этаже шум, ругань, соседи жалуются…” Развернули уазик — и туда. В темноте номера домов были видны плохо, высчитывали нужный всем экипажем.
Поднялись на пятый этаж, стучим. Открывает мужик, помятый, сонный, под правым глазом огромный бланш — синяк. “Почему шумим?” — спрашиваем, хотя в квартире тихо. Мужик ничего не понимает, толкует, что он один, больше никого нет, и вообще спит. “Соседи, — говорим, жалуются”. — “Какие соседи? — недоумевает мужик. — Как пришел с работы, принял на грудь и лег”. Мы засомневались: “Дом номер такой-то?” — “Нет, — говорит, — такой…” — “Ошиблись, значит, спокойной ночи”.
Вышли на улицу, номеров на домах почти нет, опять посчитали. Поднимаемся на пятый этаж, прислушались, в квартире движение, что-то падает. Стучим: “Милиция!” Открывает щупленький дядечка небольшого роста, рукой прикрывает правую сторону лица. Мы снова: “Почему шумим? Соседи жалуются!” Дядечка сникает, весь сжимается и кричит в квартиру: “Марусенька, это к тебе…” Выходит тетя внушительных размеров, закрывает весь проем дверей и сразу начинает орать: “По какому праву, мы милицию не вызывали… Я его за дело треснула, но он даже не пикнул”. Дядечка, выныривая из-под жениной подмышки, подтверждает, что он ни разу не пикнул, потому что больно не было, и, отнимая ладонь от лица, демонстрирует свежий синяк под правым глазом. “Но соседи вашего дома номер такой-то жалуются”. Тетенька пообещала всех соседей урыть, и того дома, номер которого мы назвали, тоже, и показала на соседний дом.
В третий раз мы тащимся на пятый этаж. Там шум по полной программе. Наконец-то… Дверь нараспашку, в квартире пьяное застолье, галдеж. “Кто хозяин?” — спрашиваем мы. Компания затихает, и все тычут на сидящего к нам спиной здорового парня. Он поворачивается к нам, и мы дружно начинаем хохотать. Под правым глазом у него… синяк! Пока составляли протокол, все не могли удержаться от смеха”.
